В Москве — чёс пик

Жители столицы заводят себе вшей каждые 3 минуты

7 ноября 2006 в 00:00, просмотров: 278

До сих пор бытует заблуждение, что педикулез связан с тяжелыми бытовыми условиями, бедностью и скученностью. Как бы не так! Вши все охотнее заселяются в волосы “элитных” московских детей и их родителей. Насекомые стали избирательнее, им нравятся хорошие запахи и ежедневный уход. Этот парадокс подтверждается в престижных детских учреждениях столицы. А рублевские дамы и простые домохозяйки в пределах Садового кольца запускают педикулез до самой крайней стадии.

Термин “вшивость благополучия” появился в ФРГ — применительно к странам с высоким жизненным уровнем. Теперь его можно применять и к нам. Точнее, к Москве, где одной из самых массовых инфекций является педикулез: в 2005 году зарегистрировано 151567 случаев заболевания (ровно половина всех случаев в России).

Медицинский факт: насекомые нас обожают

Москвичи подхватывают педикулез каждые 3 минуты. Правда, медучреждения регистрируют только один случай из десяти. И многие люди живут со вшами годами. Это т.н. толстокожие, которые не расчесывают укусы комаров, потому что просто не ощущают зуда.

Со дня печального открытия, когда я обнаружила у себя педикулез, я стала гораздо внимательнее к людям. Теперь везде — на банкете, в театре, в конторе — присматриваюсь к чужим волосам. Смотреть надо в пробор, на затылок (если волосы приподняты заколкой) и за ушами. Вшеносительницу (вши больше любят чистоплотных благоухающих женщин) легче всего вычислить по движениям. Она подносит руку к голове и аккуратно, одними подушечками, поглаживает кожу под волосами. Проходит несколько минут, она снова повторяет это движение...

В каждой аптеке продаются средства от педикулеза. На них никто не обращает внимания. Куриный грипп рекламируют, прыщи рекламируют, перхоть и месячные, понос, геморрой, мозоли и изжогу... Но только не вшей. Как вы себе это представляете? Гуляет дамочка с собачкой по липовой аллее в ожидании сына-первоклассника и думает: “Надо бы нам с Ванечкой провериться”. Да ни в жизни! А когда ей позвонит медсестра из школы и, заикаясь, начнет подбирать слова, чтобы донести гадкую весть, что сделает наша дама? В бешенстве швырнет трубку: “С ума там все посходили, что они себе позволяют?”

И понесут мама с Ваней свой зверинец в народ. Мальчик — в школу и кружок, мама — к подружкам, с которыми принято целоваться при встрече, чтобы струящийся шелк волос сплетался во время объятий. Именно так вши в Москве находят себе новых хозяев.

Pediculus capitis — это капут

Эту историю можно начать словами: “Когда моя дочь принесла из школы насекомых…” Хотя по сей день я не знаю, когда и как стартовало великое противостояние нашей семьи и армии Pediculus capitis (головных вшей). Возможно, это случилось в разгар лета, когда мы с дочкой беспечно мерили шляпки в магазине. На улице стояла жара, поэтому легкий зуд в моей обильной шевелюре не удивил. Я писала статейки и задумчиво почесывалась. С каждым днем интенсивнее. Сначала я поглощала справочную литературу. А когда до головы стало больно дотрагиваться, вспомнила о кларитине: сколько фруктов съедено, запросто могла начаться аллергия на пестициды. Шли дни, противоаллергические средства не помогали, дочка шумно скребла голову, ругая комаров...

Нехорошие мысли обуяли, когда я увидела мелкие парные укусы на кистях рук. Словно микровампирчики пировали на мне в ночи. Красные точки покрывали шею от затылка до плеч. Промедление было смерти подобно. Мучительно выбирая доктора по Интернету, я испытала наибольшее доверие к центрам, специализирующимся на кожных проблемах. Выбрала средний по цене.

Институт аллергологии и клинической иммунологии на Малой Бронной выглядел пристойно. Меня приняла доктор Котова, красавица с лицом снежной королевы. Не отрываясь от разговора по телефону, она склонилась над моей изжаленной рукой. По ее лицу пробежала тень. Возможно, брезгливость. Возможно, страх. Опытный глаз диагноста определил: “Чесотка”. Ей не потребовалась лупа для изучения подкожных ходов (а чесоточные клещи живут именно там, под кожей). Она не предложила мне ни одного анализа — хотя бы для очистки совести. Положив трубку, она отодвинулась на безопасное расстояние и принялась строчить рецепт.

Стандартная схема: обработать квартиру, обработать всех членов семьи, прокипятить все. “А теперь быстро идите отсюда, не распространяйте. Странно, что у вас чешется голова”. Консультация заняла чуть меньше двух минут. Я заплатила за нее около 700 рублей и покинула институт в глубоком шоке.

В аптеке мне было страшно озвучивать список лекарств. А вдруг они так же шарахнутся, поморщатся и выгонят? Провизор буднично протянула “чесотка”, отвела в уголок, где продаются средства в тему, потрогала мою руку, пожевала губами, с той же интонацией сказала “стра-а-анно”, потом “ну ла-а-адно” и выдала спрей, крем и таблетки.

Хоть спрей, хоть сбрей...

Спрей предназначался для зачистки жилья. Теоретически ею должен заниматься наряд бравых парней в комбинезонах и противогазах. Потому что запах спрей имеет специфический, и реакция его на организм непредсказуема. После стремительной получасовой обработки подушек, покрывал, одеял, диванов и мягких игрушек (всего того, что нельзя положить в стиральную машину на кипячение) я поняла, что теряю сознание.

