Из жизни простейших

Правительства нет, и поэтому оно должно уйти

29 марта 2005 в 00:00, просмотров: 585

Недавно, говорят, ученые выяснили, что инфузории-туфельки даже могут общаться между собой. Только не один на один, а когда их много — вся колония. Если это правда, то образ нашей демократической оппозиции приобретает полную законченность. Больше всего она напоминает семью простейших.

С одной стороны, внутри оппозиции кипит и бурлит жизнь, но разглядеть ее можно только под микроскопом. Взглянешь — и сразу видно: непримиримые “туфельки” не хотят объединяться с компромиссными инфузориями. Скажем, Явлинский, Каспаров или Рыжков с Хакамадой ведут целые баталии: кто из них достоин возглавить единый фронт и потратить деньги спонсоров. Каждый уверен именно в своей правде, ибо считает себя крупнейшей “туфелькой”. Поэтому один на один разговаривать не могут, апеллируют к публике.

Все это выглядит очень интересно и насыщенно. Но только под микроскопом. Убираешь оптический прибор — и вообще нет ничего. Прохожие на улице даже не знают, что у них в луже под ногами такая жизнь.

Между тем сам президент Путин в последний месяц-полтора, очевидно, хочет быть либеральнее. То ли неудачи последнего года, то ли публичные скандалы вокруг “распила” “Юганскнефтегаза”, то ли очевидная недееспособность правительства сделали свое дело. Он попытался возобновить диалог с бизнесом — после огромного перерыва состоялась подробная встреча с крупными капиталистами. Путин не отдал на съедение Кудрина и Грефа, как требовал “коллективный Фрадков”, и — более того — не позволил начать растаскивать стабилизационный фонд (хотя многие были уверены, что решит по-другому). Президент пытается аккуратно приструнить налоговиков, которые в начале зимы вообще пошли кружева выписывать. Остановлен маховик “холодной войны” с Украиной. В общем, много симптомов, что ВВП хочет внести коррективы в курс.

Кстати, возможно, положительную роль сыграли последние встречи с западными лидерами. Увидев, что отношения остались в целом нормальными, что его никто не собирается списывать со счетов и не считает вторым Лукашенко, Владимир Владимирович “расслабился” и внутри страны.

Но вот что надо понимать: пойдя на нарушение политического равновесия полтора года назад, разрушив сложную систему “сдержек и противовесов” в пользу силовиков, Путин сделал очень серьезный выбор. И для того, чтобы отыграть назад, косметических мероприятий недостаточно. Для результата придется менять и “девочек” в своем набравшем силу окружении. Пойдет ли на это президент, после того как сам так долго расставлял “бойцов невидимого фронта” на огромное множество ключевых позиций, — большой вопрос. Еще больший вопрос, сможет ли он это сделать, даже если захочет. Ведь не только лидер влияет на свиту, но и окружение опутывает лидера.

Между тем главное кадровое решение уже нарывает. Правительство Михаила Фрадкова оказалось крайне неудачным. Оно не может управлять страной, как сам Фрадков не может управлять кабинетом министров.

Не то чтобы Михаил Ефимович самый плохой премьер. Легко можно представить себе бюрократов, которые будут еще хуже, чем он. Причем гораздо хуже. Но объективно это не является для него оправданием. Россия просто не может жить без действующего премьера и правительства. И уже поэтому Фрадков, несмотря на все свои усилия, приносит стране вред. К тому же из-за того, что Фрадков даже не попытался “закрыть собой” ни президента, ни “Единую Россию” во время драмы с монетизацией, хотя его нанимали именно за этим, премьер очевидно потерял полное доверие в глазах президента. У “технического премьера” явно проявились политические амбиции. А внутреннее недоверие — пример с Касьяновым тому доказательство — может перечеркнуть результаты даже получше фрадковских.

Необходимость — а отсюда и возможность — смены премьера понимают, видимо, и в правящей группе. Не зря же генпрокурор Устинов в последнее время не упускает случая публично раскритиковать ситуацию в Министерстве обороны. Эта неожиданная активность Владимира Васильевича может объясняться и тем, что Сергей Иванов остается приемлемым для Путина кандидатом в премьеры и даже, возможно, в преемники. А это не устраивает тот фланг, к которому относится Устинов.

Впрочем, вопрос о передаче власти хоть и входит в практическую плоскость, очевидно, окончательно будет рассматриваться позднее. И в этом может быть единственный шанс Фрадкова на сохранение. Зачем же сразу окунать преемника мордой в грязь? Но тогда политика в очередной раз победит здравый смысл, и никакого исправления курса нам не дождаться.




Партнеры