С римейком на устах и золотом в руках

17 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 201

Какая же мерзость эта разница во времени! Москва уже вовсю глотает пыль трудового будня, а в вечно праздничном и неприлично отдраенном до скрипа на подошвах (как умудрились посреди пыльной пустыни?) Лас-Вегасе еще только вечер предыдущего дня. Именно в те минуты, когда сегодняшний номер “МК” печатается на типографских станках, мы здесь, находясь как бы в прошлом, увидим волнительный момент выхода Филиппа Киркорова на сцену крупнейшего зала всей Невады “The Thomas And Mack” и вручения ему на глазах у 12 тысяч зрителей и многомиллионной аудитории канала ABC в США, Канаде и Мексике, где идет прямая трансляция, золотой статуэтки премии “World Music Awards”. ФК награждают в национальной номинации “Лучший артист России”. И пока не ясно, сдобрит ли наш озолоченный герой крепким словцом свою триумфальную речь, оттопырит ли смачно прямо в камеру “фак всем вам”, имея в виду все последние скандалезные перипетии его внутрироссийского бытия... Обыграть драматичный сюжет “Нет пророка в своем отечестве” было бы сейчас как никогда в кассу.


Между тем последние приготовления на WMA — в самом разгаре. Это та самая “awards”, которую 15 лет назад учредил — видать, от скуки и для собственной услады — принц монакский Альберт. Все эти годы церемония под его светлейшим патронажем, собственно, и развлекала в Монте-Карло курортную публику франко-монакской Ривьеры. Обставлено, разумеется, все было с помпой и пафосом. Обязательная благотворительность — вежливость королей: госпитали, школы и голодающие страны. Толпы не просто богемных сливок, а сливок со сливок, съезжавшиеся ко двору. Принцесса Стефания, опять же сестрица Альберта, и та, если кто помнит, заделалась от скуки дворцового бытия в поп-звезды именно на сцене “World Music Awards”.

Название “Всемирная музыкальная награда” обязывало, конечно, к серьезной постановке вопроса. Критерием для номинаций организаторы объявили продажность артистов — то есть тиражи их пластинок как на международном, так и на внутреннем рынке. Подтверждающие справочки (о тиражах) выдавала IFPI (Международная федерация фонограммной индустрии) из Брюсселя. Русские, еще со времен Тургенева и Бунина неровно дышащие к красотам и климату Лазурного Берега, как только предоставилась возможность, тоже потянулись в Монте-Карло со своими справочками. Кто только не перебывал там: и Дима Маликов, и Олег Газманов, и Лайма, и “Би-2” и “Агата Кристи”, и другие. Во вселенских масштабах наш музыкальный рынок, конечно, жидковат, кривоват, обложен пиратами и циферки часто смехотворны, но к нам в Монте-Карло отнеслись добросердечно, и вот уж десять лет, как мы наблюдаем на этих принцевых музыкальных вечерах наших поп-старз в созвездии всемирных знаменитостей.

Филипп там, кстати, старожил. Был уже три раза: два пел сам, а на третий вывозил в Монте-Карло свою падчерицу Кристину Орбакайте. Перезнакомился со всем руководством церемонии и даже заделался в любимчики Мелиссы, жены главного продюсера церемонии Джона Мартинотти. Мелисса — дама голубых кровей, бальзаковских лет и игривого нрава. Она больше всех радовалась здесь, в Лас-Вегасе, что и Филипп снова получит свою золотую статуэтку, ибо он “amazing” (типа великолепен) и “больше, чем кто-либо другой, заслуживает награды”. Безупречно ухоженная для своих средних лет, аккуратно выкрашенная, подправленная фитнесом, в легком голубом платьице, она расцеловывала Фила на pre-party, устроенном организаторами в самом дорогом ресторане Лас-Вегаса “Crustacean”, постоянно к нему подбегала, хватала за руку и куда-то тянула, норовя сшибить на ходу гуттаперчевую Аврил Лавин, до которой ей в отличие от Филиппа не было никакого дела.

