Государственные пытки

Американским солдатам приказали мучить врагов по инструкции

11 февраля 2005 в 00:00, просмотров: 764

Американцы пытают заключенных в Ираке. Об этом мы узнали год назад. В прессе появились фотографии, сделанные в тюрьме Абу-Грейб. Пытками занимались шестеро нижних чинов армии США: капралы, сержанты, среди которых одна девушка — рядовая Линди Ингленд. На фотографиях она, улыбаясь, тычет окурком в гениталии голых пленников.

Скандал в США был грандиозный. До президентских выборов оставалось полгода. Многим казалось, что Бушу конец: не сможет победить на выборах Верховный главнокомандующий, чьи солдаты делают такое. Тем более, арестованные американцы утверждали, что пытали иракцев по приказу командиров.

Важнейший вопрос: сами решили пытать или — по приказу?

Если пытали сами, то нам нет до этого дела. Садисты есть в любой армии; и пусть об американских сержантах-садистах голова болит у американских генералов, у американского общества. Нам своей дедовщины хватает, со своими садистами не знаем, как быть.

Но если ПЫТАЛИ ПО ПРИКАЗУ, если есть пыточные инструкции — тогда мир должен признать, что не все знает о главном члене “Большой восьмерки”, о лучших демократах планеты.


В России остались почти равнодушны к этим новостям. Даже немножко обрадовались: вот, мол, не только у нас есть Будановы...

Наше равнодушие к сообщениям о пытках — понятно.

Пытали не у нас — где-то далеко. Пытали не мы — какие-то американцы. Пытали как-то уж очень гуманно — не калечили. Пытали не нас — каких-то иракцев.

А кто это такие? Для нас иракцы — это чурки, азеры, хачики: лица кавказской (закавказской) национальности. Лица мусульманской, то есть террористической национальности. Их, возможно, следует пытать, ибо они не люди. В нашей прессе порой так и пишут: “нелюди”.

Если бы американцы пытали русских, наша реакция была бы гораздо сильнее. А почему? А потому что американцам нельзя пытать русских. Это можно только русским.

Пытки русских в русской армии, в русской милиции — это повседневность. Мы не можем жалеть пытаемых чужих, ибо давно перестали ужасаться, что пытают своих.

Газетные статьи и телепередачи об издевательствах в армии, о дедовщине, о повесившихся — не возмущают общество. Эта информация не превращается в политический скандал. И ни разу наш Верховный главнокомандующий не выступил публично с осуждением повсеместных и непрерывных пыток.

Американский президент осудил своих семерых садистов. “Эти семь гнилых яблок опозорили нацию!” — сказал Буш (интересно, кто ему сочинил такую красивую фразу? почему не бананы, не помидоры?). А наш — наших не осуждает. Наверное, потому, что не знает или не чувствует вины.

* * *

А как пытают американцы? На днях в Техасе на военной базе США суд вынес приговор капралу Чарльзу Грэйнеру — 10 лет тюрьмы. Суд изучал фотографии и выслушивал свидетелей: “Всех иракцев раздели и заставили лечь друг на друга, образовав пирамиду. В другой раз капрал Грэйнер велел одной группе заключенных мастурбировать, а других пленных поставил на колени и заставил имитировать оральный секс. Обнаженных заключенных заставляли имитировать и гомосексуальные акты”. И фотографировали.

Капрал Грэйнер утверждал в суде, что он не садист, что он сочувствовал заключенным и что издевался по приказу руководства.

И все остальные обвиняемые, в том числе барышня Ингленд (которая тыкала окурком), утверждали в суде, что пытали по приказу командования. Обратите внимание: тыкала не сигаретой, а окурком. То есть не прижигала, не делала больно. Вся эта похабщина в сознании американцев, возможно, выглядела забавой, а не пытками. (Может, они так развлекались дома, на своих вечеринках.)

Суд отказался вызвать в качестве свидетелей высокопоставленных военных.

По приказу пытали или сами? Можем ли мы разобраться, если командиры даже не допрошены, а обвиняемые во всем мире всегда склонны лгать и сваливать вину на других.

Выполнение преступного приказа — преступно. Но наказывается не очень строго. Нюрнбергский суд приговорил к повешению всего лишь 12 фашистских главарей. А сотни тысяч фашистов были признаны исполнителями преступных приказов и отделались легко.

