“Mассовка” на улицу!

3 декабря 2003 в 00:00, просмотров: 340

— Ирин Иванна! Сосисочки где брали? — невысокая женщина внимательно рассматривает пакет стоящей рядом подруги.

— Да тише ты! — шипит та и перекладывает пакет в другую руку. — Камеры снимают. Опозоримся на всю Москву! Ведь мы же — ДРУЖИННИКИ!

— Дружинники-дружинники... — вздыхает первая. — А у меня дети дома голодные сидят, ждут, когда мамка поесть принесет.

Так началось дежурство корреспондента “МК” в рядах Московской добровольной народной дружины. В рамках показательной операции, на которую пригласили прессу и ТВ.


В Москве выпал снег. Полсотни человек — дружина района Теплый Стан — толпились у выхода из метро. Масштабно-показательный рейд был назначен на вечер. Дружинники мерзли.

— Говорят, журналисты будут, — шептались собравшиеся, — телевидение!

От метро до “места работы” — ОВД “Теплый Стан” — 15 минут на маршрутке. Оплата — за свой счет.

— Денег нету-у-у, — взвыли самые молодые дружинники.

Вариант “поехать на троллейбусе” (проезд для дээндэшников бесплатный) не прошел — долго ждать, долго ехать. Пришлось скидываться.

— Куда?! — едва заметив приближающуюся толпу, завопил дежурный ОВД.

Толпа и правда была пугающей. Пестрое сборище: от 17 до 65 лет, от пенсионера до панка, с авоськами, сумками и даже с небольшими чемоданчиками.

Журналисты воодушевились. Операторы с вожделением уткнулись в свои камеры, заставляя дружинников принимать всякие замысловатые позы: честь отдать, в колонну встать, изобразить задержание особо опасного преступника при попытке к бегству. “Народные” выполняли все честно и с удовольствием: пусть детки в новостях посмотрят, как мамочка с преступностью борется.

Взаимную радость прервал железный голос дежурного по ОВД:

— Дружина! По пятеркам строй-ся!

“Народные” забегали кто куда. Наконец при содействии специально обученных милиционеров колонна вытянулась по струнке.

— Товарищи... то есть господа дружинники, — начал дежурный. — Приказываю вам заступить на боевое дежурство, соблюдать закон, уважать личность, быть вежливыми и отзывчивыми...

Действо, которое на языке правоохранителей называется “развод”, продолжалось минут 10. Дружинники аж начали приплясывать в своей колонне от холода. Но, получив боевые задания, счастливые и подмерзшие, они готовы были ринуться в смертельный бой с московским криминалитетом.

— По машинам! — залихватски рявкнул кто-то из бывалых.

— Если бы... — грустно откликнулся дежурный. — Пешком.

Заданий было несколько: патрулирование улиц, рейд по подъездам с участковыми и рейд с инспектором по делам несовершеннолетних по выявлению подростков-наркоманов — предполагалось, что они в данный момент уже расселись по любимым подвалам-чердакам и понюхивают суперклей.

* * *

Вопреки расхожему мнению о советском происхождении, ДНД (Добровольная народная дружина) — детище последнего российского императора. В 1913 году чинам полиции предписывалось “собирать особенно ответственных и порядочных граждан для добровольной охраны ими правопорядка”. Тогда же было определено, что дружина хоть и создается в помощь полиции, но подчиняться должна городским властям.

После революции дружину сначала расформировали как ненужный буржуазный элемент, а затем, когда милиция начала пасовать в борьбе с преступностью, ДНД вновь получила право на жизнь, правда, под иным названием — осодмил (общество содействия милиции). Позже она снова была переименована — в бригадмил (бригаду содействия милиции). Но в сознании бывших советских граждан навсегда останется образ дружинника: черный кожаный плащ, кепка или красная косынка. И как непременный атрибут народного милиционера — красная нарукавная повязка.

Название ДНД — это инициатива трудящихся Ленинграда, выдвинутая ими в 1985 году и поддержанная Советом Министров СССР. К тому времени армия дружинников насчитывала 13 млн. человек. Вступить в ряды народных милиционеров считалось весьма почетно. За дежурство “народные” получали дополнительные дни к отпуску, отгулы и различные материальные поощрения по основному месту работы.

Новая эра ДНД началась в 1995-м. Московская городская дума стала обсуждать проект закона “О Московской народной дружине”. С подачи правительства Москвы народных стражей правопорядка предлагалось наделить невероятными полномочиями. Им разрешалось проверять документы, применять физическую силу, досматривать личные вещи и проводить обыски. Кроме всего прочего дружинники получали льготы как сотрудники правительства Москвы — ежегодный оплачиваемый отпуск, статус госслужащего, надбавки к зарплате и т.д.

Но после принятия закона во втором чтении возник конфликт между правительством Москвы и столичной милицией. Руководители последней считали, что народная дружина в принципе бесполезна, а с такими полномочиями будет еще и опасна.

Закон пришлось переписать. Причем опять же — весьма оригинально. За основу, видимо, был взят Закон о милиции. Далее в графе “обязанности” к каждому пункту добавили незамысловатое словосочетание “оказывать содействие”. Таким образом, все полномочия дружинников свелись к помощи сотрудникам милиции.

Такой расклад устроил всех. Тем более что и нынешнее руководство ГУВД Москвы считает, что ДНД — идея обреченная по определению.