Однако чего не отнять у WMA — это праздничной роскоши. На нее, как мотыльки на пламя, тянутся и по-настоящему всемирные знаменитости. Послужной список принцевой церемонии, наработанной за 15 лет, сияет более чем ослепительно. Помимо актуальных звезд сезонов, к номинированию которых на WMA всегда относились с исправной дотошностью, не пропуская ни одной значимой персоны, они учредили две почетные номинации: “Legend Awards” (“Легенда”) и “Diamond Awards” (“Бриллиантовая награда” — за сто миллионов проданных пластинок). “Бриллиантовыми” стали Род Стюарт и Мерайя Кери. А уж легенд наплодилось как песка в пустыне — целых 25 штук: от Барри Уайта до Клифа Ричарда, от Элтона Джона до Уитни Хьюстон, от Стиви Уандера до “B-Gees”, от Ринго Старра до Рея Чарльза, от Тины Тернер до Майкла Джексона и т.д.

В общем, наработав пафосу, WMA решила, что созрела наконец до прямой трансляции как настоящая серьезная церемония (раньше ее показывали только в записи) и перебралась с помощью своего американского партнера — телеканала ABC — в Лас-Вегас, всемирную столицу игорного бизнеса и развлечений.

Не сказать, чтоб Лас-Вегас пал ниц. Этот рукотворный мираж в пустыне, пульсирующий неоном, пожирающий каждый день в чрева сотен тысяч игровых автоматов миллионы из карманов праздной публики и услаждающий ее десятками самых отменных и дорогих шоу со всего мира, почти не заметил еще одну “церемонию”. Во всяком случае, ни один таксист не знал, где “эта WMA”. Здесь сходят сейчас с ума от нового шоу Селин Дион “A New Day”, и дорогу туда знает каждый таксист. Взрывной фьюжн Селиновой луженой глотки, безупречной музыки, хореографии, самых совершенных хай-тековских достижений и кучи денег превратили это эксклюзивное шоу в высшую ступень эволюции всемирного шоу-бизнеса. Для Селин Дион, которую отель-казино “Caesar’s Palace” купил на три года, специально выстроили театр “Колизей” на 4 тысячи зрителей за 95 миллионов долларов, а сцену, оборудованную по последнему слову техники, увенчали жидкокристаллическим экраном высотой в несколько этажей. Постановщик шоу Франко Драгоне, бывший продюсер знаменитого “Cirque de Soleil” выжал из своих фантазий все до последней капли, вымуштровал труппу до состояния биороботов, а на экране наворотил такое, что можно тронуться умом. Филипп Киркоров чуть и не тронулся — целый час рассказывал Алле по мобильнику об увиденном, потом впал в ступор, почернел и долго молчал. Успокаивали его всем миром как могли, объясняя, что и Pink с Уитни Хьюстон до Шер в придачу грызли бы ногти от безысходки, увидев такое. Наверняка и грызли... Весь следующий день Филипп заглушал боль от соприкосновения с прекрасным, изматывая себя и свою команду на американских горках и всевозможных аттракционах-страшилках, которых в Лас-Вегасе пруд пруди. Танцоры потом были ни живы ни мертвы, а Фил отправился на шопинг и лихо подчистил бутик Гальяно штук на двадцать. Предал, понимаешь, любимого Кавалли и теперь во всей этой Гальяновой красе ослепит церемонию WMA как “лучший артист России”.

Расшитый и усыпанный бисером балахон а-ля Пугачева, привезенный из Москвы, останется теперь нераспакованным. “И куда его теперь?” — спросил я Филиппа. “В музей личных вещей”, — грустно ответил он. Балахончик, кстати, был концептуальным прикидом, так как на церемонии артист споет испанский ремейк знаменитой песни своей великой жены “Три Счастливых Дня”. Впрочем, и в Гальяно душещипательности от баллады не убавится.

Об успехе России в прошлом году, когда WMA, страшно дрейфя и боясь непотребного скандала, все-таки вручила “Тату” аж три награды в престижных международных номинациях (“Лучшая поп-группа”, “Лучший дуэт”, “Лучший танцевальный проект”), уже никто и не помнит. Так вот скоротечен и иллюзорен подчас успех в шоу-бизнесе. Та же Мелисса, главная женщина на WMA, все восхищаясь Киркоровым, щебетала без устали на том самом приеме в ресторане, какой он “real artist” (то есть настоящий артист), а не “пустышки, от которых тошнит”. И показывала, как “тошнит”, изящно приближая два пальца ко рту, а потом долго расспрашивала “об этом скандале с журналисткой”, о котором, как оказалось, тут неплохо осведомлены благодаря публикации в “The Los Angeles Times”. Американцы, узнавая, что это — “тот самый мистер Киркоров”, ободряюще похлопывали Фила по плечу и приговаривали, что и у них звезды, бывает, бузят и что, конечно, “эти журналисты — отвратительные и мерзкие, наглые, как тараканы или саранча”. Фил тяжело вздыхал, смущенно улыбался и закатывал глазки к небу...

