Это кто стучит по мне?

Почтальоны стали жертвами милицейских “палок”

28 марта 2005 в 00:00, просмотров: 391

В Москве начались облавы на почтальонов. Против дам преклонного возраста “с толстой сумкой на ремне” массово возбуждают уголовные дела и предъявляют им обвинения в “превышении полномочий”. По официальной версии, так милиция борется за чистоту почтовых ящиков, которые почтальонши забивают всякой рекламной дрянью. За деньги.

Рекламы, правда, от этого в наших ящиках меньше не становится, потому что разносят листовки в основном люди, далекие от почтовой службы. Но идея милиции понравилась. Так элегантно появился новый способ делать план по раскрытию преступлений — набирать пресловутые “палки”.


Утром 26 января 2005 г. 47-летняя Елена Митрохина (фамилия изменена. — Авт.), начальник отдела доставки корреспонденции одного из почтовых отделений на Варшавском шоссе, как обычно, приступила к своим нехитрым обязанностям. Распределив газеты между почтальонами и разобрав заказные письма, Елена присела отдохнуть. В этот момент с улицы в окошко транспортера просунулась мужская голова и крикнула: “Есть тут кто из старших?”. Подошедшей Митрохиной голова представилась работником по распределению рекламы и предложила раскидать листовки по почтовым ящикам.

— Обычно рекламную продукцию нам доставляют с межрайонного почтамта, — рассказывает Митрохина. — Там заключаются договоры, а мы только разносим рекламу по почтовым ящикам. Вообще-то работу эту никто из сотрудников почты не любит: тюки тяжелые, возни много, а доплачивают копейки: около 200 рублей в месяц. Я и сказала мужчине, чтобы он ехал на почтамт. Но он стал упрашивать взять рекламу и пообещал хорошо заплатить. Я спросила его, где ее нужно раскидать. Зарплата у нас 5—6 тыс. в месяц, и я могла бы подработать вечером.

Мужчина забросил на транспортер тюки с рекламой и положил три “пятисотки”.

— Я взяла деньги, — рассказывает Елена, — и в тот же момент через окно в отделение полезли люди.

Как оказалось, почту взяли штурмом сотрудники районного ОБЭП вместе с понятыми — всего с десяток человек. Митрохиной предъявили ксерокопии купюр, что она держала в руках, и закрыли отделение. Оформив протокол, все быстро удалились. А через час на почту позвонила начальник соседнего отделения и рассказала, что к ним ворвались тем же путем.

Через два дня Чертановская прокуратура вынесла постановление о возбуждении против Митрохиной уголовного дела по двум статьям: превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) и получение взятки (ст. 290 УК РФ).

Начальник отдела подписки и доставки межрайонного почтамта №7 Мария Куркина:

— Все сотрудники, которых задержали обэповцы, — честные и порядочные люди, давно работающие у нас. О какой взятке вообще идет речь? Ни для кого не секрет, что зарплаты у работников почты очень низкие, а штат укомплектован всего лишь наполовину. Если люди и ищут подработку, то чего же здесь криминального? Взять деньги и заставить почтальона разнести рекламу начальник доставки не может — каждый почтальон прекрасно знает объем своей нагрузки, и в этом случае деньги всегда проводятся по кассе. А разнести в свободное от работы время — кто может запретить? Везде висят объявления: “Требуются почтальоны рекламы”. И еще: все пойманные “с поличным” работники рассказывали, что предлагающий рекламу мужчина уговаривал их. Одну сотрудницу — целых 40 минут! Разве это не провокация?

Адвокат Митрохиной Николай Филатов уверен, что действия обэповцев носили явно провокационный характер:

— Присутствие сотрудников ОБЭП у здания отделения почтовой связи именно в момент вбрасывания на транспортер рекламной продукции и денег указывает на то, что эта акция была ими спланирована и осуществлялась по заранее задуманному сценарию. К тому же Митрохина не является “должностным лицом в государственном органе”, к которому можно применить ст. 286 и ст. 290 УК РФ. Это явная промашка прокуратуры. Заключение же устного договора на выполнение работы, по которому одна сторона обязуется эту работу оплатить, не противоречит гражданскому законодательству и не указывает на незаконные действия. Тем более нельзя расценивать это как получение взятки за незаконные действия. Что же касается этической стороны дела, то ни для кого не секрет, что подобными рейдами сотрудники милиции попросту зарабатывают себе так называемые “палки”.

Ежемесячно каждая из милицейских служб получает “разнарядку” на раскрытие. Количество плановых раскрытий варьируется в зависимости от рода деятельности службы. Например, к уголовному розыску применяется более высокий коэффициент расчета, чем к ДПС. А с одного участкового требуется одно раскрытие в месяц.

Порочная “палочная” система укоренилась в милиции давно. Высокое милицейское начальство всегда строго требовало от подчиненных “раскрытия”, вынуждая их заниматься очковтирательством. И находчивые сотрудники правоохранительных органов с годами изобрели несколько дежурных приемов, с помощью которых всегда можно “подтянуть” родной коллектив до нужных показателей. По-простому — “срубить палку”.