* * *

...Первая группа получила в свое “распоряжение” два дома и одну девушку лет 20, с рацией, — сотрудника милиции. Наша задача была сформулирована туманно: бдить и еще раз бдить. Девушка стала внимательно осматривать, опечатаны ли двери в подвалы.

— Дружинники! Дружинники! — с ходу набросилась на нас местная бабуля. — Я настоятельно прошу зафиксировать, что у соседа машины меняются каждый месяц. Что-то тут не то! И еще — во дворе у нас света нет, все фонари к директору школы относятся, а он электроэнергию экономит.

Для таких подозрительных граждан дружинники — просто находка. Можно ходить за ними кругами и высказывать им все наболевшее. Обязательно выслушают, а с пенсионеркой-одногодкой можно вообще часик-другой потрепаться за жизнь...

В этот раз за два часа патрулирования ничего подозрительного в поле зрения дружинников не попало.

— Теплый Стан может спать спокойно, — резюмировали собравшиеся и отправились по домам.

* * *

Вторая группа отвечала за подъезды и чердаки, где, как объяснил вверенный нам милиционер, обитают наркоманы.

Бродить по подъездам оказалось несколько сложнее, чем по улице. Узкие пролеты не позволяли всем дружинникам осматривать лестничные клетки одновременно, поэтому эту миссию возложили на милиционера. Дружинники же с радостью скакали по чердакам и проверяли, все ли двери опечатаны. Оказалось, все.

— Ну вот, даже неинтересно, — захныкали журналисты. — Где погоня? Где опасность?

— Вот, — показал кто-то из дружинников, — живая опасность. Рычит и гавкает.

Опасность оказалась маленькой собачкой, которую, видимо, прикормили жильцы и даже соорудили для нее жилище на одной из лестничных клеток.

— Будем вызывать наряд, — сообщил милиционер.

— А может, не надо? — жалобно затянули дружинники. — Жалко ведь животное.

Посовещавшись на месте, собачку решили оставить в покое и даже выделили ей сосиску из ужина одной дружинницы.

* * *

В общем, никто, по сути, и не понял, радоваться этому организованному рейду или нет. С одной стороны, в районе все спокойно, ничего подозрительного не обнаружено, ни одного подростка не застукали за употреблением клея. И это хорошо. Но с другой-то стороны, на “разводе” ведь детскую токсикоманию нам представили как весьма серьезную проблему. И мы искренне хотели помочь в ее решении...

Не случайно под конец рейда у многих появились вполне резонные вопросы об эффективности народной дружины, ее полномочиях и, самое главное, о побудительных мотивах, заставляющих дружинников скакать по улицам-чердакам вместо того, чтобы готовить ужин домашним.

Даже сотрудники милиции как основные “заказчики” дружинников в оценке этих моментов весьма неоднозначны.

— Ну конечно, помогают, ходят с нами, если что, понятыми выступают, — говорят одни. — Это удобно.

Понятые, которые всегда под рукой, это действительно удобно, хотя не совсем правильно. Ведь понятым должен быть человек, незаинтересованный и сторонний. А дружинников, которые тесно общаются с сотрудниками милиции, сторонними никак не назовешь.

— Жалко их, — сетуют другие. — Ходят за нами хвостиком и хоть бы копейку за это получали, хоть бы награды какие-то.

Кстати, законом правительственные награды дружинникам предусмотрены, однако на практике до этого не доходит. И даже не потому, что “народные” не слишком старательные. Просто возникает сложность формулировки. За что награждать? “За добросовестное патрулирование дома №7”? “За проверку опечатанных чердаков”? “За помощь участковому в перепалке с хроническим алкоголиком”? Все это вроде как и несерьезно. Безусловно важно, но...

— Награды получают за великие дела, а мы так, помощники, — вздыхают сами дружинники.

Кстати, сейчас в каждом московском районе дружинниками трудятся по 50—60 человек. И все, что они получают, — это заламинированную бумагу с фотографией и красную повязку. Бумага-удостоверение дает право бесплатного проезда в общественном транспорте. Повязка — возможность почувствовать себя полезным этому городу.

А полезность свою в полной мере дружинники могут ощутить только, пожалуй, на массовых мероприятиях районного масштаба, когда резко проявляется острая нехватка милиции на улицах. В других правоохранительных областях найти дружиннику достойное применение сложно, учитывая отсутствие у него каких-либо полномочий. Дружинники не имеют права нести дежурство в отсутствие сотрудника ОВД, не могут задерживать подозрительных граждан и даже задавать им какие-то вопросы. Дружинников можно безнаказанно оскорблять — они не имеют права ответить. В кино это называется массовкой.

В таком вот подвешенном состоянии ДНД находится довольно давно. И выводить из него дружину никто пока не собирается. А бесправные энтузиасты, несмотря ни на что, каждый вечер после работы идут в ОВД на “развод”, мерзнут на плацу, увещевают местных алкоголиков, разнимают поссорившихся детей, пристраивают бездомных собак. И, кстати, ничего себе не просят.

— Мы это просто так делаем, для города, от чистого сердца, — объясняют дружинники. — И кто знает — может, кто-то из нас предотвратит в Москве какую-нибудь трагедию. А может, просто вовремя убедит ребенка бросить курить и спасет его здоровье. Это ведь тоже важно.




Партнеры