Синица в руках, стрела в небе

23 ноября 2004 в 00:00, просмотров: 530

Двадцать лет назад я уже брала интервью у Игоря Михайловича Ильинского, тогда он был директором Научно-исследовательского центра при Высшей комсомольской школе (ВКШ), и говорили мы о его книге “Василий Алексеев”, вышедшей в серии “Жизнь замечательных людей”. Сегодня доктор философских наук и академик восьми академий Ильинский — ректор Московского гуманитарного университета, крупного негосударственного вуза, возникшего на базе ВКШ. Сложив вместе биографии учебных заведений-предшественников, Московский гуманитарный университет в эти дни отмечает 60 лет.


— Книга “Василий Алексеев” была посвящена, как сейчас помню, пламенному большевику и была написана со всем пылом вашего таланта. Тяжело ли далась лично вам перестройка?

— Мое кредо — быть самим собой, а это значит быть свободным. Что всегда трудно. Государственная молодежная политика, идею разработки которой я выдвинул, работая директором центра, была направлена на разрешение социальных проблем того времени. А потом нас бросили без копейки. Мы выживали, получая заказы на социологические исследования. Выжили. Но я скажу так: и тогда было мое время, и сейчас.

— На месте высшей комсомольской школы возникло негосударственное учебное заведение. Наверняка без скандалов не обошлось...

— Высшая комсомольская школа никогда государственной не была. А была структурой общественной организации и кормилась за счет этой организации. Все, что находится на этой территории, построено на комсомольские средства. У нас есть все документы, подтверждающие, что теперь это собственность нашего университета. Желающих поживиться за счет этой собственности было очень много. В 1994 году, когда я стал ректором, вуз находился на краю гибели. Три здания стояли полностью разрушенными, без окон, без дверей, без крыш. Остальные находились в аварийном состоянии. Зимой в аудиториях сидели в верхней одежде. Территория не охранялась, не освещалась, не убиралась. Была масса арендаторов, которые уже приглядывали, что бы себе прихватить. Меня заказывали. И угрозы были, и стрельба... Но мы достаточно быстро встали на ноги и начали стремительно развиваться. В 1994 году на трех факультетах обучалось 764 студента, сейчас у нас более 10 тысяч на 9 факультетах. Я горжусь своими студентами: 365 владеют в совершенстве двумя языками, а около 50 — тремя, причем какими — арабским, китайским, японским!

— В лицо многих знаете?

— Несколько сотен. Моя дверь всегда открыта для студентов. Конечно, чаще приходят с проблемами. Например, связанными с оплатой. Это миф, что в негосвузах учатся дети богатых буратин, наоборот, такие учатся в государственных вузах, где взятки можно давать. А здесь это не надо делать, пришел в кассу, заплатил — а цены у нас очень средние — и учись. Самые дорогие факультеты — международных отношений, рекламы, но обучение там в три раза дешевле, чем, к примеру, в МГИМО.

— Высшая комсомольская школа сначала стала Институтом молодежи, потом гуманитарно-социальной академией. Почему два года назад вуз переименовали в гуманитарный университет?

— Университезация российского образования, которая проходила в начале 90-х гг., — это дело смешное. Потому что как ты ни назовись, если ты плохой вуз, то ты все равно плохой. Мы первыми в России создали факультеты социальной работы и рекламы. Когда в 2000 году проходила очередная аккредитация, нам сообщили, что по всем позициям наш вуз — университет, только не хватает одного учебного направления (надо иметь не менее 5). Мы стали сначала академией, потом открыли новые специальности: “социокультурный сервис и туризм”, “регионоведение” и “международные отношения”, кстати, редчайшие для негосударственных вузов и вообще в стране. Так мы стали университетом.

— За окном вашего кабинета чудесный парк, синицы прыгают с ветки на ветку. А что еще есть у вашего вуза, чего нет у остальных?

— Территория парка, кстати, 53,5 га. У нас — собственная материальная база, которой нет у подавляющего большинства негосударственных вузов. 17 лингафонных кабинетов, масса компьютерных классов, центр компьютерного тестирования. А еще — свой бассейн, теннисные корты, стадион. Вокальная студия Сергея Таюшева и театральная Валерия Золотухина! Основное богатство — это, конечно, люди. Из 900 наших преподавателей — 150 профессоров, докторов наук, 60 членов различных академий. В МосГУ работает всемирно известный русский мылитель Александр Александрович Зиновьев, который двадцать лет провел в изгнании, а сейчас возглавляет у нас “Русский интеллектуальный клуб”.

— Давайте помечтаем. Чем будет гордиться вуз лет через десять?

— Если хочешь, чтобы стрела взлетела выше дерева, надо целиться в солнце. Мы хотим стать одним из ведущих центров в области гуманитарного знания. Оксфорд тоже негосударственный вуз, а ему более 800 лет. Нам, если брать всю историю, всего 60. Мы хотим стать негосударственным вузом, который демонстрировал бы такие образовательные стандарты, которыми гордилось бы российское образование.

Прощаясь, Ильинский подарил мне свою новую книгу. Она называется “Путь к успеху”.



    Партнеры