Открытые окна не помогали. Это было настоящее отравление. Что помешало тем, кто тестировал этот спрей, написать на упаковке “запаситесь противогазом”? Человек человеку воистину волк.

Вечером, намазав себя и семью средством от чесотки (мазью бензилбензоата), я решила изучить вопрос. Интернет был корректен. Он еще ни разу не подводил: “Основные очаги чесотки располагаются между пальцев, на сгибах рук, ног и под мышками. При крайней степени зараженности очаги распространяются по всему телу, кроме головы и шеи”. Крем можно было смывать, а его остатки смело дарить бомжам. Диагноз доктора Котовой отправился в помойку...

Скорбя о потраченных нервах, деньгах и здоровье, я начала читать все подряд, сверяя симптомы. Не хотелось верить, но буква текста упорно возвращала меня к простому выводу: это вши. Детка, у меня банальные фронтовые вши. Как у людей на вокзалах, от которых ты отворачиваешься. От ужаса волосы у меня на голове зашевелились, а вши благоразумно притихли. Наступал второй этап борьбы с завоевателями...

Даже блохи не так плохи

В отличие от блох, воспетых русскими классиками, вши не прыгают. А медленно ходят. Их маленькие глазки почти ничего не видят, только свет, от которого надо убраться подальше, в райские кущи прически, где много пищи. Головные вши пьют кровь маленькими глотками. В отличие от платяных, живущих в складках одежды и не так сильно распространенных в нормальных человеческих условиях, где есть стиральная машина и возможность менять туалеты каждый день. Третий вид вшей, приспособленных к людям, — площица, передающаяся половым путем. Она живет в коротких волосах: вокруг половых органов, в бороде, в бровях, на ресницах. Ее носителем легко может быть какой-нибудь столичный денди, ведущий жизнь половую и разнообразную.

Ученые не в курсе, что нравится вшам, почему они предпочитают одних людей и не селятся на других. Например, пишут, что среди зараженных больше женщин. И тут же — что у владельцев коротких волос больше шансов как заразиться, так и передать заразу. Короче — полная путаница.

Вампиры не желают лечиться

За упущенное время вши на моей голове возмужали. Но первое примененное против них средство произвело эффект разорвавшейся бомбы. На слабеющих ногах насекомые выходили на свет из тьмы волос и теряли сознание. Семья праздновала освобождение. Как выяснилось, преждевременно. Прошла неделя, и мы вновь ощутили характерное движение в волосах. В аннотации к средству было сказано: “При повторном заражении повторить”. Повторили. Наутро я проснулась с заплывшими глазами. Даже самая бурная гулянка никогда не кончалась так драматично. Моим почкам средство не понравилось, тем более легким. А еще через десять дней вши опять пощипывали кожу головы. Покрыв ее по-мусульмански, я отправилась в районный кождиспансер. Там вполне бесплатно, более-менее тщательно и уж точно без гримас меня осмотрела пожилая врачиха. Дала очередную рекомендацию. Я приобрела следующий напалм и побежала пробовать.

Он оказался лосьоном. Смачиваешь им кожу головы и сидишь сорок минут. Потом смываешь, ополаскиваешь столовым уксусом, разбавленным водой наполовину, и — в идеале — свободен. Но идеала не случилось. Вши жили по принципу “нас ..., а мы крепчаем”. Это были глубоко советские вши.

В процессе мытарств я забрела на огонек в один дружественный дом порыдать. Хозяйка, женщина старшего поколения, посоветовала деревенский способ — клюкву. Ягода перемалывается в блендере в кашицу, выкладывается равномерно шапочкой и лежит часов несколько под теплым компрессом (пакет плюс теплый платок сверху). Сие впечатлило мое стадо сильнее хваленых лекарств.

В тот вечер я второй раз в жизни увидела мертвую вошь. Она была мелкой. Все в ней говорило о вырождении.

Борьба продолжалась уже больше двух месяцев, когда я решила найти человека, изучающего вшей профессионально. Полдня на телефоне — и в моих руках номер Фроловой Аллы Иосифовны, ведущего научного сотрудника НИИ дезинфектологии, кандидата биологических наук. Ура! — она согласна рассмотреть мой случай. Удивлена устойчивостью моей популяции.

Мы говорили с Аллой Иосифовной больше часа. Она рассказала мне, что маленькие нимфы (молодые вши) три раза меняют оболочку, прежде чем стать взрослыми особями, и что в детстве у них нет пола. Что исторически наличие вшей у человека считалось признаком здоровья, а ухаживание включало в себя выуживание гнид из шевелюры любимой. В итоге мы пришли к выводу: во всем виноваты руководства к противоинсектицидным средствам. Люди, которые их писали, не думали о длинных густых волосах. Плюс, многократно убивая популяцию не до конца, я приучила ее к военному положению. Алла Иосифовна считает, что они успели выработать противоядие. Теперь поможет только двойная доза.

Мне придется жить с ними еще месяц. Яд против вшей является ядом и для человека. Несколько зачисток нанесли урон организму, ему надо дать время на восстановление. Я жду. Каждый день чешу волосы тончайшей расчесочкой над ванной (и ничего не вижу в ней, мои жители стали осторожны). На людях стараюсь появляться в беретке (французский стиль еще никому не вредил). Не целуюсь и не обнимаюсь. Жалко подруг — не хочу вовлекать их в круг моих мытарств. В метро рассматриваю людей, прежде чем сесть рядом. Стоишь эдак над человеком и всматриваешься ему в голову. Думаю, эта привычка останется со мной навсегда. Другое дело — школа, куда ходит мой ребенок, — ее так же проконтролировать вряд ли удастся.




Партнеры