Самостоятельные преступления — дело другое. Получи 10 лет и скажи спасибо, что не больше.

...Мир не поверил американским “гнилым яблокам”. И Америка не поверила. Все сходились на том, что высшие чины (включая президента США) несут моральную ответственность за пытки, но, конечно, это — преступная самодеятельность нижних чинов.

* * *

С момента американского скандала прошел год.

19 января 2005 года все газеты Англии опубликовали фотографии, на которых британские военные издеваются над пленными иракцами. Фотографии очень похожи на те, что сделаны в тюрьме Абу-Грейб, где командуют американцы. Но эти фото сделаны в британском военном лагере Брэд Баскет (“Хлебница”).

Британия нашла три “гнилых яблока” — одного капрала и двух младших капралов. Комментаторы пишут: “Фантазия британских тюремщиков работала в том же направлении, что и у осужденных американцев. На большинстве снимков обнаженные иракцы изображают сцены орального и анального секса”.

Военный трибунал в Англии еще заседает, приговоры еще не вынесены. Но британский премьер Тони Блэр поступил в точности как Джордж Буш — выразил свое возмущение.

А подсудимые англичане — в точности как американцы — заявляют, что “действовали четко по инструкциям командования”. И их адвокаты — в точности как американские — потребовали вызвать в суд и привлечь к ответу все высшее руководство британской армии.

Это очень странно, что абсолютно разные, не знакомые между собою люди, хорошие мальчики из приличных стран (богачи всего мира посылают туда детей учиться), совершенно одинаково пытают иракцев.

Это “фантазия работала в одном направлении” или инструкции писались одной рукой?

* * *

Когда стало известно, что американцы пытают пленных, наши правозащитники и демократы, конечно, осудили плохих мальчиков и плохую девочку Ингленд, но добавили: мол, эти пытки — чепуха по сравнению с нашими, мол, в Чечне в Чернокозове калечат, отбивают почки, ломают ноги, убивают, а тут, подумаешь, заставляли в рот брать. Даже ставили нам в пример американских садистов: вот, мол, малость поиздевались, можно сказать, пошутили; не то что наш Буданов — изнасиловал и задушил.

Такое отношение свидетельствует об искреннем демократизме и широте души наших правозащитников, об их принадлежности к европейской цивилизации.

Действительно, американцы и британцы применили какие-то неевропейские пытки. Нормальные пытки — иголки под ногти, зажигалку к соскам, напильником по зубам, паяльником в ж—у, электроток к гениталиям — невыносимая боль.

А американцы и британцы заставляли иракцев раздеваться догола, мастурбировать, изображать гомосексуальные акты и извращения. И фотографировали.

С точки зрения европейцев, с точки зрения наших гангстеров — это не пытки, а пустяки, смешно, глупо, противно. Но в том-то и дело, что пытали не европейцев.

Американцы и британцы делали все правильно. То, что для европейца — пустяк, забава, а для некоторых и достоинство, и даже престиж, — для мусульманина невыносимая, смертельная пытка.

Спроси любого: что такое пытка? Ответит: это невыносимая боль.

Если бы капралы и унтеры пытали иракцев по собственной воле, по собственному разумению, они бы пытали по-свойски, по-европейски. Причиняли бы невыносимую боль. Как эти нижние чины догадались, какие именно действия абсолютно невыносимы для мусульманина?

У нас пытки не централизованы. В нашей армии это делают все сами. У нас каждый пытает на свой лад. А американцев и англичан пришлось обучать. Сами они не сообразили бы, как надо пытать. Их жизнь к этому не приучила.

Они заставляли пленных делать все это. И фотографировали. И обещали показать эти фотографии в родной деревне пытаемого, в его родном городке. Показать там, где живет родня: родители, братья, сестры. Там, где человек, нарушивший табу, более мертв, чем труп. Кроме того, нарушитель табу — вечный позор для всей семьи. И никто никогда не будет слушать его оправданий, что, мол, его заставили раздеться, его заставили взять в рот. В ответ на все свои мольбы (если он отважится показаться живым среди сельчан) он услышит вопрос: “Почему ты не умер?”.

