Убойная парочка

3 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 470

Радимов—Хохлов, Хохлов—Радимов... Погодки — месяц разницы, друзья — не разлей вода. Еще со времен тархановского ЦСКА судьбой связаны. В одно время раскрывались, уезжали, возвращались, блистали, меркли... В одно время (в товарищеском матче с Литвой) вдруг — четко и доходчиво — дали нам всем понять: вихрастые мальчишки — это вчера, ветераны и лидеры сборной — сегодня...

ТЫ ПОМНИШЬ, КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ...

“Первая встреча? — Дмитрий Хохлов задумывается. — Давно это было... В юношеской сборной СССР, году эдак в 90-м. Помню, на московский сбор из Ленинграда приехали пятеро ребятишек. Среди них Влад... Маленький, худенький... В плане “физики” явно слабоват. Тренерам он тогда, видно, не приглянулся, и я его после этого года полтора не видел...”

А увидел (на турнире Гранаткина) — не признал! Прогрессировал питерец значительно. С техникой у Радимова никогда проблем не было, а тут еще возмужал, окреп, вырос... В твердого игрока основы...

“Но чем меня Влад тогда в первую очередь поразил, так это своим умением... пенальти исполнять, — улыбается Хохлов. — Он нам на тренировке говорит: спорим, я сейчас в штрафной упаду, а вы и не увидите, что я это специально сделал. Мы: да ладно, слабо… Подзываем какого-то паренька: сейчас Радим будет бежать — отбери у него мяч. Входят они в штрафную — мы стоим под разными углами, смотрим — вступают в борьбу, Радимов падает и… Чистый пенальти! Чис-тый! Я такого нигде больше не видел... Ему бы на сцене выступать! Артист...”

Из юношеской сборной осенью 92-го оба плавно перекочевали в дубль ЦСКА. И покатилось-понеслось — время разбитное-веселое...

Жили в пансионате на Песчанке — в комнате на четверых (Радимов, Хохлов, Орещук (тот, что сейчас в “Соколе”), Шуков (в Голландии играет). Кровати, тумбочки и тараканы — за компанию (“бывало, спишь ночью, а он по тебе бегает…”). Условия не фонтан, но при этом и Влад, и Дима те времена с теплотой вспоминают. Как ходили за соседей-хоккеистов болеть (с Хабибуллиным в воротах), как из дома полные сумки вкуснятины таранили (“чтоб назад с пустыми руками — ни-ни...”), как “фестивалили”... Свобода! Родители далеко, компания — что надо, деньги — на кармане... Радимов как-то признался: “Финансы текли, что вода. Никаких сбережений! Зарплата, премиальные улетали вмиг. На одежду, на развлечения, туда-сюда, девочки, мороженое… Ночи напролет гудели... И дисциплину нарушали, что скрывать... Но — без криминала... Максимум — битые машины. Впрочем, это отдельная песня. Мне за жизнь столько автомобилей поразбивали — мама дорогая! То в Сарагосе Серега Гуренко постарался, то Саша Беркетов взял машину покататься и в таком виде мне ее вернул — пришлось выбрасывать...”

Дело до того дошло, что однажды ночью забежавшему в комнату Владу (“Я машину разбил!”) спящий Хохлов... не поверил. “На самом деле, ну сколько можно в аварии попадать?! Хотел послать его куда подальше, думал, разыгрывает, а потом глаза продрал, смотрю — стоит весь мокрый, в грязи... Е-мое, Влад, правда, что ли?”

