Малиновое счастье

Александр и Эмма Малинины: “Главное — не давать повода и признаваться в любви”

18 марта 2006 в 00:00, просмотров: 1434

Супруги Малинины — очень разные. Она спокойная и рассудительная, разговаривает тихо, аккуратно подбирая слова. Он импульсивный, говорит эмоционально, кажется, будто кричит. Они живут вместе уже более 18 лет и не перестают признаваться друг другу в любви. Они поставили на ноги своих детей — Антона (сына Эммы от первого брака) и Никиту (сына Александра от первого брака). Они воспитывают пятилетних двойняшек — Фрола и Устинью — и не расстаются друг с другом больше чем на неделю.

Эмма и Александр назначили встречу корреспонденту “МК” в аптеке. Жена народного артиста России владеет небольшой гинекологической клиникой и несколькими фармацевтическими магазинами. Свое дело Эмме помог организовать любимый муж.


— В чем секрет вашего семейного счастья?

Александр Малинин (А.М.): — Нет никакого секрета. Самое главное — любить друг друга, доверять и не давать повода для разочарований. Эмма — это то, что я искал и нашел. И каждый день благодарю Бога. Когда я ее встретил, на меня будто бы прозрение снизошло.

Эмма Малинина (Э.М.): — Я стараюсь каждый день поддерживать в себе состояние влюбленности, свежесть ощущений. В отношениях должна быть интрига, нежность, непредсказуемость. Мы часто устраиваем друг другу приятные сюрпризы. Например, на 23 февраля я подарила ему поход на концерт, который он давно хотел послушать. Он был счастлив. Саша тоже романтик, просто не любит об этом говорить. Например, на 14 февраля он в прямом телевизионном эфире признался мне в любви. Он дарит мне неожиданные подарки без повода. Недавно привез с гастролей антикварные часы с буквами “Э” и “М”. Знаете, мы даже не устаем друг от друга. Саша смотрит телевизор, а я могу часами сидеть напротив и молча глядеть на него.

— Идиллия... Эмма, зачем вам тогда вообще работать, а не быть просто любящей женой востребованного артиста?

Э. М: — Я никогда не хотела быть просто женой. Я бы не смогла жить с человеком, который всячески препятствовал бы тому, что я работаю. Когда я познакомилась с Александром, уже работала врачом. Оставляла работу дважды в своей жизни. Первый — когда уходила в аспирантуру. Второй раз — на три месяца, когда рожала двойняшек. Я себя без работы не представляю, так уж устроена. Бизнес — это следствие. То, чем я занимаюсь, мне интересно, я учусь, развиваюсь.

— Не каждый мужчина позволяет своей жене работать и развиваться.

А.М.: — Попробуй не позволь! (Улыбается.) Эмма всегда была деятельной женщиной. Я рад, что у нее есть свое дело, этот бизнес — наше будущее. У нас маленькие дети растут, их надо на ноги ставить. Я же не буду всю жизнь на сцене прыгать и петь.

Э.М.: — Вы правы, далеко не каждый потерпит рядом с собой ровню или человека, который постоянно растет. Мне повезло, что Александр достойный человек в своей сфере, и при этом он всегда радуется моим успехам и достижениям. Вы знаете, моя учеба в международной медицинской школе стоит недешево, и я не всегда могу сама оплачивать ее. Муж мне помогает.

— Эмма, вы часто советуетесь с Александром в вопросах бизнеса?

Э. М.: — Постоянно. Его интуитивные домыслы бывают ближе к реальности, чем мои прагматические расчеты. Я с ним советуюсь, когда выбираю какое-то место для аптеки. Привожу его, и он с первого взгляда понимает: подходит это помещение или нет. Почему? Я не спрашиваю. Он человек творческий, глубоко верующий и, как мне кажется, общается с высшими силами, с Богом, если угодно.

— Сейчас у вас крепкая семья. Долго к этому шли?

— Э.М.: — Поначалу было очень тяжело. Я жила совсем по-другому: рано просыпалась, уходила на работу. Он открывал глаза, когда я уже возвращалась. Но я хотела быть с ним и поэтому научилась функционировать рядом с Сашей. Мне потребовалось года два-три, чтобы адаптироваться и понять, на каких мероприятиях мне следует быть, а куда ходить с ним необязательно. Вначале я сильно уставала и начала жаловаться. Но когда на мои жалобы он сказал: “Бросай свою работу за копейки и сиди рядом со мной!” — я стала успевать все и перестала плакаться.

— Эмма, признайтесь, поклонницы мужа доставали?

Э.М.: — Еще как! В течение первых трех лет мне не было покоя дома. Мне звонили несколько раз на дню доброжелатели. Говорили, что одна беременна от Саши, с другой он постоянно встречается на гастролях. Но для меня важны мои собственные ощущения. У меня в душе не было ни одной искорки сомнения, что Саша меня любит. Я никогда не устраивала скандалов и истерик. Наверное, это и делает наш брак таким, какой он есть. Я живу нашими с ним отношениями, а не теми, что навязывают окружающие — пресса, сплетники, родственники…

— А Александр ревнует?

