Стенограмма пресс-конференции

в "МК" главы Католической Митрополии в России, митрополита Тадеуша Кондрусевича

14 мая 2005 в 00:00, просмотров: 153

20 апреля 2005 г., 13.00


Ведущий пресс-конференции - Сергей Иванович Рогожкин, руководитель пресс-центра газеты "Московский комсомолец".


С.И.Рогожкин: Добрый день, уважаемые дамы и господа! Сегодня на пресс-конференции в редакции газеты "Московский комсомолец" глава Католической Митрополии в России, митрополит Тадеуш Кондрусевич. Ваше Высокопреосвященство, мы рады приветствовать Вас в стенах нашей газеты и благодарим за то, что Вы нашли возможность встретиться с журналистами российских и зарубежных средств массовой информации. Мы надеемся, что сегодня будет интересный и содержательный разговор. Не нарушая традиции, первое слово Вам, а потом журналисты зададут те вопросы, которые их интересуют.

Т.Кондрусевич: Спасибо за эту возможность обращения к СМИ. Вчера пришло сообщение о том, что Папа избран. Закончился понтификат Иоанна Павла II и начинается понтификат Бенедикта XVI. Я хотел бы отметить некоторые элементы прошедшего конклава, это был очень быстрый конклав. Да, журналисты меня спрашивали на прошлой неделе, как долго он будет продолжаться, я предполагал, что 2-3 дня. Так и случилось, вчера, после обеда в 4-м туре голосования, был избран новый понтифик. Это говорит о том, что коллегия кардиналов-выборщиков была сконсолидирована. Что они нашли между собой общий язык. Как мы знаем, прошлая неделя была посвящена размышлениям над проблемами, которые стоят перед католической церковью. Проблемы, которые нужно решать в первую очередь. Мы не знаем, о чем они говорили, можем только догадываться. И тогда уже присматривались к тому, кто бы мог стать этим понтификом, кто бы мог вести церковный корабль в новое время, кто бы мог решить эти актуальные проблемы. Это очень важно. Важно еще следующее: что этот Папа избрал себе имя Бенедикт, это покровитель Европы. Этим Папой становится человек, который в течение 24 лет был префектом конгрегации вероучения. Случай неординарный. Обычно в нашей церкви главой конгрегации (министерством, говоря нашим языком) назначается человек только на 5 лет, Папа может продлить его пребывание еще на 5 лет, может и больше. Но чтобы 5 раз подряд продлевать, это, конечно, из ряда вон выходящее событие. Этот человек был очень нужен Папе. Он предстал во время своего служения в Ватикане на посту, как защитник веры. Как человек, который во главу угла ставил прежде всего Иисуса Христа. Мне довелось с ним встречаться неоднократно: и на синодах епископов, также при подготовке 2-го европейского синода и в синодальной группе с ним работать. Было видно, что человек, действительно, говорит: мы забываем Христа, Европа забывает Христа, мир забывает Христа. Сегодня идет секуляризация, сегодня идет нравственный релятивизм. Мы не можем этого принять, мы должны поставить Христа в центр нашей жизни, в центр жизни церкви. Это была его прямая установка. Это человек, который пользовался огромным авторитетом. Я был на 6-ти синодах епископов. Конечно, он тоже был на всех этих синодах епископов, и