Человек без шрама

23 августа 2004 в 00:00, просмотров: 257

Его карьере, кроме шуток, можно позавидовать. И дело не в том, что Егор в свое время был едва ли не самым популярным сериальным актером (“Пятый угол”, “Каменская-2”, “Гражданин начальник”, “Ростов-папа”, “Семейные тайны” и т.д.). И не в том, что мало кому из выпускников Щепки Олег Павлович Табаков мог с ходу предложить сыграть роль вместо супермодного Евгения Миронова в “Обыкновенной истории”. И даже не в том, что женат Егор на красавице Ксюше Алферовой, а родной дед его не кто иной, как Вадим Бероев — знаменитый “Майор Вихрь”.

Просто Егор — очень хороший, не испорченный звездной болезнью человек. Говорят, что таким везет на интересные роли. Так разве его Додик в “Папе” Владимира Машкова не интересная роль? А российский супермен Эраст Фандорин, которого Егор сыграл у Джаника Файзиева в “Турецком гамбите”, не интересный персонаж?

Две большие работы, две интересные роли. Между ними — рыбалка, живопись, конные прогулки по деревенской местности и много чего еще...

“Травить байки не обучен”

— Егор, мы с тобой последний раз виделись года три назад. Что нового в жизни с тех пор?

— Да все новое... Меняются взгляды на жизнь, на творчество. Взрослею... (Улыбается).

— Смотрю, у тебя появился пресс-секретарь, другие помощники. Это с чем связано?

— Актер не должен вести свои дела. Познакомился с хорошими людьми, они согласились со мной работать. Мой агент — очень опытный человек. Правда, в актерском мире он человек новый. Он музыкант, человек шоу-бизнеса. Сейчас он сочетает работу со мной с менеджерством у Славы Бутусова, что мне весьма льстит. Это же настоящий рок-н-ролл!

— Ты редко даешь интервью. Почему?

— А зачем? Часто не нужно. Только когда есть повод. Сейчас он есть — на экраны выходит фильм “Папа”. Вот, кстати, совершенно потрясающая история! Один известный телеведущий пригласил меня на передачу. И стал спрашивать что-то из серии: “А как там Фоменко? Как там Голубкина?” Я сижу и ничего не понимаю. Мы с Колей пересекались буквально пару раз, и то потому, что я вместе с Машей снимался в одной картине. Так этот телеведущий меня после программы отчитал. Вы, говорит, пришли неподготовленным, вы не рассказывали историй. Вот как!

— Неужели в твоем багаже не завалялась пара актерских баек?

— Анекдот я могу рассказать. Но травить байки не обучен.

— В каких интересных проектах мы тебя увидим в ближайшее время?

— Больших проектов всего два. Это, конечно же, “Папа”, который выходит на экраны в сентябре, и “Турецкий гамбит”. Он появится где-то в середине ноября.

— А по мелочам?

— Мелочей как таковых не было. Допустим, съемки “Турецкого гамбита” продолжались почти полгода. На “Папу” не меньше времени ушло. Откуда здесь взяться “мелочам”? Это несколько лет назад я был утвержден чуть ли не в пять сериалов сразу и везде каким-то образом умудрялся сниматься, что, на мой взгляд, не совсем правильно. Сейчас, если беру некую работу, то стараюсь найти время на подготовку к ней. Чтобы прийти на съемочную площадку с чем-то новым.

— Как же театр? Ты же играл у Табакова во МХАТе.

— Олег Павлович дал мне возможность погрузиться в материал. Подготовка к “Папе” длилась полгода, меня освободили от всех спектаклей. Я остался в труппе МХАТа, но у меня сейчас всего один спектакль — “Ю”. Посмотрим, вдруг в начале сезона в репертуаре появится что-то интересное. Сейчас я готов серьезно обговаривать каждую роль. Если раньше я соглашался почти на каждое предложение, лишь бы играть, то сегодня хочется подумать, обсудить, взвесить.

