Тайна “Красной бабушки”

В Англии скончалась самая успешная агентесса КГБ

30 июня 2005 в 00:00, просмотров: 338

Как уже сообщал “МК”, в Великобритании в возрасте 93 лет умерла самая пожилая (из известных) советская шпионка Мелита Норвуд. Она 40 лет работала на нашу разведку. И ее смертью оказалась дописанной последняя страница в детективно-шпионской истории, начавшейся 70 лет назад. Это была история служения идее, постоянного риска, неожиданного предательства и спасения мира от катастрофы.


Благодаря миссис Норвуд нашей разведке стали известны все английские ядерные секреты. Официальные представители СВР России до сих пор не дают никаких комментариев о ее деятельности, не отрицая и не подтверждая многочисленные факты, описанные западной прессой и историками. Но сообщение о ее смерти вызвало неподдельную горечь у наших собеседников — ветеранов службы. Корреспонденту “МК” удалось узнать некоторые уникальные подробности работы Норвуд. Кроме того, мы впервые назовем имя человека, которому передавала разведданные Мелита. Это умерший два года назад легендарный разведчик — Герой России, получивший награду только в 1996 году, Владимир Барковский.

Одной из главных задач, поставленных Сталиным перед разведкой еще перед войной, была добыча информации о ядерных программах США и Англии. Но сеть резидентуры в Лондоне была уничтожена НКВД. В живых остался только Анатолий Горский, назначенный резидентом в 1939 году. К нему в помощь и отправили молодого разведчика Владимира Барковского, чтобы восстановить связь с агентурой. В том числе и с Норвуд. Официально Барковский стал атташе по культурным связям посольства в Великобритании. А на самом деле — оперуполномоченным английского отделения отдела внешней разведки НКВД СССР.

Уже в сентябре 1941 г. резидент советской разведки в Лондоне передал в Москву шифрованное сообщение, что в Великобритании создан спецкомитет для разработки и создания атомной бомбы. Англо-американское сотрудничество в создании бомбы было построено на разделении труда. В США ее делали физически, а в Англии проводились научно-исследовательские и лабораторные работы. Следующие шифровки из Лондона подробно рассказывали о ходе английских разработок. А в 1943-м их уже активно использовала только что созданная “лаборатория №2” под руководством Курчатова.

Норвуд была рекомендована для вербовки НКВД еще в 1935 году. Это был не случайный выбор. Она работала секретарем в Британской ассоциации исследований в области цветных металлов. На самом деле эта организация занималась секретной ядерной программой, и в распоряжении шпионки были уникальные материалы.


СПРАВКА "МК"

Мелита родилась в 1912 году в Поксдауне. Ее отец — родом из Латвии, лингвист и переплетчик, издавал газету, проповедовавшую идеи Толстого, переводил нелегально ввезенные в страну труды Ленина и Троцкого. Дом вскоре стал местом встреч социалистов, известным как Русская колония. Мужа Мелита выбрала не только по любви, но и по партийному признаку. Учитель математики Хилари Норвуд был коммунистом. Он ничего не знал о ее работе на разведку.


Норвуд (оперативный псевдоним — Хола) поступила на службу в британскую лабораторию, занимавшуюся ядерными исследованиями, в 1932 году. В 24 года она вступила в компартию (причем никогда не скрывала этого!), а вскоре начала сотрудничать с нашей разведкой. И до 1985-го передавала советским разведслужбам информацию о ядерных программах Запада. Как секретарша Хола имела прямой доступ к документации “Управления сплавов”, непосредственно занимавшегося разработкой ядерной бомбы. По ночам она фотографировала документы под кодовым грифом “Тьюб эллойз”, вытащенные из директорского сейфа, и передавала все связному, то есть Барковскому. Как потом говорила она сама, Сталин знал о разработке британской ядерной бомбы больше, чем премьер-министр Великобритании Клемент Эттли и члены его кабинета.

На СССР она работала не за деньги, а по убеждениям. За все годы работы Мелита не взяла от КГБ ни копейки и только в 1960 году, после выхода на пенсию, согласилась на ежемесячное пособие в 20 фунтов. В 1979 г. Хола с мужем посетили Москву, где ей за услуги предложили крупное вознаграждение. Но она отказалась. По ее словам, она пыталась защитить советское государство. Зато очень гордилась полученным орденом Красного Знамени.

— Однажды мы захотели отблагодарить одного из агентов, — рассказывал знакомым Барковский, не уточняя, о ком идет речь. — Раз он денег не берет, решили заказать праздничный обед в ресторане. А он не стал ничего ни есть, ни пить. Спросили его: почему? А он в ответ: “У вас Сталинградская битва в разгаре, мы помогаем вам золотом и валютой, а вы еще на меня тратитесь!..”

Не исключено, что речь шла о Мелите. Позже Барковский отзывался о ней как о человеке очень высоких деловых качеств.

В 1946 году Барковского отозвали, и на связь с Холой вышла Соня, которая 10 лет руководила агентурой из своего дома неподалеку от Оксфорда. Соня (Урсула Бертон) была контролером Мелиты Норвуд. Уроженка Польши, офицер ГРУ, она чуть было не попалась, и в канун 1950 года ей пришлось переехать в ГДР.

Впервые подозрения в отношении Мелиты Норвуд возникли у английской разведки еще в 1945 году. А к 1965 году спецслужбы были убеждены в том, что она — агент КГБ, но (как в анекдотах про Штирлица) доказательств у них не было. Вплоть до побега в 1992 году в Англию архивариуса КГБ Василия Митрохина, который написал книгу “Архив Митрохина”. После чего на Западе начались шумные разоблачения, в том числе всплыло дело “бабушки-шпионки” Мелиты Норвуд. Но за истечением срока давности власти ее преследовать не стали.

Она до самой смерти была почитательницей Сталина и ненавидела Горбачева и Ельцина. Ее дом был обклеен плакатами в поддержку Фиделя Кастро. Каждое утро она покупала по 30 экземпляров “Монинг стар” — газеты британских коммунистов — и раздавала знакомым. Соседям и в голову не приходило, что милая и добрая прабабушка с левыми взглядами была выдающейся шпионкой КГБ. Анита Фергюсон, дочь Норвуд, сказала, что узнала о секрете матери из газет.

Ее единственное заявление для прессы, собравшейся возле дома после разоблачения, было лаконичным: “Я хотела предотвратить поражение той системы, которая дала простым людям хлеб, образование и медицинскую помощь. Я считала, что документы, к которым я имела доступ, могут быть полезны для России, и она сможет быть наравне с Великобританией, США и Германией. Вообще я не одобряю шпионаж против собственной страны; я делала то, что делала, из лучших побуждений, хотя многим трудно это понять”.




Партнеры