Бюро недобрых дел

Попасть в историю может каждый. Если она кредитная

26 сентября 2005 в 00:00, просмотров: 216

Россияне — увлекающийся народ. Если западный человек все десять раз перепроверит, продумает и только потом примет решение, то нашему — море по колено. И речь вовсе не о знаменитом “слабо с моста прыгнуть”...

Недавно зашли в гости к знакомым. Они обсуждали очередную покупку в кредит — мебельный гарнитур для спальни. При этом выяснилось, что еще не вернули ссуду на машину. И не сказать, что доходы в этой семье достаточно высоки для таких масштабных покупок. “Чепуха, — отмахнулся в ответ хозяин дома, — я в другом банке кредит оформил. А если что не сложится, то перезайму у третьего. На мою жизнь банков хватит. В конце концов, они там не обеднеют...”

За Америкой вдогонку

С 1 сентября в жизни наших сограждан, предпочитающих брать деньги взаймы, должны были произойти серьезные изменения — вступил в силу Закон “О кредитных историях”. По нему кредитные организации должны были передавать информацию о своих заемщиках в бюро кредитных историй. Собственно, закон вступил в силу с 1 июня. Но лишь с началом первого осеннего месяца членство любого банка в каком-либо кредитном бюро стало обязательным. При этом, как это ни смешно, закон еще не заработал. И по крайней мере еще пару раз будет вступать в силу. В следующий раз это случится 1 декабря, когда все БКИ должны будут привести свою деятельность в соответствие с законом. И, наконец, финальный аккорд прозвучит 1 марта. С этой даты уже сами банки должны привести свою деятельность в соответствие с этим законом. Такая вот юридическая коллизия!

Эксперт “МК”

Павел МЕДВЕДЕВ, первый зампред банковского комитета Госдумы:

— В течение месяца в начале 90-х я был на стажировке в одном из банков США. В таком маленьком городке, где я был первым россиянином в истории Америки. Ко мне относились очень доброжелательно и разрешили делать все банковские операции, чтобы потренироваться. Попросил разрешение выдать кредит. Подготовить документацию мне позволили, а подпись ставил настоящий клерк. Пришел клиент лет 55 взять в долг 10 тысяч долларов на строительство ангара для самолета. Первое, что я сделал, — извлек из компьютера его длинную кредитную историю. Первый кредит он взял в 18 лет — на учебу.

Все, кроме двух кредитов, он возвращал “по часам”. Но там было написано, что он дважды тяжело заболел, попал в больницу, а когда выписался — явился в банк и сообщил, что с ним произошло, и попросил реструктуризировать долги. И обслужил их. И банк выдал ему новый кредит. Мой куратор сказал мне, что вряд ли человек 27 лет ведет себя прилично, а на 28-м поменяет свои жизненные принципы. Фактически процедуру, которую у нас проводят банковские “мини-КГБ” в течение нескольких дней, я проделал за три минуты. Всего лишь нажав несколько клавиш на компьютере.

И кто из россиян откажется от того, чтобы и его обслужили так же, как этого пожилого американца? Вот только сразу лишь кошки родятся. А нам опять придется подождать.

Дешевле не будет

Главная выгода от появления кредитных бюро — как для граждан так и для юрлиц — должна заключаться в оперативности и упрощении процедуры. Банки будут быстрее выдавать кредиты, а мы с вами перестанем терять время на сбор огромного количества всевозможных справок. Второй возможный плюс — грядущее снижение процентных ставок. Сейчас банкиры отговариваются тем, что закладывают риски по невозврату (считай, на мошенников) во все выдаваемые ими ссуды.

Однако, как всегда, все это нам рисуют в “светлом будущем”. Как сказал “МК” президент Ассоциации российских банков Гарегин Тосунян, “наивно было бы полагать, что с января ставки упадут”. По его словам, это может произойти только после завершения процесса накопления информации в БКИ. Как минимум — через год. (Как это похоже на заклинания страховщиков о необходимости “полноценной статистики” по ОСАГО для коррекции тарифов. Год, два, три...) Так что раньше, чем через два года, снижения ставок даже в самых смелых снах ждать не следует.

Но банкам с извлечением пользы от кредитных историй тоже придется “подождать”. В период “первоначального накопления” историй бизнес по содержанию БКИ будет убыточным.

Есть и другие проблемы. По закону каждый банк может создавать свое собственное кредитное бюро. И крупные игроки уже воспользовались этой возможностью. Так, например, БКИ Сбербанка будет контролировать информацию о 54% всех российских заемщиков. И пока готово делиться с другими кредитными организациями лишь негативной информацией о своих клиентах. Фактически “черным списком”. Нетрудно предположить, что своих самых выгодных персоналий любой банк постарается придержать для себя, любимого.