Что же касается Табакова... Олег Павлович — человек, ориентированный на успешность своего театра. В настоящее время эта успешность напрямую зависит от популярности актеров. И что мы имеем? Актеры набраны из сериалов! Они должны сниматься, деньги зарабатывать. От того, насколько много и успешно они снимаются, и зависит успех спектакля. Получается такая палка о двух концах. Всем понятно, что платить такую зарплату, как в кино, ни один театр не может. Вот люди и исчезают надолго. Но театр все равно останется моим домом.



“В плане женщин скрипачи — вольные люди”

— Машков на съемочной площадке — какой он?

— Он как вол, который тянет громаду, большое дело. Все на площадке, вплоть до рабочего были озарены нашим делом.

— Именно вол? Не кавказская овчарка, которая как гавкнет — и все побежали?

— Никогда не видел, чтобы Володя орал на площадке. Ему, как я понимаю, кровно нужно было сделать “Папу”. Поэтому все в этот проект поверили и дисциплина на съемках была идеальная.

— Сухой закон?..

— О выпивке и речи идти не могло!

— По-моему, ты не музыкальный человек.

— Абсолютно. Немного могу на гитаре, на аккордеоне, еще на флейте чуть-чуть.

— Как же научился со скрипкой справляться? Она же такая тонкая, хрупкая.

— Я уверен, что невозможно научиться играть на скрипке. То есть можно, но на учебу придется потратить всю жизнь. У меня же были только шесть месяцев, когда я занимался с нашим консультантом — педагогом Александром Ревичевым.

— Занятия того стоили?

— Да. Я понял, что это за человек такой — скрипач. Как он готовится к концерту, как он любит свой инструмент. Она же стала моей, эта скрипка! Мы перетянули ей струны, вставили новые колки. У меня была специальная тряпочка, смычок, который приходилось подтягивать, натягивать. Когда закончились съемки, мне даже жалко оказалось с этой скрипкой расставаться.

Определенный промежуток жизни я прожил как настоящий скрипач. Я даже бросал машину и на занятия в Гнесинку ходил пешком. Со временем обратил внимание, что прохожие стали видеть во мне скрипача.

— Прямо-таки система Станиславского.

— Верно. Мне выпал редкий шанс вспомнить, как роль делается по Станиславскому. На прежних картинах подготовки как таковой не было. Все как-то мимолетно происходило, а на “Папе” все по-настоящему.

— На какие испытания готов ради интересной роли?

— На любые. Но если режиссер разумный человек, то о каких-то вещах он меня просить не будет. А так, правда, на все готов. Разве что если предложат сыграть наркомана, то не буду пробовать эту гадость. Получится то же самое, если пьяного будет играть пьяный актер. Это уже не искусство.

— Считается, что скрипач никогда не должен драться. Иначе он испортит себе пальцы и больше не сможет играть.

— Мне кажется, скрипач может драться. И очень серьезно. В скрипаче есть некая натянутая струна. Представь, ты изо дня в день стоишь у окна, водишь смычком и видишь, как на улице твои сверстники гоняют мяч. Уверен, после этого должна быть какая-то разрядка, выплеск эмоций. Думаю, что и в плане женщин скрипачи очень вольные люди.



“Фандорин — это Индиана Джонс”

— С чем ты пришел на съемки “Турецкого гамбита”?

— Как тебе сказать?.. Они начались спустя неделю после окончания съемок у Машкова. Я только и успел, что порыбачить два раза у себя в деревне. И сразу — Фандорин. Но там другая история, там все было очень... легко. Это же приключенческий, авантюрный фильм. Ориентиром мне служила сага об Индиане Джонсе. На съемках мы очень много хулиганили, экспериментировали, я даже почти все трюки сам делал.

— Например?

— В одной сцене я висел под несущейся каретой. Было непросто, честно.

— Помнится, кто-то говорил, что не хочет искушать судьбу.