Поддельная медкнижка (ст. 327 УК РФ, “Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов...”, до 4 лет лишения свободы).

Это одно из самых популярных “раскрытий” современных анискиных. Если срочно нужно подправить показатели, участковый идет на рынок и наметанным глазом смотрит в медкнижки у продавцов. Подделка найдется обязательно, и тогда он забирает продавца в участок. Для того чтобы предъявить обвинение, необходимо направить документ на экспертизу. Это долго и хлопотно. Но если на торговца — а в большинстве своем это бесправные приезжие из ближнего зарубежья — как следует “наехать”, пригрозив, что на рынке он больше не появится, он сознается сам, и доказывать ничего не нужно. А то еще и сдаст кого-нибудь.

Оскорбление при исполнении (ст. 319 УК РФ, “Оскорбление представителя власти”, до 1 года исправработ).

Участковый заходит к какому-нибудь “доставшему” его алкоголику, когда тот в беспробудном запое. И обвиняет, что вчера он якобы нецензурно обругал сотрудника милиции при свидетелях во время обхода участка. Пьяница, конечно, начинает отнекиваться. В этот момент (по словам самих участковых) очень важно на жертву “грамотно наехать”: “Ах, так ты еще и врать будешь?” И пригрозить серьезным наказанием. Нужно заставить пьяницу начать извиняться — все равно он ничего не помнит. После этого участковый “смягчается” и обещает осознавшему вину алкоголику, что на этот раз, так и быть, тот отделается легко. И подсовывает ему протокол на подпись.

Кража (ст. 158 УК РФ, “Кража”, до 10 лет лишения свободы).

Одно из самых известных “раскрытий” — “барсетка”. Это когда милиционеры сажают своего человека, изображающего пьяного, на скамеечку, а рядом кладут барсетку с деньгами. Те, у кого руки до чужого добра чешутся, обязательно клюнут. Это чистая провокация.

Но есть и более изощренный способ “организовать” кражу. Квартирную. У знакомых берется ключ от квартиры, и там все переворачивается вверх дном. После этого под каким-нибудь предлогом туда заводится бомж или наркоман. И приглашаются понятые. А с хозяев потом заявление берут, что-де украли у них “замшевых пиджаков — три, телевизоров — три”...

Взятка (ст. 291 УК РФ, “Дача взятки”, до 8 лет лишения свободы; ст. 290 УК РФ “Получение взятки”, до 12 лет лишения свободы с конфискацией).

Один из способов ее “получения” описан в начале материала. Легко организуется и “дача взятки должностному лицу”. Достаточно вспомнить громкий процесс над водителем Ильдаром Бичаровым, нарушившим правила дорожного движения. Проводя рейд, сотрудники ОБЭП установили в автомобиле инспекторов ГИБДД прослушивающую аппаратуру и ждали сигнала. По словам Бичарова, гаишники не отпускали его и не выписывали квитанцию более получаса, убеждая, что он совершил страшное нарушение, и задавая один и тот же вопрос: “Ну, и что теперь будем делать?”. Когда привыкший к поборам на дорогах водитель предложил инспектору 900 рублей, в дело вступили обэповцы.

По тому же принципу “разводятся” на взятку директора магазинов, кафе. Любая проверка будет стоить им упущенной прибыли, и они, зная нравы милиции, с готовностью предложат урегулировать проблему “мирным путем”. Но есть одно “но”: каждая торговая точка, по словам милиционеров, “крышуется” еще и начальниками территориальных отделов. Так что можно уйти и несолоно хлебавши. Вот тогда и обрушиваются обэповцы штурмами на никем не пригретые, “неплатежеспособные” почтовые отделения.

Незаконное хранение оружия (ст. 222 УК РФ, “Незаконные приобретение... оружия...”, до 8 лет лишения свободы).

У эфэсбэшников, как выяснилось, тоже есть свои нормы по раскрываемости. И легче всего они выполняют их в… Тверской области. Там со времен войны осталось много оружия, и местные следопыты все время его откапывают. Как только оказывается невыполненным план по отлову террористов, чекисты предпринимают марш-бросок на север, где “свои люди” им всегда подскажут, в какой двор лучше зайти.

Теперь даже гаишников обязали параллельно с несением постовой службы раскрывать преступления. Но самим им “палки рубить” сложнее, и они их... покупают в местных отделах милиции. Оказывается, если в ходе допроса следователь или дознаватель “расколол” преступника на совершенное раньше и не проходящее по данному делу преступление, он может отдать “палку” отстающему товарищу... за 200 баксов.

— Работать по-честному практически невозможно, — жалуются милиционеры, во всем виня начальство, — зарплата маленькая, писанины много, а раскрытия — подавай.

Уходить со службы они тоже не хотят: кто-то ждет квартиру, кто-то пенсию. Да и делать-то больше ничего большинство из них не умеет. Вот и выкручиваются как могут. А если при этом и пострадает “кто-то у нас порой”, так это, говорят, не мы виноваты — система такая. Палки рубят — люди сидят.






Партнеры