Между тем весь мировой опыт доказывает, что процентные ставки по кредитам понижались именно по мере накопления “позитива” о заемщиках. Правда, Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР), уполномоченная надзирать за кредитными историями от государства, уже заявила, что будет следить за попытками какого-нибудь бюро стать монополистом на рынке. Но мы-то прекрасно видим, как тот же ФАС безуспешно воюет с монополиями. Если еще учесть особенности психологии банкиров (а они народ очень закрытый), то боязнь упустить “переманенных” кредитоспособных клиентов или выброса негатива о том, что банку не возвращают кредиты, делает перспективы БКИ туманными. Ведь репутация на банковском рынке стоит зачастую не меньше самих денег.

Многим небольшим банкам позитивная информация может просто оказаться не по карману. По закону БКИ сами устанавливают стоимость годового контракта с банком. А бесплатно информацию о своей кредитной истории может получить лишь сам клиент. И то — не чаще, чем раз в год. Все остальное — за деньги.

И рассчитывать на то, что банкиры завтра откажутся от своих служб безопасности, “пробивающих” клиентов на “пригодность”, не стоит. Конечно, договор с каким-нибудь БКИ каждый банк заключить обязан. Но зачем зависеть от какого-то “дяди” и от его расценок? Многие из банкиров не скрывают, что не собираются отказывать в кредите “осторожным заемщикам”, то есть тем, которые не разрешат им посмотреть свою кредитную историю.

Как оно работает? Если заработает

Технология отношений всех участников процесса по новому закону на первый взгляд весьма проста. На второй — становится непонятно, как же все-таки оно будет работать. И сможем ли мы уложиться в три минуты, как в том “заштатном” американском городке?

При оформлении кредита, если вы даете на то согласие, банк отсылает ваши данные в то БКИ, с которым у него заключен договор. БКИ, в свою очередь, титульные данные отсылает в ЦККИ (Центральный каталог кредитных историй, который хранится в ЦБ), где вам присваивают индивидуальный номер. По мере того, как вы расплачиваетесь со своим кредитором, банк пополняет вашу историю в своем БКИ, фиксируя как ваши огрехи, так и добросовестное исполнение обязательств.

В следующий раз, когда вы идете за деньгами, допустим, уже в другой банк, тот делает запрос о вас в ЦККИ. А оттуда ему бесплатно предоставляют информацию, в каком именно БКИ находится полная версия вашей кредитной истории со всеми плюсами и минусами. Банк покупает ее у БКИ и принимает окончательное решение: давать в долг или отказать во взаимности.

Все было бы прекрасно, если бы в стране было только одно централизованное БКИ. Но они растут как грибы после дождя. И что стоит человеку завести себе сразу несколько кредитных историй. Тем более что никто не знает, в течение какого времени из центрального каталога придет ответ на запрос: числится там имярек или нет. Пока в ЦККИ разберутся, что одной персоне присвоено уже несколько индивидуальных кодов, уже и денег, и клиента след простынет.

Сказать, что резко сужается поле игры для мошенников, не получается при всем желании. Тем более что многие банкиры готовы кредитовать даже тех клиентов, которые не хотят “попасть в историю”.

Все эти технологические моменты еще потребуют для отладки и времени, и сил. Но — ничего страшного. Мы готовы потерпеть. Если надежды, связанные с новым законом, действительно помогут получать более дешевые кредиты и наведут порядок в этом секторе. Так, как это произошло в тех странах, которые мы привычно называем цивилизованным миром.

И, возможно, ипотека станет более доступной для обычных граждан. Впрочем, хотя нас уверяют, что БКИ обязательно снизят проценты по ставкам на ипотечные кредиты, верится в это с трудом.

Меньше знают — лучше спишь

У закона есть и другие, не менее “тонкие места”, на которых он может “порваться”. Самое, пожалуй, главное заключается в том, что по своей сути он противоречит принципу невмешательства в частную жизнь.

Кстати, на том же Западе бюро кредитных историй давно стали чуть ли не аналогом знаменитого оруэлловского “Большого брата”. БКИ, правда, круглосуточно не следят за гражданами, зато обладают определенным количеством конфиденциальной информации. И в рамках закона могут предоставлять ее — кому попало. Тем же торговым сетям, которые решили провести промо-акцию, рассчитанную на людей с определенными доходами и стилем жизни. Или турагентствам, заинтересованным в новых клиентах. Так что если раньше продавцы таймшеров ловили вас на входе ВВЦ, то не исключено, что теперь они будут подкарауливать вас у подъезда.

Впрочем, предложение оформить кредит на вторую машину или вкусить очередного гербалайфа — еще не самое страшное. Как вам ситуация с переходом на новое место работы? Вы успешно проходите собеседование на новом месте, а через пару недель вам сообщают, что вы не подходите фирме в силу каких-то необъяснимых причин. На самом деле ваш потенциальный работодатель не поленился отправить запрос о вашей кредитной истории и, заплатив какие-то чисто символические деньги, получил ее. И что-то там ему не понравилось. Может, даже сам факт наличия у вас кредитной истории.

Но и без этих новых неприятностей жизнь в СССР и в постсоветской России приучила к тому, что чем меньше информации о нас является достоянием общественности (государства, соседей, конкурентов) — тем лучше. Эту тенденцию подтвердила и последняя перепись населения: граждане по-прежнему не хотят делиться с государством информацией о себе.

