Жажда любви

Ромео и Джульетта-2006: Литвинова и Яценко

7 ноября 2005 в 00:00, просмотров: 229

Какой бывает любовь? Какой она должна быть, чтобы сразу два таких серьезных человека, до того интересовавшихся исключительно мужским вопросом: “В чем сила, брат?”, обратили на нее внимание. Балабанов и Сельянов, режиссер и продюсер, затеяли кино про любовь. Сценарий Валерия Мнацаканова назывался “Исповедь нежного сердца”. Балабанов его чуть изменил и картину назвал “Мне не больно”.


Последний съемочный день выпал на знаменитое Мухинское училище, где развернули немыслимый банкет с настоящими поросятами-осетрами человек на пятьсот и чуть ли не эротическое шоу среди декораций в стиле богатого детского новогоднего утренника. Честно говоря, пока я не увидела там самого Алексея Балабанова, поверить в то, что это его площадка, было почти невозможно.

— В сценарии была одна фраза: “Тата привела Мишу на модную вечеринку, познакомила с...” А разрослась она неожиданно, — рассказывала мне второй режиссер картины Татьяна Чистова, пока оператор-постановщик Сергей Астахов бегал между камерой и сценой, на которой выплясывали канкан девицы ну в очень смелых трусах. Татьяна продолжала: — Но Леша недавно посетил реальную вечеринку реального банкира, которая проходила именно здесь, в этом зале. И отчасти это — зеркальное отражение нашей реальности.

Громадный зал Высшего художественного училища имени Мухиной с именами Ломоносова, Рублева, Сурикова на стенах, оказалось, сейчас очень моден у питерских небедных людей. Когда-то здесь снимал Хамдамов свою таинственную “Анну Карамазофф”, теперь празднуют открытие магазинов, дни рождения и свадьбы.

Для пущей реальности пригласили питерских знаменитостей, которые играют самих себя, — Сергея Шолохова с супругой, Кирилла Набутова, Дмитрия Месхиева. У режиссера-триумфатора предпоследнего Московского фестиваля — эпизод со словами и с главной героиней, которую играет Рената Литвинова. Снятый, кажется, дубля с пятого. Если не больше. Месхиев даже подпрыгнул от радости, когда “пытка едой” закончилась. Создателю “Своих” поручили много и аппетитно есть на крупном плане, наблюдая, как Литвинова без тени смущения собирает со стола бутылки и части румяного поросенка. Хватать все надо быстро, за спиной — богема, а бутылки тяжелые, и пакет буквально вываливается у Ренаты из рук. Тут же девушка, предлагающая вино в бокалах. Бокал не взяли, она удаляется, покачиваясь, как настоящая модель. А юбки на ней нет! То есть спереди все невинно — платье в пол, на голове — перо. Вся в белом. А сзади — ничего, кроме чулок с кружевными резинками.

— 200 долларов, самая дорогая сегодня из массовки девушка, — комментирует Чистова. — Девушки-цветы — по 50.

“Цветы” одеты в зеленые обтягивающие комбинезоны, а на голове у них громадный цветочек. Как спины еще держат прямо — загадка.

— Да, неудобно, — жалуются мне “цветы”, но все равно улыбаются.

Марк Рудинштейн, в отличие от других VIPов, играет не себя, а господина Зильбермана, которому Тата (Литвинова) “сосватала” Мишу. Главного героя Мишу играет молодой артист Александр Яценко. Больше известный по “Табакерке”. “Шик” Худойназарова с ним уже прошел, а “Солдатский декамерон” Прошкина-младшего еще не вышел. В Питер Яценко приехал прямо с другой съемочной площадки. Вся группа Балабанова ждала, пока Саша закончит у Хлебникова, режиссера известного “Коктебеля”, который в Угличе снимал “Дорожные работы”. Балабанов с выбором героя долго мучился, пока не нашел Яценко. Режиссер только про героиню сразу знал, что это будет Литвинова.