ОДИН — В “СПАРТАК”, ДРУГОЙ — В ИЗРАИЛЬ

Между тем карьера в ЦСКА складывалась у друзей-товарищей по-разному. Радимов еще в 95-м мог в “Спартак” перейти (“Помню, взял время на раздумье. Лига чемпионов, сборная — все это было, конечно, заманчиво, но я с ребятами из ЦСКА переговорил — они сказали: “Куда ты собрался, ты же наш, армейский!”. И я не то чтобы испугался, просто осознал — я родился как футболист в ЦСКА, и менять что-то не стоит”), а Хохлов — в Израиле оказался. Краснодарца одно время в ЦСКА считали бесперспективным и вроде как даже собирались от него избавиться… “Это еще при Копейкине было — как раз конец сезона, в клубе начались перемены… А тогда была мода — продавать всех в Израиль. Много наших туда уехало, мост, что ли, хотели построить между двумя странами, непонятно… В общем, подходят ко мне ребята: куда на следующий сезон? “Не знаю, пока не решил”. — “Да ладно, не знаешь — в Израиль, наверное, лыжи навострил…” Я: “Почему в Израиль-то? Родственников там у меня вроде нет”. — “Да слухи ходят разные”. — “Что за слухи?” — “Вроде как руководство решило, мол, Хохлову уже 20 лет, парень не тянет, в Израиль его — и все дела, хоть денег срубим”. Не знаю, чем бы все это закончилось, но тут как раз в ЦСКА произошла смена власти, в команду пришел Тарханов, и я остался”.

А через год поехал на чемпионат Европы-96! “Хоть мы и ровесники, Влад всегда на шаг впереди меня шел: и в клубе, и в сборной раньше заиграл... Я ему в этом плане, скажу честно, белой завистью завидовал. Все думал: “Ну когда же я? Когда моя очередь наступит?” Ждал-ждал этого момента, а все как-то резко получилось. Раз — и я на чемпионате Европы!”

А Радимов раз — и в Испании. В “Сарагосе”...

МАЧЕХА-ЧУЖБИНА

“Зря уехал? — переспрашивает Влад. — Однозначно на этот вопрос не ответишь. Я изнутри посмотрел, что такое испанский футбол, поиграл с такими футболистами, как Пойет, Морьентес, Дани, Милошевич, обыгрывал “Реал” на “Сантьяго Бернабеу”. Да, я не стал таким, как Карпин или Мостовой, но такого рода игроков — единицы! Главной своей ошибкой считаю то, что отправился покорять Европу в гордом одиночестве. Я оказался в Испании в 20 лет совершенно один, не зная языка. А тут еще обиды пошли — я игрок сборной и не попадаю в стартовый состав?! Начал злиться, в каких-то эпизодах вести себя неправильно… Одному за границей очень тяжело, и очень важно в первый год попасть в команду, где уже есть русский футболист...”

И опять Димку-друга в пример приводит — тот в Европе все время к кому-нибудь из наших попадал. То к Никифорову, то к Карпину… С одной стороны — это действительно помогало, но с другой... По иронии судьбы именно “русская тема” поставила крест на голландской карьере Хохлова...

“У меня с Эриком Геретсом — главным тренером ПСВ — сразу отношения не заладились. Конфликт разгорелся после того, как в одном из интервью он заявил, что, мол, русские, то есть мы с Никифоровым, люди замкнутые, холодные и что нас трудно понять. И предложил выход из положения: “Может, для сближения нам стоит сходить в ресторан, поужинать вместе, выпить пива или чего покрепче?” А меня в то время все эти разговоры об алкоголе сильно цепляли. Как только приехал в Голландию, на каждом шагу: “Русские? А-а-а, водка, Горбачев…” Непонятно почему, но мы в Европе ассоциируемся только с выпивкой. Там пьют не меньше нашего — даже больше! Обидно… И вот когда Геретс выдвинул такое предложение, меня оно ох как задело. А тут еще местные журналисты не вовремя вытянули на разговор. Ну я и выдал: если мы будем по ресторанам ходить-пить, когда же играть-то?.. Сейчас анализирую, может, и неправильно себя повел, вспылил не по делу. Геретс, он, наверное, не хотел меня обидеть, но что случилось, то случилось — идти на попятный было уже поздно. И началось — он меня поливает, я его… В конце концов мне пришлось покинуть ПСВ”.