С усилением роли государства в бизнесе граждане еще больше стали опасаться, что информация может дойти до соответствующих органов. Тем более что открытая информация (“корешки”) об их кредитной жизни будет храниться в ЦБ. К тому же кто даст гарантии конфиденциальности? Когда по Москве гуляют диски с базами данных налоговиков, Пенсионного фонда и мобильных операторов…

Эксперт “МК” Павел МЕДВЕДЕВ, первый зампред банковского комитета Госдумы:

— Когда берешь первый кредит, банк спрашивает: согласны ли вы, чтобы информация была отправлена в БКИ? И тут сомневаешься: по Москве уже гуляют диски с любыми базами данных: в одной написано, сколько вы заработали и заплатили налогов, в другой — номер мобильного телефона с паспортными данными. А накануне вы читали газету, где была “страшилка” о краже “закрытой” информации из ЦБ. Конечно, банк не может обязать меня дать разрешение, но и я не могу заставить его в этом случае дать мне кредит. Хотя и банковский работник про эти диски тоже знает.

Он рассуждает так: сейчас я дам кредит и сам прекрасно буду знать, как он будет обслуживать свой долг. Но должен ли кто-нибудь еще знать про ссуду? Ведь если информация утечет из БКИ, ее продадут на рынке, и тогда банк-конкурент ее купит. И, возможно, переманит клиента, дав ему в долг чуть-чуть дешевле. А если клиент жулик, то конкурент может распространить среди вкладчиков моего банка слухи, что мне нельзя доверять свои деньги, так как я даю кредиты сомнительным личностям.Выходит, сейчас у банка нет стимула агитировать клиентов “попасть” в историю.

Создатели БКИ уверяют, что опасаться нечего. Мол, стоимость технических систем сохранения информации составляет не менее 3—5 миллионов долларов. И есть только одна инструкция о том, как формировать, кодировать и передавать информацию, занимающая 84 страницы текста. Доступ же к сведениям осуществляется только в присутствии нескольких сотрудников бюро.

Насколько они готовы отвечать за свои слова и смогут ли сломать заложенный на подсознательном уровне россиян стереотип, покажет время. Тем более что оно еще есть — пока закон окончательно не вступит в силу.


Что такое БКИ?

Бюро кредитных историй (БКИ) — самостоятельная организация (обычно частная), которая занимается сбором, обработкой и распространением сведений, относящихся к кредитной истории отдельных граждан. Включая такие, как остаток задолженности или кредитные линии, историю внесения платежей, случаи непогашения кредита, банкротства и т.д. В разных странах существуют различные принципы функционирования подобных организаций. В некоторых государствах функции БКИ выполняют специальные госструктуры, или подразделения Центробанков. Так называемые государственные кредитные регистраторы. В России на данный момент организовано 4 крупных и 7 мелких БКИ. Но пока они не могут функционировать в полном объеме. По прогнозам, в следующем году их количество может увеличиться как минимум до нескольких десятков.


Что в досье?

Кредитная история состоит из трех частей: титульной, основной и дополнительной (закрытой). Титульная — формальная. Она хранится в БКИ и отправляется в Центральный каталог кредитных историй (ЦККИ) в ЦБ. Это ее заголовок. То есть фамилия, имя и отчество, дата и место рождения, данные документа, удостоверяющие личность (паспорт и т.д.), номер карточки пенсионного страхования и ИНН (по желанию). В основной части — место регистрации и фактическое место жительства клиента, сведения о регистрации физлица в качестве индивидуального предпринимателя (если он таковым является), сумма обязательства заемщика на дату заключения договора, срок его исполнения и уплаты процента, внесение изменений в договор займа (если они произошли), дата и сумма фактического исполнения обязательств перед банком, сведения о погашении обязательств за счет залога, факты рассмотрения Арбитражным судом и т.д.

В закрытой части содержится основная информация в отношении того банка, который выдавал физлицу кредит, и банка, запросившего сведения о кредитной истории заемщика (в том числе дата запроса). И эта часть не выдается никому, кроме самого клиента. И, естественно, суду и следственным органам в случае заведения на заемщика уголовного дела.


Америка защищает банкиров, Европа — клиентов

Выдача кредитных справок в США и ЕС регулируется двумя основными законами. В США это Акт о точности кредитной отчетности (АТКО), который был принят в 1970 году (в 1996 году его серьезно “подправили” с учетом 25-летнего опыта работы). Для ЕС это Директива Совета европарламента от 1995 года “О защите граждан в связи с обработкой персональных данных и о свободном передвижении таких данных” (иначе ее называют “Директива о приватности”). Если американцы больше защищают коммерческие интересы, то европейцы — частную жизнь. В евросистеме разглашение данных о заемщике для сторонней организации невозможно без согласия гражданина. В американской граждане сами должны предпринимать усилия, чтобы ограничить распространение информации о себе. Поэтому кредитные истории американцев зачастую используются торговыми компаниями для своих маркетинговых программ.



Партнеры