всякий раз, когда был какой-то вопрос, когда не знали, что делать, интересовались прежде всего мнением Ратцингера. Обсуждая какие-то церковные вопросы и когда возникал богословский вопрос, непонятно было, было несколько мнений, а что думает по этому вопросу Ратцингер. Надо его спросить. То есть перед миром, перед коллегией кардиналов и перед вызовами, которые стоят перед церковью стал человек, который, как мне видится, будет вести церковь в новое время именно базируясь на нравственных принципах. Не быть теплохладным, а быть или горячим, или холодным, как говорит Иисус Христос. Поэтому по всей видимости это сыграло ту ключевую роль, явилась тем ключевым фактором, благодаря которому Ратцингер был выбран так быстро. У меня очень многие спрашивают об отношении с Россией. Он в России не был. Но, когда около 12 лет тому назад мы начали думать о подготовке перевода нового Катехизиса католической церкви на русский язык в 1992 году, я поехал к нему, чтобы обсудить проблему перевода, представил наш концептуальный план, как делать этот перевод. Он мне тогда сказал: "Вы должны помнить, что вы находитесь в России. Нужно помнить, что здесь преобладающая конфессия - это православие. Ваш перевод, который вы собираетесь сделать должен быть сделан таким образом, чтобы ни одно слово, ни одно выражение не было каким-то неприемлемым для русской православной церкви." Даже предложил мне просто попросить патриарха, чтобы был назначен эксперт. Я так и сделал, я эксперт был назначен. Было видно уже в тот момент, что он достаточно широко смотрит на этот мир. Хотя, это очень известный человек в католической церкви, в католическом мире, занимающий такую высокую должность, такой высокий пост. В жизни - это очень хороший человек, мягкий человек. Его представляют твердым защитником века, твердо стоящим на нравственных принципах. С ним очень легко говорить. Я встречал его часто в Ватикане, на улицах рядом с Ватиканом. Он очень редко одевался в парадную форму, всегда в черной сутане. Всегда черная папка под мышкой. Встретишь, перекинешься одним-другим словом: как у тебя идут дела? С этой точки зрения, конечно, это будет человек, готовый к диалогу. Человек высокой культуры, знающий 10 языков, что, конечно, будет очень важно. Человек, я думаю, который будет иметь хорошие отношения с масс-медиа, он коммуникабельный человек. Мне однажды с ним пришлось провести презентацию. Это, именно, презентация Катехизиса католической Церкви, ее русского перевода. Это был первый перевод на постсоветском пространстве. Мы первые, хотя наша церковь здесь самая маленькая, сделали перевод. Не было перевода в Литве. Он появился после русского. Не было перевода на Украине и в Белоруссии и т.д. На той презентации мы были вместе с ним. Я видел как он общается с журналистами. Потом, когда он пришел в свой офис, один из его сотрудников мне рассказал: он пришел такой довольный и говорит, что впервые он не должен был так много отвечать на вопросы, потому что рядом был Кондрусевич, на которого свалились все вопросы журналистов. Понятно, почему, потому что Катехизис был с переводом на русский язык.