А Радимову — “Сарагосу”... Влад в тот момент вообще был готов с футболом завязать...

“Все как-то разом навалилось: уход из “Сарагосы”, развод с женой — она с ребенком в Москву уезжает, а я в Испании остаюсь… Потом еще эта поездка на два месяца в Болгарию в “Левски”, где мне такой скандал устроили — врагу не пожелаю… “Левски” в Болгарии — это как в России “Спартак”: туда тебя берут, а оттуда только выгоняют. Сам уйти ты не можешь… И тут какой-то русский вздумал качать права — не захотел продлевать контракт с таким великим клубом! Все, в общем, сложилось одно к одному, и я для себя точно решил: заканчиваю. Мысли лезли: все, хватит, сборы эти, тренировки, уже и в сборной поиграл, и в ЦСКА, и на чемпионат Европы съездил… Кто удержал от ухода? Друзья. Александр Федорыч Тарханов, тот в спортивном плане меня к футболу вернул, а Герман Ткаченко и Дима Иванов (друг мой близкий, он в ТНК работает), как бы громко это ни звучало, — к жизни.

Безумно им признателен. Заставили, чуть ли не за шкирку взяли и сказали: не дури, ты можешь… Попробуй в “Крыльях”, а закончить всегда успеешь. Димка, несмотря на свою работу и должность, чуть ли не каждый день ко мне в Самару мотался — на каждую тренировку ходил, проверял меня постоянно, чтоб я, не дай бог, куда-нибудь не туда не зарулил или спать не лег поздно. Если б не друзья, неизвестно, где бы я сейчас оказался”.

И Хохлов звонил, поддерживал... “Я в шоке был — человеку 25 лет, а он уходить собрался! На 95% был уверен, что Влад блефует. Характер у него не тот, чтобы сдаваться...”

“А ТЫ КТО ТАКОЙ?”

Характер... Если его во главу угла ставить — более разных людей трудно найти. “Не сдаваться” — это одно из немногих схожих качеств Радимова и Хохлова (в конце концов оба, европейские мытарства пережив, заиграли на прежнем высоком уровне: первый в “Зените”, второй в “Локомотиве”). А так...

Хохлов — спокойный. Из себя вывести — постараться надо. “Всему “виной” — ранняя свадьба. После женитьбы я стал гораздо серьезнее. Вообще, если б не моя Ульяна, не знаю даже, состоялся бы я как футболист. По молодости столько ветра в голове было — легко мог куда-нибудь не туда завернуть”, — признается полузащитник “Локо”.

Радимов — другой. Огонь! Нерв! На поле не умолкает ни на минуту. “В кого я такой? Ни в отца, ни в мать — точно. Скорее в дедушку — он у нас эмоциональный человек…” Хохлов смеется: “В этом весь Радим. Он всегда таким был. Если не кричит, не орет — значит, и футбола нет...”

Неугомонный... Хохлов для себя точно решил — в России будет заканчивать (“Не для того я возвращался, чтобы уезжать. И потом, я не могу только о себе думать — растут дети, им надо учиться. Хватит их дергать с места на место”). А Радимов... В Америку собрался! Лет эдак через пять-шесть... “Зачем, Влад?” — “А чего? Интересно ведь — что там да как...”

Спорщик (с тем же Хохловым “забились” на итог чемпионата-2004: если “Зенит” станет первым — Дима друга в ресторан ведет, если “Локомотив”, то наоборот). Легко увлекающийся (“когда на DVD трилогия про Наполеона вышла, я себе все диски купил и до четырех утра смотрел”), суеверный (“в день игры всегда бреюсь”), азартный... Проигрывать не любит и не умеет. Хохлов до сих пор вспоминает, как Влад на нем в прошлом году в Питере “горчичник” заработал. “Подкатился сзади в ахилл — так у меня потом три недели нога болела. Я ему, помню, в ответ только и успел, что непечатную тираду пустить...”

— Обиделся, наверное?

