Кто изгадил бюллетени?

5 июня 2004 в 00:00, просмотров: 330

Руководству фракции “Единая Россия” впору кричать: “Доктор, мы его теряем!” В четверг городской суд Питера отменил результаты довыборов в Госдуму по 207-му одномандатному округу. 14 марта победа там досталась Александру Морозову, которого поддерживали партия власти и администрация города. Но трое проигравших кандидатов и один избиратель подали иски в суд...


В числе истцов была бывший вице-губернатор Питера, основная соперница Валентины Матвиенко на губернаторских выборах Анна Маркова. Она приняла участие и в думских выборах, но неудачно.

Одна из главных претензий заявителей: на шести участках округа члены избиркомов вычеркнули из бюллетеней фамилии двух кандидатов. Истцы утверждали: если бы выборы признали состоявшимися на всех участках, то Александр Морозов вполне мог остаться без мандата.

Прокомментировать вердикт суда мы попросили Анну МАРКОВУ.

— Вы ожидали именно такого вердикта или прямо противоположного?

— Меня очень растрогало исковое заявление Эльвиры Шаровой (экс-кандидат, тоже подавшая иск. - Н.Г.). Она приехала из Ростова, чтобы поучаствовать в выборах и на собственном опыте узнать, как они проходят в самом демократичном городе России. Посмотрела... А надежда на победу у меня была, но я думала, что мы одержим ее только в Верховном суде. Однако у судьи городского суда не было выхода — на “черное” сказать “белое”. Теперь впервые в России создан прецедент, когда действующий депутат по решению суда лишается полномочий.

— Будете вновь баллотироваться в Госдуму?

— Пока не знаю. Я должна для себя это понять.

— Установил ли суд, кто именно вычеркивал из бюллетеней фамилии кандидатов?

— Достоверно установлено, что команду вычеркивать давали председатели комиссий. Но прокуратура не смогла доказать умысел, дело закрыли, и ответственности никто не понесет. Когда председателей спрашивали, почему они давали такие команды, следовали совершенно невразумительные ответы. Один говорил, что ему позвонил кто-то, и он не знает, кто именно, и потребовал вычеркнуть фамилии кандидатов. Другой говорил: “Я ошибся”. Третий вообще ничего не мог сказать. Председатель одной из участковых комиссий — по профессии учительница русского языка, — когда ей задавали вопросы, вообще путала падежи — видимо, от волнения. Говорила: “одна бюллетень”. На вопрос судьи, связывают ли ее личные отношения с кем-либо из присутствующих в зале, она выдала: “Я абсолютно аполитична. Я пришла работать в комиссию, чтобы поправить материальное положение”. Но позвольте, там зарплата — две-три тысячи рублей. Так каким же образом ей помогали поправить положение?!




    Партнеры