Когда Черный Абдулла в любимом советском фильме спрашивает одну из своих жен: “Почему ты не умерла?” (имеется в виду: почему не умерла вместо того, чтобы шляться по пескам с товарищем Суховым) — это не фантазия сценариста, это реальность мусульманского мира.

Что предпочитаете: свиной шашлык или свиную отбивную? Правоверный мусульманин предпочтет умереть.

Нарушение впитанных с рождения мощных запретов, этих перечисленных в Коране и свято соблюдаемых табу, для мусульманина — катастрофа гораздо хуже смерти.

Нам даже не с чем это сравнить. Ибо наши табу давно разрушены. Не будем утомлять читателя подробным перечислением. Ничего святого, ничего священного у нас нет. И мы не понимаем их мусульманских страданий. Мы можем только верить или не верить, когда они кричат. И спрашивать себя или оказавшегося рядом товарища: “Интересно, это он страдает или притворяется?”

Слепые от рождения не очень понимают, о чем так страдает внезапно ослепший. Для него мир исчез, а они не понимают, чего он лишился. А человек, работающий на бойне (боец), только смеется, когда с удовольствием отрывает голову курице или кошке, чтобы посмотреть, как закричит от ужаса ребенок.

Ребенок кричит от непонятного бойцу ужаса; забавно, а?

* * *

За этот год (пока происходили эти американские и британские скандалы) не раз приходило в голову, что “гуманный”, сексуальный, неевропейский характер пыток, и одинаковость этих пыток не могут быть случайны.

Лоуэлл открыл планету Плутон, не видя ее. Зато он видел, что Уран движется “не так”, не по правилам. Плутон был сперва вычислен, а через 15 лет посмотрели туда, где он “должен быть”, и нашли.

Очевидно, существуют приказы (пытать) и инструкции (как пытать). Их, должно быть, разработали спецпсихологи спецслужб. И, конечно, нам их не покажут. Американские приговоры вынесены, американские высшие военачальники не допрошены. Так же будет и в Англии.

Казалось, вот-вот кто-то об этом напишет. Или военные журналисты, или международники, или правозащитники. Ведь все лежит на поверхности. Но — тишина. Нашей прессе плевать, а ихняя... Неужели тоже не замечает очевидного?

Последней каплей стало сообщение о российских пленниках Гуантанамо. Это тюрьма для талибов, устроенная американцами на их военной базе (Куба). В числе “талибов” оказались некоторые граждане России, мусульмане.

Россиянин Айрат Вахитов — плохой мальчик, в двадцать с небольшим отправился в Чечню, обучался в лагере боевиков (в боевых операциях не участвовал, уголовное дело прекращено), отправился в Афганистан, попал в плен к талибам (пытали), а потом — к американцам, которые сочли его талибом и отправили в лагерь на Гуантанамо. Он рассказывает, что в жару там даже в будках сторожевых собак работают кондиционеры, но не в клетках для заключенных. Избивали, пускали слезоточивый газ, Коран рвали, бросали в парашу, ударами заставляли раздеваться догола во время молитвы. Он и другие повторяют: “Били, не давали спать, травили собаками...” Они не говорят, что их заставляли мастурбировать или изображать гомосексуальные акты. Но и иракцы этого не говорили. Это стало известно из фотографий, случайно (англичанин сдал в фотоателье пленку, отснятую во время службы в Ираке; работник фотоателье ужаснулся и позвонил в полицию).

Жертвы гуманных пыток не хотят рассказывать, потому что семья спросит: “Почему ты не умер?” Но некоторые пленники Гуантанамо (не российские, а британские мусульмане) разговорились. Оказалось, что им показывали порнографию и фотографировали обнаженными — те же пытки, что в Ираке: у американцев — в Абу-Грейбе, у англичан — в “Хлебнице”.

Три тюрьмы, и везде одинаково. Случайно?

...Скоро к нам на праздник Победы над фашизмом приедут главные члены “G-8” — Буш и Блэр. Давайте не будем их огорчать неприятными вопросами. Мы — наследники победителей, они — наследники наших союзников, которые открыли Второй фронт летом 1944-го (раньше, наверное, не могли).

Давайте радоваться трогательной дружбе, удивительному взаимопониманию и потрясающей искренности великих вождей великих племен.




Партнеры