— Я? За что? Радим все правильно делал — на поле друзей нет... Это после игры мы с ним в ресторан можем сходить, пообщаться, а во время матча...

— И часто встречаетесь?

— Не так часто, как хотелось бы. В основном когда Влад в Москву приезжает... Зато созваниваемся постоянно. Или сообщения по мобильникам друг другу шлем... Недавно, кстати, с этими SMS забавная история произошла. Когда “Зенит” у “Спартака” выиграл, я ему поздравления послал, ну и еще пару строк — не для прессы... Конкуренты все-таки! Радимов отвечает: “Спасибо большое. А кто это?!” Я еще одно письмо пишу: “Ты что, совсем зазнался?” Он опять: “А кто это?” Тут я уже не выдержал, позвонил... Влад сначала продолжал в несознанку играть, но потом все-таки выдал себя, рассмеялся...

— Когда вместе собираетесь, наверное, армейское прошлое вспоминаете?

— Не получается — редко вдвоем остаемся. То он с компанией, то я, то друзья общие... Сомневаюсь, что людям будет интересна наша общая ностальгия.

— С кем-то из “своего” ЦСКА связь поддерживаете?

— Да, с Серегой Семаком, Валерой Минько...

— Как считаешь, чего все-таки не хватало той команде? Играли красиво, зрелищно, но ничего серьезного не выиграли...

— Слишком молоды были... Не хватило опыта, а следовательно, времени. На пустом месте слишком много очков отдали... Как сейчас помню, ведем два-три мяча, надо бы от обороны сыграть, а мы вперед мчимся! Шашки наголо...

— У тебя с тех армейских времен что-нибудь на память осталось?

— Фотографии, футболка...

— А радимовские футболки в наличии имеются?

— Навалом! У меня — его, у него — мои. Я вообще одно время начал это дело собирать, но потом забросил... Влад как-то поинтересовался: почему, мол, коллекцию не пополняешь? “Да какая это коллекция! — отвечаю. — Кругом один только “Радимов”... Из ЦСКА, “Сарагосы”, сборной...”

ВОСЕМЬ ЛЕТ ПОРОЗНЬ

Сборная для друзей-товарищей — отдельная песня. Вроде бы все время на виду, а последний раз вместе за первую команду России аж в 96-м году играли! То один у тренеров не в фаворе, то другой...

— Я уж, что греха таить, начал думать: не судьба, злой рок над нами... — Хохлов улыбается.

— А тут вызов на матч с Литвой...

— Ага! Я Влада в аэропорту встретил (Радимов еще с цеэсковских времен машину водить не любит. — Р.В.), и мы всю дорогу до Бора разговаривали-вспоминали... Шутка ли — восемь лет вместе в сборную не вызывались!

— А почему тогда по разным номерам расселились?

— Мы хотели вместе, но приехали в Бор, а там уже всех поселили. Влада — с Быстровым, меня — с Аленичевым. Ну и мы решили ничего не менять — все равно ведь постоянно общаемся. Или у него в комнате собираемся, или у нас...

— По игре с Литвой было видно — получаете удовольствие от взаимодействия на поле...

— Так оно и было! Мне, например, было очень интересно снова с Радимовым в связке сыграть. Так сказать, вспомнить молодые годы... Что самое ценное: времени на то, чтобы сыграться, нам в принципе не понадобилось. На одном футбольном языке говорим!

— Теперь что — курс на ЧМ-2006?

— Далеко заглядываешь... Мы ж еще не стартовали даже!

— Ладно, но бутсу-то тебе Радимов будет целовать, если словакам гол забьешь (таким необычным образом Влад отметил мяч Каряки, забитый в ворота литовцев. — Р.В.)?

— На эту тему я с ним еще не разговаривал. (Смеется.) Вообще у них в “Зените” подобные фишки в ходу, так что не удивлюсь, если Радим и на этот раз что-нибудь придумает. Главное, чтобы повод был!




    Партнеры