Вопрос журналиста: Будет ли развиваться дальше отношения с русской православной церковью?

Т.Кондрусевич: Для нас, конечно, это очень важно. Я думаю, что да. Позавчера, перед конклавом, на мессе, предстоятелем которой был, тогда еще кардинал Ратцингер. Он сказал, что только сама любовь, без истины ведет к слепоте. Этот диалог будет развиваться не только в любви, но и в истине. Он будет ставить также во главу угла Иисуса Христа и принесенную им истину. Это, наверное, очень важно. И мне здесь видится достаточно много таких общих пунктов, от которых можно отталкиваться, как в русской православной церкви, так и в католической. Мы помним, когда принималась европейская конституция, хотя Россия не принадлежит европейскому союзу, но было много заявлений от Московского патриархата о нравственных ценностях, об отсутствии и упоминании христианства, христианских корней по Конституции Европы. Об этом говорил почивший Папа, об этом говорил Ватикан, об этом говорила католическая церковь. Проблема защиты жизни, проблема нравственности, я думаю, что эти вопросы помогут в решении проблем, которые сегодня стоят перед нами. Это проблема прозелитизмпрозелитизма, с которой я никак не могу согласиться. Потому что нет у нас такой проблемы. Проблема так называемых канонических территорий. Что у нас существует. Надо сесть богословам. А сегодня Папа - это один из величайших богословов. И в конце-концов, исходя из богословских принципов определиться, что такое прозелитизм. Прийти к понятию, что такое свобода совести. Потому что 2-й Ватиканский собор учит, что свобода совести зиждется на признании достоинства человеческой личности. И оттуда уже идет мой личный выбор: к какой церкви я должен принадлежать. Нет у нас политики прозелитизма и мы не хотим кого-то покупать, кого-то к себе зазывать, какие-то миссии здесь вести. Если бы она была, то я думаю, покойный Папа уже давно должен был меня выгнать из Москвы и сказать, что я не справился с заданием, которое он мне дал. Мы хотим хорошего сотрудничества. Сегодня приходит богослов, который это четко знает, который и говорит о том, что диалог должен вестись в любви и истине. А истина, как говорит сам Господь, нас освободит. Может быть освободит от этих трудностей, с которыми мы встретились. Поэтому развитие диалога, я уверен, оно будет продолжаться. Мы не можем от него отойти, это мандат Господа. Кроме того, сам Йозеф Ратцингер когда был молодым священником, но уже тогда большой богослов принимал участие во 2-м Ватиканском соборе. То есть он очень хорошо, если можно так выразиться, знает "кухню" подготовки этих документов. Он был богослов. Он помогал, разрабатывал эти документы. Во 2-м Ватиканском соборе был избран курс на диалог с христианскими религиями и не-христианскими тоже. Я вчера был у муфтия Гайнутдина. Он очень высоко отзывался об Иоанне Павле II, первом Папе, который вошел в мечеть. И его интересовало, каким будет новый Папа. Мне кажется, пути обратно нет. Сегодня вызовы так велики, что мы должны отвечать на эти вызовы. Сегодня храмы пустые и в Европе и в России. Мы считали сколько людей ходит в храм я 5-6% от населения в России, в Европе это будет в среднем где-то 30-40%. Здесь огромная разница. Мы видим, кризис веры. И человек, который написал книгу о состоянии веры несколько лет тому назад, это был Йозеф Ратцингер. Секуляризм это вызов для всех нас, который становится прогрессивным. Казалось бы нормально. Пусть общество будет секулярным: кто хочет верует, а кто не хочет я не верует. Мы помним историю с итальянским политиком Рокко Бутилионе, который выразил свое отношение, как верующего человека, к проблемам семьи. И что получилось? Он не может быть членом правительства. Человек не может себя реализовать, потому что он верующий. Потому что он публично выразил свою веру. Эти проблемы есть. И эти проблемы, конечно же, можно решить только сообща, когда церкви будут вместе.

Вопрос журналиста: Вы только что сказали и это известно, что Ратцингер был правой рукой и помогал во всем Иоанну Павлу II. Вы можете предположить почему он не взял себе имя Иоанн Павел III?

Т.Кондрусевич: Очень трудно сказать: каждый выбирает свое имя сам. Я уже пытался ответить на этот вопрос. Я работал вместе с Йозефом Ратцингером на 2-м синоде епископов Европы. Тема синода была: Христос, живущий в своей церкви я надежда Европы. Очень часто членов синода, членов подготовительной группы Ратцингер призывал: смотрите, где сегодня Христос находится в Европе. А Бенедикт - это покровитель Европы и, кажется, именно поэтому он и выбрал себе такое имя. Далее его предшественник Бенедикт XV, который был приемником Петра в 1914-22 году. Ему пришлась тоже нелегкая ноша. Это была 1-я мировая война, это и революция в России, это наступление атеистического режима. То есть, есть такие некоторые параллели, но в конце-концов это его личный выбор. Мне здесь очень трудно сказать. Он был правой рукой Папы, об этом говорили. Вчера я услышал слова одного из сотрудников, который работал с Ратцингером 19 лет. Он сказал: задумайтесь над тем, кем был Иоанн Павел II для Ратцингера, и кем был Ратцингер для Иоанна Павла II.

Вопрос журналиста: Вы сказали, что диалог с русской православной церковью будет обязательно продолжен. А по вашему мнению может ли состоятся визит нового Папы в Россию в ближайшее время?

Т. Кондрусевич: Я сегодня ночью подготовил такое обращение к нашим верующим, и если оно попадет в ваше руки, вы найдете его на сайте, то там выразил надежду, что такой визит состоится. Но я хочу сказать немножко о другом. Многие ко мне приходили, многие звонили мне сегодня и один из журналистов сказал так: что это как раз тот момент "икс". Президент говорит по-немецки, патриарх имеет немецкие корни и немецкий Папа сегодня у нас. Конечно, национальность не играет роль. Папа для всех один, как и Папа Войтыла это доказал. Но, тем не менее, такой факт тоже может сыграть какую-то роль. Я думаю, что просто уже вызовы времени таковы, что отступать уже некуда. Если мы хотим быть вместе, то эти контакты должны быть. Почему президенты встречаются, а почему не может приехать Папа? Думаю, что такой визит состоится.

