Надежда умрет последней,

27 октября 2003 в 00:00, просмотров: 751

Сами мы не в состоянии защитить себя от царящего в стране правового беспредела. Во-первых, времена Дикого Запада давно прошли, да и мы все-таки живем не на Западе. На Востоке. Хотя и тоже диком. А во-вторых, даже если мы и сможем себя защитить (а что значит — защитить? Выбить зубы хулигану? Убить насильника?), обязательно посадят. Примеры общеизвестны.

Поэтому нам остается только одно: уповать. На милицию, прокуратуру и бог весть на кого еще. При этом нам же самим абсолютно ясна тщетность наших упований. Недаром герой популярного телесериала, отражая мнение подавляющего большинства моих сограждан, высказался вполне афористично: “Половина бандитов — менты, половина ментов — бандиты”.

Ну, это о милиции. Но, может быть, в прокуратуре дела обстоят получше? Недаром ведь она поставлена НАД — чтобы, в случае ненадлежащего исполнения милицией своих обязанностей, защитить наши поруганные права.

Прокуратура, конечно, над. Похоже, однако, что и от нее помощи ждать не приходится. Рыба ведь известно откуда гниет. Как раз оттуда.


Комиссия Государственной думы по борьбе с коррупцией подготовила Справку с названием: “О нарушениях законности работниками органов прокуратуры”. В Справке перечислены 24 обращения (и всего лишь за три месяца 2002 года); в действительности их было гораздо больше. Просто эти две дюжины — наиболее, как говорится, характерные, имеющие солидную “юридическую базу” в виде всевозможных документов. Все обращения — вместе с сопроводительными посланиями Комиссии по борьбе с коррупцией — были переданы в Генеральную прокуратуру.

Тут я на минуточку отвлекусь. Пять лет (вдумайтесь, граждане, — пять!) тянется история с хищением сотрудниками МВД трех с половиной миллиардов неденоминированных рублей со счетов ТОО “Валта”. Я дважды писал об этой истории. Неоднократно обращалась в Генпрокуратуру и Комиссия по борьбе с коррупцией. И только теперь, пять лет спустя, Генпрокуратура создает специальную следственную группу, которая вместе с членами комиссии подвергнет “дополнительной проверке все материалы и факты по данному делу”.

Ну-ну. Бог в помощь.

А теперь — к Справке. Вот лишь наиболее яркие случаи, в ней перечисленные (напомню: речь идет только о трех месяцах прошлого года).

* * *

Челябинск. Жалоба на незаконное прекращение уголовного дела в отношении бывшего прокурора Южно-Уральской транспортной прокуратуры Любченко и его заместителя Сергеева. После ликвидации транспортной прокуратуры в апреле прошлого года оба они, как явствует из документов, похитили и присвоили солидную толику государственного имущества.

Комиссия по борьбе с коррупцией получила ответ на эту жалобу, подписанный заместителем генпрокурора г-ном Золотовым. Сей г-н сообщает, что доказательств корыстных злоупотреблений указанных прокурорских работников “добыто не было” (добыто с ударением на первую “о”), поэтому уголовное дело прекращено. Но (обратите внимание на это “но”, граждане) в деятельности Любченко и Сергеева выявлены серьезные “упущения” в оперативно-служебной деятельности, а также “нарушения норм прокурорской этики”. В связи с чем оба вышеупомянутых прокурора уволены со службы.

Стало быть, со службы — уволить, но до уголовного дела не доводить. Что за “упущения” и какие такие “нормы прокурорской этики” оказались нарушенными — об этом в ответе заместителя генпрокурора нет ни слова.



* * *

А.Д-ин из города Каширы Московской области еще в 1997 году передал в Мособлпрокуратуру документы, свидетельствующие об использовании прокурором Каширы г-ном Фетисовым своего служебного положения в корыстных целях. С тех пор Д-ин обращался в различные инстанции, в том числе и в Генеральную прокуратуру, но ни разу не получил ни одного ответа. Впрочем, один ответ все же был, но опосредованный: началось откровенное преследование Д-на и его семьи — фабрикация против него уголовного дела с подделкой вещественных доказательств, увольнение жены... Словом, все по полной программе.