История любви Миши и Таты начинается с... ремонта. Миша с товарищами — Олегом (Дмитрий Дюжев) и Алькой (Инга Стрелкова-Оболдина) — решили зарабатывать на ремонте дорогих квартир. Алька — голова. То есть дизайнер. Олег — руки. Миша — язык. Его специализация — уговорить клиента. С Татой, которая им заказала ремонт, одними диалогами не обошлось. Да и до ремонта дело не дошло. Осталась только любовь. А за окнами — вода.

— В “Жмурках”, если смотреть внимательно, — поясняет Чистова, — очень много церквей. Они были за всеми окнами. Здесь — мосты, кораблики, вода. Красивые заоконные виды на Мойке. Вообще много всего, связанного с водой. Такая петербуржско-венецианская история.

Кстати, из “Жмурок” режиссер взял парик Сухорукова, который надели на Стрелкову-Оболдину, и …Михалкова. Здесь Никита Сергеевич играет “человека, который оказался у нефтяной трубы”. Как он сам себя называет. Он содержит Тату. А от нее хочет только одного — чтобы не пила, не курила и держала на его спине руку, когда он спит. Никакого интима.

Разговор с Ренатой, когда в процессе возникла пауза, мы начали с нашего, девичьего:

— На вас такое странное платье, вы все время так следите за тем, как выглядите...

— Оно что, вам не понравилось?

— Ну если честно, то нет. (Платье наполовину — как зрелый лимон, наполовину — как кожа змеи. А прическу придумал сам Балабанов — рыжий взрыв “мелким бесом”. — Е.А.)

— Серьезно? Ну, в общем, хороший дизайнер его делал... Но на самом деле здесь не было задачи, чтобы героиня шикарно выглядела. Скорее она очень бедна, чем очень богата. Есть такие девушки, которые хотят выделиться, но у них нет на это денег. В этом есть такая беспомощность, может быть, чуть-чуть пронзительность, что она так нелепо одевается... Леша иногда любит так, чуть-чуть, в кавычках, поуродовать.

— Как вы на это согласились?

— В этом есть какая-то своя красота. В конце концов, я могу позволить себе быть уродиной.

— Я читала в одном из ваших интервью, что вы постоянно играете в любовь...

— Играю любовь. Играть в любовь — вот это нехорошо. Даже если герои обсуждают совершенно не относящиеся к их любви тему, но играют любовь, на это интересно смотреть на экране. Все равно должны быть какие-то отношения. А если их нет, то неинтересно смотреть, неинтересно играть.

— А как вам с Сашей?

— Да, мне нравится этот актер. Мне кажется, у него должно быть большое будущее. Он очень отличается от других артистов. Я не могу понять чем... Но мне кажется, он — личность... Я не видела его в других фильмах. Может, это и не нужно... Я иду за режиссером, принимаю предельно его позицию и не пытаюсь найти какую-то свою ступень. Я вообще считаю, что это разрушительно — слишком вдумываться и анализировать то, что тебе предлагает режиссер.

— Вам приходится много ездить: Питер—Москва—Питер, там — дочь, телевидение...

— Да. Но сейчас я снимаюсь только в одном проекте — у Леши. Я хочу как-то лимитировать свое участие в фильмах. У меня это занимает колоссальное количество времени — я так больше не могу. Мне нужно какое-то время, чтобы я принадлежала сама себе. Мне не хватает уединения. Уединения с людьми, которых я люблю.

— Вы же могли поставить условие — привезти дочку с собой...

— Ульяне 4 года. Она ходит в детский садик, у нее там своя жизнь. В каком-то смысле это значило бы разрушить ее нынешнее существование... Да и Питер — такой депрессивный город. Я после третьего дня уже начинаю печалиться.

— Как же вы с этим боретесь?

— Как же можно бороться с печалью?.. Можно ей только отдаваться. Человек не создан для печали... Хотя печаль тоже очень красивое чувство...

Фильм “Мне не больно” выйдет на экраны в 2006 году.





Партнеры