Вопрос журналиста: Можно ли говорить о том, что была упущена какая-то возможность, когда не состоялся визит Иоанна Павла Второго в Россию, именно, как славянского Папы. Теперь уже будет новый "европейский" Папа. Какие здесь возможны перспективы по вашему мнению в развитии отношений православной церкви и католической?

Т.Кондрусевич: Несомненно, я считаю, что не все возможности закончившегося понтификата были использованы вполне. Наверняка, они не были до конца использованы. И сегодня мы пожинаем последствия всего этого. Я считаю, что этот Папа тоже будет заниматься развитием диалога. В том числе и с русской православной церковью. Но, еще раз хочу повторить, что этот диалог будет проходить и в любви, но также и в истине.

Вопрос журналиста: Вы сказали, что принцип национальности не имеет значения. Но тем не менее, бывший папа был поляком и внес большую лепту в интеграцию восточной Европы в западную. Какой вклад может внести папа Бенедикт XVI в межкультурный диалог исходя из того, что он родом из Германии?

Т.Кондрусевич: Папа он для всех людей. Конечно, Папа - славянин внес очень много для распада тоталитарного режима. Первые его слова: откройте двери Иисусу Христу, распахните их. Мы прочитали здесь в бывшем Советском союзе, как он это нам говорил. Потом, установление новой Европы, Европейский союз. Сегодня Папа немец, с одной стороны уже очень хорошо, будет по-немецки работать, потому что он очень работящий человек. Он человек, который уже четверть века живет в Ватикане. Человек, который рядом с Папой провел столько времени, был его правой рукой. Думаю, что тот же самый курс сохранится. Тем более, что стоит задача: расширение европейского союза, консолидация этого союза. Строительство общеевропейского дома не только на экономических основах, не только на политической интеграции, но на нравственных принципах.

Вопрос журналиста: Дело в том, что многие комментаторы упрекают нынешнего Папу в излишнем консерватизме, и даже припоминают ему некое письмо, которое было направлено матерям Испании. Где он им советовал больше заниматься детьми, домом, семьей. Что вы считаете по этому поводу, как человек лично знающий его?

Т.Кондрусевич: Да, действительно, очень многие говорят, что папа консерватор. Я бы так не сказал. Если я стою на нравственных принципах, если я уважаю закон Божий, который говорит не убей - я просто защищаю этот закон, я стою на этих принципах. Конечно, в последнее время с новыми веяниями, с развитием мира, с развитием церковно-общественных отношений, появляются некоторые новые направления и в богословии. И для этого Папа и есть. Есть епископ епархии, есть Папа в церкви, чтобы приводить все в какой-то порядок. Однажды Йозеф Ратцингер сказал так, что иногда церковь воспринимается как огромнейшая строительная площадка, на которой каждый строит что хочет и где хочет. Но церковь, это Иисус Христос и она должна проповедовать его. Поэтому надо навести здесь какой-то порядок. Есть либералистические тенденции, но кто-то должен проводить такую коррекцию. Я бы не считал его таким вот консерватором. Церковь всегда реформируется. И это показал 2-й Ватиканский собор. Церковь должна читать знамение времени и отвечать на эти знамения времени. Но должна это делать на принципах Евангелия. Тут как раз Ратцингер является той ключевой фигурой, который точно скажет свое: да.

Вопрос журналиста: Вы не могли бы прокомментировать информацию, которая прошла в СМИ, о том что Папа был инициатором документа, подписанного в 2002 году, где говорится, о том, чтобы перестать называть православную и католическую церковь, церквами сестрами?