* * *

Ростов-на-Дону. Речь идет об обвинении директора ТОО “Дон” в мошенничестве в особо крупных размерах. После многочисленных обращений во всевозможные инстанции дело против директора было все-таки возбуждено и даже подготовлено к передаче в суд. Однако по распоряжению прокуратуры Ростовской области оно было изъято из ОВД и передано прокурору Ворошиловского района Ростова-на-Дону, по указанию которого вскоре прекращено.



* * *

Новосибирск. Незаконное привлечение к уголовной ответственности заместителя генерального директора ОАО “ВИНАП” С.Х-на.

Отказавшись участвовать в финансовой афере, задуманной гендиректором ОАО, Х-н подал заявление об уходе. От него потребовали продать принадлежащие ему акции предприятия. Тот, не будь дураком, отказался. Тут-то все и началось. Арест под надуманным предлогом, грубейшие нарушения при проведении следствия, неисполнение постановления суда об изменении ему меры пресечения.

Генеральная прокуратура не вмешивается.

В конце концов Х-на все-таки выпустили, но тут же последовали повторное заведомо ложное обвинение и новый арест. Но и это уголовное дело — в связи с вопиющей противозаконностью — было прекращено. Затем владельцу акций предъявляется еще одно обвинение (по уже прекращенному делу), и он предстает перед судом. Судья, прекрасно осведомленный о всех нарушениях, выносит обвинительный приговор.

Генеральная прокуратура делает вид, что все это ее не касается.

Только после вмешательства депутатов Государственной думы ведомство г-на Устинова приняло решение о возбуждении уголовного дела “по факту преступных действий в отношении Х-на со стороны должностных лиц правоохранительных органов Сибирского федерального округа”. Однако согласно Справке Комиссии по борьбе с коррупцией “никто из виновных в беззаконии должностных лиц не привлечен к уголовной ответственности”.



* * *

Пожалуй, достаточно. Замечу только, что в заключение каждого из 24 случаев, приведенных в Справке, говорится: либо — “материалы направлены в Генеральную прокуратуру РФ. Ответ не поступил”, либо — таковой все-таки поступил (это редко), но из него следует, что “доказательств о злоупотреблениях прокурорских работников добыто не было”. В слове “добыто” ударение опять же на “о”.

Как-то Комиссия по борьбе с коррупцией провела в Думе пресс-конференцию. Собравшихся уведомили о том, что, если подобный саботаж со стороны Генеральной прокуратуры продолжится, комиссия будет вынуждена напрямую обратиться к президенту страны.

Мера, прямо скажем, отчаянная. Но малоэффективная. Потому что президент, понятное дело, сразу позвонит генеральному прокурору. Но не дозвонится. Прецедент уже имел место.

Оно конечно: г-н Устинов — человек занятой. То он лично выезжает осматривать поднятый со дна моря “Курск” — хотя тут, как мне кажется, куда уместнее был бы специалист, а г-н Устинов вроде бы не входит в группу экспертов по авариям на подводных крейсерах. То он представляет государственное обвинение на процессе террориста Радуева. Телевидение показало нам, как он это делает. По-видимому, генеральный прокурор полагает, что барство и хамство придают его стилю особую привлекательность и “наступательность”.

А потому я вот думаю: может, г-ну Устинову просто уйти в отставку? Я даже соглашусь с формулировкой “в связи с переходом на другую работу”. Причем не менее престижную и высокооплачиваемую. А что такая найдется, я не сомневаюсь. И дело не в том, что я такой уж добренький. Ведь в конце концов — хрен с ней, с формулировкой. Пусть бы и такая. Глядишь, для дела-то лучше будет. Глядишь, появится все-таки на этом посту человек, который в ответ на обращения Комиссии по борьбе с коррупцией не станет защищать честь давно запачканного мундира или — в лучшем случае — отмалчиваться.

Такая вот у меня надежда.






Партнеры