— Я и сейчас не хочу ее искушать. Никогда не прыгну с “тарзанки” или с парашютом. А трюки все-таки являются частью работы.

— А что за история произошла, когда на съемках “Гамбита” что-то взорвалось и тебе рассекло лицо?

— Да, неприятный случился инцидент. Рядом со мной взорвались подсолнухи. Вернее, наши пиротехники в стебли подсолнухов установили “посадки” (имитаторы попадания пули. — А.Т.), я среди подсолнухов бегал с ружьем, а пиротехник в определенный момент взрывал заряды. Казалось, наши действия полностью скоординированы. Но в какой-то момент пиротехник чуть раньше взорвал заряд, и все эти стебли с огромной скоростью полетели мне в лицо. Когда после съемки сняли грим, оказалось, что у меня не лицо, а одна большая ссадина. Ничего, видишь, все уже прошло.

Был, кстати, похожий случай в Германии. Там снимали такую массовую сцену: автомобиль летит по шоссе и взрывается. И снова что-то не сложилось, и мне досталось по лицу. Что еще сказать? От подобного ни один артист не застрахован.



“Казино для меня созвучно с грязью”

— У тебя в деревне в свое время были кони. Не охладел еще к верховой езде?

— Нет. Жалко только, что редко попадаю в деревню.

— Как-то показывали по телевизору фильм “Дикий табун”, ты там здорово сидишь в седле.

— Чудовищный фильм! Знаешь, я искренне надеялся, что в России его никто не увидит. И надо же! Там даже мою роль другой человек озвучивал. Я сниматься-то и согласился лишь потому, что кони и степь кругом. Вроде интересно было. Но на выходе полная ерунда получилась. Зато хороший урок на будущее. Еще Олег Даль говорил, что мы ответственны за каждую роль.

— Если не секрет, какую самую большую сумму денег держал в руках?

После долгой паузы:

— Даже не знаю, что и сказать. Помню, как-то шел с целлофановым пакетом, где как раз какая-то сумма лежала. Но хоть убей, я думал не о том, сколько там лежит, а о чем-то совершенно постороннем, правда. А еще однажды я держал в руках кольцо белого золота с бриллиантом, которое стоило совершенно нереальных денег. И все никак не мог понять, чего же в нем такого?! Да, красивый, да, взгляд притягивает. Но почему за это колечко просят такие деньги?! Для меня “толщина купюр” интереса не представляет.

— А что представляет?

— Например, классно поехать с экспедицией на Чукотку. Лежать, задрав ноги на пляже, скучно. А в подобного плана экспедиции есть драйв.

— Что, и в казино не играешь?

— Я в них просто не захожу. Не переношу такие заведения. Они для меня созвучны с грязью.

— Раньше ты увлекался живописью. Сейчас как?

— И сейчас рисую. Но это так... для себя. Не для широкой общественности. Если что-то получается, как я себе это представляю, с удовольствием дарю друзьям. То, что не получается, стоит дома. Не в печь же их бросать!

— Ты упоминал увлечение рыбалкой. Поделись фирменным секретом.

— Надо обязательно обмыть первую пойманную рыбу. Обычно я перед поездкой звоню своему другу Леше Дубровскому и говорю: “Леша, не помнишь, на что лучше клюет: на полусухое или полусладкое?” Леша отвечает: “По-моему, полусладкое...” И я беру красное полусладкое. Первую рыбку поймали — сразу обмыли. А как иначе? Мы же на рыбалке! Это уже потом костер, уха, бабушкины малосольные огурцы... Теперь можно и по водке!

— У твоего мобильного какая мелодия?

— Тема из Джеймса Бонда. Смешно, я пришел на кастинг “Папы”, и Машкову эта мелодия очень понравилась. Он поставил такую же и только недавно установил другую.

— Просто мне казалось, что сегодня все мобильники звонят “Бумером”.

— Возможно, я бы тоже себе ее поставил. Просто “Бумер”, к своему стыду, я до сих пор не посмотрел...







Партнеры