Э.М: — Конечно, но точно знает, что я не позволю нарушить нашу семейную гармонию. Если мне было бы плохо, я бы ушла. Знаете, вот для меня непонятно, когда женщина жалуется на мужа и продолжает жить рядом с ним.

— Вы почти двадцать лет вместе, а вашим двойняшкам Фролу и Устинье — всего пять лет...

Э. М.: — Я ждала, пока Саша сам очень захочет детей. Первые три года брака Александр вообще не хотел их. У нас уже были довольно взрослые Антон и Никита. А мы сами были эгоистами. Потом он сказал: “Ты знаешь, я хочу еще детей, наших с тобой”. Мне кажется, что если бы я родила раньше, наш брак был бы другим.

— Александр, папы обычно балуют поздних детей. Хоть мама-то бывает строга?

А. М.: — Я не знаю, что такое баловать. Я просто люблю, а все говорят — балую. Баловать — это что-то запрещать? Они маленькие еще. Ну что им нельзя? Нельзя мультики смотреть и конфеты есть в большом количестве. Да, иногда, когда мама не видит, доча подходит ко мне и просит конфетку. Мама бы, конечно, не дала, но я разве могу отказать доче?

Э.М.: — Вчера дочь сказала такую фразу: “Мамочка, мы так любим папу, а тебя — не очень”. Просто когда папа дома, им есть за кого спрятаться. Воспитание — это система — обучение — спрос. Мне чаще, чем Саше, приходится с них спрашивать. Мы заставляем детей закончить то дело, которое они начинали, приучаем работать. Я сама приучена к работе и верю, что система даст свои положительные результаты. Понимаете, дети — отражение нашего внутреннего мира. Если они вырастают моральными уродами, нечего пенять на окружающую среду.

— А старшие дети не ревнуют к малышам?

Э.М: — Мальчишки созрели к появлению младших на свет. Антон даже сказал: “Мама, ну наконец-то ты займешься еще кем-то”.

— Эмма, скажите, как в вашей семье смогли ужиться сын Александра Никита и ваш Антон?

Э.М.: — Я не делила их на своего и неродного. У них была общая комната, и мальчики всегда общались, как родные братья. Думаю, так и будет впредь. Сейчас, правда, они общаются все чаще с девушками. Уж такой период.

— Трудно быть мачехой?

Э.М.: — “Я люблю его детей” — утверждают многие женщины. Это полный бред. Не верю, вранье. Мужчина любит детей своей любимой женщины — это правда. А вот женщина может только со временем полюбить чужого ребенка. У нас с Никитой неровные отношения. Был период, когда он плакал: “Почему не ты меня родила?” А потом, наоборот, спрашивал: “Почему мы с тобой?” Все было, но надеюсь, что он понимает, что я к нему отношусь искренне и по-настоящему чувствую, в чем-то доверяю, и мы можем быть друзьями. Понимаете, для ребенка мачеха не может быть матерью, он все равно проецирует на новую жену папы какие-то негативные эмоции. Я старалась всегда быть деликатной, не позволяя себе того, что могу позволить в отношении родного сына.

— Александр, какого будущего хотите для Никиты на эстраде?

А.М: — Никита самостоятельно идет по жизни, не спрашивая у меня ни совета, ни разрешения, ни денег. Я ему желаю вообще быть на эстраде. Пока я его там не вижу... Если бы он был со мной, я бы сделал так, чтобы он был в порядке. Но он и выбрал свой путь, потому что всегда находился под моим прессом. Я заставлял его заниматься музыкой, заставлял работать. Он хотел свободы, он ее получил. Теперь вот я жду, когда он сам что-то сделает.

— Верите в сына?

А.М.: — Я знаю законы шоу-бизнеса слишком хорошо. Одному ему будет тяжело. Он этого пока не понимает, как мне кажется. А может быть, ему и не надо это вовсе. Сейчас я уже не знаю. Ведь было время, сразу после “Фабрики”, когда он мелькал и был на слуху, — надо было тогда держать звезду за хвост.

— Не хотите ему песню написать?

А.М.: — Я? Может, написал бы, но у нас разные музыкальные вкусы.

— Ему не нравятся романсы?

А.М.: — Нет. Хотя я его заставлял петь романсы, и у него очень хорошо получалось, публике было интересно. Никите нравится r-n-b, стиль совершенно некоммерческий в нашей стране. Думаю, если бы он работал в жанре романса, то добился бы больше, чем сейчас. Мне так кажется.

— Вы ждете, что он к вам придет за помощью?

А.М.: — Вряд ли он придет. Не могу я ему ничего навязать и заставить.




Партнеры