Светлана Журова: мне бы научиться тормозить!

Молодая мать, спортсменка и красавица c триумфом вернулась на Большой овал

30 января 2006 в 00:00, просмотров: 186

На этапе Кубка мира в Инцеле Светлана Журова завоевала два “золота” и два “серебра”. На чемпионате мира выиграла спринтерское многоборье через 24 года после того, как это сделала Наталья Петрусева. Впереди — Олимпиада, которую Света считает своей Троей. Трижды Игры уже устояли. Турин может обернуться для Журовой воплощенной мечтой пятнадцатилетнегобега по кругу.

— Светлана, вы удивили в январе многих…

— Помните, год назад я вам говорила: когда знаешь, что есть что-то проверенное, реальное в жизни, как можно не вернуться и не использовать уже накопленный опыт? Да, я родила ребенка, не могла от него оторваться десять месяцев, но дальше-то надо было и деньги зарабатывать, и делом заниматься. И тогда я начала бубнить дома: надо, мол, мне вернуться. Потому что все остальное — дела весьма долгосрочные, а начать бегать можно было реально и быстро. По крайней мере, попытаться. И я вернулась, с толстыми частями тела и с желанием вновь работать. И — ничего не получалось. Стипендию у меня за отсутствие результатов отобрали… Хотела вновь уходить. Но потом случилось то, что я поняла: не только я сама в себя верю, есть еще люди, которые пошли, например, просить за меня прямиком к Вячеславу Фетисову. Президентскую стипендию я вновь стала получать, а после этого уже вообще просто обязана была пахать как проклятая.

— Куда уж больше, вы же всегда тренировались на износ…

— Да, “королева тренировок” — я сама так себя называю. У меня не было другого выхода, как только доказывать и доказывать, что не сошла с ума, вновь взявшись за старое. Летом выполняла те же нагрузки, что и мужчины-многоборцы. Сказать, что было тяжело, — ничего не сказать, иногда не помнила, как меня тренер уводил отдыхать. И было бы обидно, если бы все это было зря. Потому что на самом деле, конечно, амбиции мои спортивные сыграли не последнюю роль в том, что я еду на свою четвертую уже Олимпиаду. Потому что Солт-Лейк-Сити... Если бы там хоть какая-никакая медаль была — мне бы не пришло в голову возвращаться. Даже если бы была “бронза”, я бы сказала: “Ну, Света, достаточно”. Но ведь ничего не было.

— Зато, похоже, вы нынче “докопались” до удачи, она сдалась на вашу милость.

— Пока все сложилось словно для меня. В этом сезоне перешла на новые лезвия коньков — раньше бегала на “Викингах”, сейчас у меня голландские “Мейпл”. Они жестче, и для спринтеров, для скорости — то, что надо. А лезвия — это все-таки наше основное орудие производства. Это не какой-нибудь навороченный комбинезон, который преподносят как чудо скорости. Вот в Лиллехаммере, когда у нас были две золотые медали, две серебряные и бронзовая, а после этого я и Клевченя выиграли еще чемпионат мира, мы бежали в комбинезонах, которые напоминали тряпочку. А вокруг все щеголяли в суперткани… Значит, на самом деле дело в тебе самой. Как ты тренируешься, как подготовился, ну и случай еще играет роль, везение, что ли. А в этом году все вообще как-то необычно: вы знаете, я же родилась в Рождество…

— Так вы рождественский подарок семье...

— Да, но обычно было всегда: день рождения — ну и день рождения. А тут я 7 января вдруг в церковь пошла. Не буду описывать свои ощущения, да это и трудно. Но, может, правда — для большой удачи надо созреть всесторонне, что ли, и все звезды над головой соединить?

— Обидно, что на вас не ставили?

— А знаете, пусть лучше и продолжают не ставить, пусть все внезапно удивятся и скажут: “Ну дали наши! Вот это да!”. Понимаете, тут существует олимпийский гипноз, что ли… Ты можешь сесть дома после многих побед, и про тебя никто не вспомнит. Да, у тебя будет куча детей, бизнес и вообще все в порядке, медали по полочкам, звания заслуженные и так далее. Но, если ты пойдешь на главное дело — Трою завоевывать, тебя будут вспоминать века. С олимпийской медалью — то же самое.

— Тяжело…

— Я настроилась, а настрой очень много значит. Я как-то на чемпионате мира, во время первой дистанции на 500 метров, разрезала себе ногу около ахилла, шесть швов. Бежала потом еще две дистанции. На следующий день нога была просто необъятных размеров. Но я понимала, что если я не закончу чемпионат, то на следующий год от нас будет выступать только один участник. А если закончу — то три. Значит, надо было любым образом это делать. Так и сейчас — форма есть, настрой тоже, надо только эмоционально его не растерять.

— Помните, вы как-то рассказывали историю Александра Голубева?

— Да, я часто вспоминаю Сашу Голубева, он выиграл Олимпиаду только за счет того, что настолько был в себе, можно сказать, тормозил даже. Его соперники посыпались друг за другом, это было как заразная болезнь... Саша не видел ничего и не понял ничего, вышел и выиграл. Вот мне бы научиться так “тормозить” — ведь если зажимаюсь психологически, то кажется, просто разорвет от невыплеснутых эмоций.

— Своими победами накануне Игр вы и душу согрели, и атаку на соперниц провели. Или их таким образом не испугать?

— Эти медали нужны были мне как воздух. Я должна была упертость подтвердить результатами, а соперниц если не испугать, то хотя бы намекнуть им: “Я тут!” Считаю, хорошо намекнула. Кстати, после этапов в Инцеле мне и Диме Дорофееву вручили “Золотой конек”. Это была моя мечта. Я так хотела такой приз! А другая мечта осуществилась уже на чемпионате мира. С 1991 года я бегаю на чемпионатах мира и Европы, и все эти 15 лет так хотелось в ранге чемпионки прокатиться на конной повозке на херенвенском катке “Тиалф”! Тринадцать тысяч зрителей — по-хорошему оголтелых, понимающих наш вид спорта и приветствующих победителей так, как будто это… даже не знаю кто! Два круга полнейшего счастья в повозке! Мне кажется, после этого можно не бегать, а лететь надо льдом.

— Говорят, что в Турине лед не скоростной, рекордов, например, ждать не приходится.

— Думаю, что рекордов мира действительно ждать не стоит, особенно на коротких дистанциях. Арена находится на равнине, а не в горах. Правда, в Турин уже приехали канадские заливщики льда, если только они совершат чудеса со льдом…



Партнеры