Приехав на генеральную репетицию, я спросил у дежурного менеджера: где русские? Последовал ответ: “О! Руслана? Прямо и налево”. Пришлось добродушно подтрунить над дежурной и прочитать ей политинформацию о событиях в мире за последние 13 лет. В “иностранных” номинациях в этом году еще трое кроме Киркорова: некая Латифа из Египта, “Westlife” из Ирландии и вот — Руслана с Украины как главная “евросенсация” года. Она вовсю обнималась с Филей у сцены, когда я вошел в зал. “Руслана! Зачем ты обидела Филиппа, сказав, что никогда не будешь петь дуэтом?” — расстроив их милый междусобойчик, обрушился я на гуцульскую поп-диву. “Ой, да это ж не так все было, журналисты переврали”, — хохотнула героиня “Евровидения” и, загнанная в угол прямым вопросом, заявила не моргнув глазом, что с Филиппом ей спеть — милое дело и высшая честь. Тут же возникла идея целого трио — с греком Сакисом Рувасом, которого Руслана уделала на “Евровидении” в Стамбуле и которого Филипп, как раз после “Евровидения”, и пригласил спеть дуэтом. Премьера состоится после возвращения артиста из Лас-Вегаса. “ЗД”, разумеется, держит руку на пульсе.

Оставив Руслану, Филипп удалился в закулисье. Говорит, что скоро уйдет со сцены — так его все достало. Вот только заберет положенное “золото” из Лас-Вегаса и натусуется всласть с другими участниками WMA — Марком Энтони, Селин Дион, Ашером, Аврил Лавин, Патти Ла Белль да Алишией Киз. И еще споет с Сакисом Рувасом...

В ПОСЛЕДНЮЮ МИНУТУ

Церемония World Music Awards-2004 все-таки успешно завершилась за несколько минут до подписания номера в печать. От созвездия знаменитостей, дефилировавших по красной ковровой дорожке в зал, слепило глаза. Особенно запомнились: Памела Андерсон с грудями; черный Seal, взасос лобызавший белокурую топ-модельку; Pink с подружкой, тискавшие друг друга на ходу безо всякого стеснения; изящная Дженнифер Лопез с пережженными волосами, но с безумно модной меховой сумочкой от Гуччи и, как всегда, с отменно выпуклой попой, о силиконовом происхождении которой напропалую все судачили.

Филипп же был кроток и обходителен. Никого так и не отфакал. Угрозы “отпи...дить” звукорежиссера на репетиции не в счет, потому как американец, на пульте у которого заело Филову фонограмму, по-русски все равно ни бельмеса. На сцене же ФК трогательно прижимал золотую статуэтку и произнес взволнованную речь по-русски, которую, конечно, никто не понял, но у нас обязательно услышат, — о том, что он уходит со сцены, но точку не ставит, а только многоточие. Мудрено. Однако публика приняла его выступление крайне эмоционально, аплодировала стоя — единственному из “национальных кадров”.

За кулисами ФК проявил благородство и поделился гримеркой с Селин Дион, которая по какой-то причине осталась непристроенной. Они наконец познакомились и всласть наговорились. Фил рассыпался в комплиментах ее талантам и бесподобному шоу, одарил матрешкой, Чебурашкой, красочным альбомом с собственными фотографиями и тремя своими пластинками. Селин обняла Филиппа, приложилась к его вечно небритой щеке и сказала, что прямо сегодня вечером “все и послушает”. На WMA ее наградили “Бриллиантовой наградой”.

В изысканный номер своего “Белладжио” Филипп вернулся после after-party в Hard Rock Cafe уставший, но удовлетворенный. Только прихрамывал слегка: натер накануне мозоль модной блестящей кроссовкой. Однако не все то золото, что блестит...






Партнеры