Т.Кондрусевич: Я вам этот документ даже покажу. Я его специально с собой принес. Этот документ переведен на русский язык духовной семинарией в Петербурге и издан, я взял его в своей библиотеке. Он называется по-русски "Господь Иисус". Это документ, который вызвал неоднозначную реакцию в мире, особенно в христианском мире. Начали обвинять автора в том, что он отошел от принципов 2-го Ватиканского собора. В этом документе нет ничего больше или строже, чем в документах 2-го Ватиканского собора. Но, говоря об этом документе, мы должны вернуться к этому сравнению церкви с той строительной площадкой, где каждый строит себе то что хочет. Для того, чтобы все это дело упорядочить и был издан этот документ. Да, действительно, в этом документе говорится о церквах-сестрах в том смысле, когда Йозеф Ратцингер дает четкое разъяснение: в каких случаях мы можем пользоваться этой терминологией. Потому что мы вообще пользуемся этой терминологией. Ратцингер не снял с использования этого термина церкви-сестры, он не отказался от этого. Это было бы совершенно ошибочное мнение. Он только уточнил, когда и в каких случаях мы можем пользоваться этой терминологией. Она подходит в отношении между отдельными церквями. Что такое отдельные церкви? То есть архиепархия Божий Матери в Москве, согласно терминологии канонического права католической церкви, она называется отдельная церковь. Есть, с другой стороны, православная: Московская епархия или Владимирская. Вот мы с ними и являемся церквями-сестрами. И здесь никто и ничего не отменил. Это значит, что мы признаем, что мы имеем те же таинства, те же средства для спасения всего мира. Это просто такое уточнение. Может считаться Московский патриархат и наша митрополия - это тоже церкви-сестры. А вообще церковь - это церковь Христа. И она является матерью-церковью, от которой отходят другие, создаются другие епархии. Это уже церкви-сестры. Спасибо большое за этот вопрос, потому что у нас даже не все католики его задают. Это уточняет Йозеф Ратцингер - человек, может быть, и как немец это его чувство такое - очень четко говорить, четко выражаться, чтобы не было какой-то расплывчивости.

Вопрос журналиста: Вы высказывались и призывали расширить состав межрелигиозного совета России. Услышан ли ваш призыв? И если можно несколько слов об этом совете и его сегодняшнем составе?

Т.Кондрусевич: В начале 90-х годов, конкретно в 93-м году мы начали достаточно тесное сотрудничество различных христианских конфессий в России. И потом в 94-м году оно преобразовалось в формальное создание христианского межконфессионального консультативного комитета. Он имел различные названия, но это его последнее название. Мы провели 4 большие конференции, 3 в Москве и одну в Минске, с 94- года по 2000 год. После преобразования временных структур католической церкви в России в 2002 году, этот комитет ни разу не собирался. Я много раз призывал наших братьев православных, чтобы этот комитет работал, потому что это была единственная площадка где бы мы могли собраться и поговорить. И был создан межрелигиозный совет, куда входит православная церковь, представители ислама, буддистов и иудеев. Я много раз говорил о том, что это немножко несправедливо - мы тоже хотели бы туда входить. Я знаю, что протестанты добиваются того же. Наш голос пока что не был услышан. На одной из последних пресс-конференций я тоже об этом говорил и потом секретарь этого межрелигиозного совета сказал, что католиков мало, поэтому нет смысла даже, скажем. Это немножко неправильно, так не должно быть. Мы говорим, что религии и конфессии должны консолидировать общество - объединять. Мы стоим сегодня перед вызовом времени, мы должны быть вместе. К сожалению, поделили одних на традиционные, других - на нетрадиционные. То есть тех, кто входит в межрелигиозный совет - являются традиционными. Мы не входим - нетрадиционные. Ну, сколько веков нужно быть в России, чтобы быть традиционными? Первые католические приходы были созданы в 12 веке на территории России. 8 веков, мне кажется, возраст почтенный. Если можно так сказать. Я буду еще об этом говорить, но пока ответа нет.

С.И.Рогожкин: Я искренне хочу поблагодарить Ваше Высокопреосвященство. Примите нашу благодарность. И хочу сказать спасибо Виктору Хрулю, главному редактору католической газеты "Свет Евангелия" за поддержку в организации этой пресс-конференции.

Т.Кондрусевич: Я хотел бы подарить редакции газеты 2 тома энциклопедии, презентация которой была на прошлой неделе. Может она поможет в объяснении тематики, касающейся католической церкви. Спасибо большое.





Партнеры