Великая октябрьская проституция

Путь к светлому будущему лежал через вендиспансер

18 ноября 2006 в 00:00, просмотров: 241

В СССР, согласно незабываемому изречению, секса не было. Имелся лишь набор нехитрых телодвижений — так, не роскошь, а исключительно средство размножения.

Откуда же узнавали об интимной жизни наши родители, бабушки и дедушки? Как относились к этому “неприличному” занятию?

Мы расспросили представителей старшего поколения и собрали скудные сведения из советских книжек “про это”. И разобрались, что же это за штука такая была — загадочный советский секс.

Печки-марлечки

Хотите научиться уникальному методу предохранения от нежелательной беременности? Итак, вам понадобятся три марлечки: одна большая, метр на полтора, и две поменьше, где-то 10 на 20 сантиметров. Молодой человек должен предупредить девушку о своем визите не позже, чем за 4 часа, — чтобы она успела сделать все необходимые приготовления, сбегать в аптеку, запастись “инвентарем”. Родители хозяйки квартиры за три дня до того должны уехать на дачу.

Сразу поясним, что данный способ нам описала бабушка одной из наших коллег, 84-летняя Инна Павловна. На вопрос, как связано трехдневное отсутствие предков с контрацепцией, старушка только развела руками:

— Удивляюсь я вам… Так люди же должны настроиться заранее!

Согласно заветам Инны Павловны, для удачного предохранения необходимо, чтобы к приходу возлюбленного девушка нарядилась в свое лучшее платье. А когда он появится, сразу отправилась в ванную — помыться и переоблачиться в ночную рубашку. В ней она проходит в спальню и ложится на спину на кровать, подстилая под себя большой кусок марли. Тем временем водные процедуры выполняет мужчина.

Любовник появляется в дверях спальни с небольшой марлечкой в руке и в возбужденном состоянии. В случае отсутствия последнего весь процесс следует начинать сначала.

— А как же иначе? — снова удивляется нашей темноте бабушка. — Если начнется всякая возня, марля внизу собьется!

Третью марлечку в этот момент девушка аккуратно кладет себе на живот и раздвигает ноги ровно на ширину кровати…

— Даже двуспальной? — уточняем мы.

— Конечно! — категорично подтверждает Инна Павловна.

Далее следует, собственно говоря, сам процесс, который должен завершиться не где-нибудь, а именно на животе девушки, на заранее подстеленном малом куске ткани. Не забываем, что все это время мужчина не выпускает из рук свою марлечку — ею-то ему и положено вытереться по окончании действа.

Инна Павловна свято верит, что изложенная ею инструкция — лучший способ контрацепции, и рекламирует его по сей день.

— Говорите, презервативы лучше? Глупость! — горячится старушка. — После войны мой муж привез из Германии в качестве трофея заграничный кондом. И что? В первую же ночь с этой штукой я забеременела! То ли бракованный был, то ли порвался от избытка чувств, но на свет появилась моя дочь, которую мы вовсе не планировали...


СПРАВКА "МК"

Благодаря марлевым и тому подобным методам контрацепции на протяжении 70 лет советского режима Россия занимала первое место в мире по количеству абортов. Но, надо признать, и с рождаемостью по сравнению с сегодняшними временами дела обстояли куда лучше.

Ты отказался от секса?

Придя к власти, большевики отнеслись к половому вопросу с должным уважением. После Октябрьской революции в обществе шла активная сексуальная пропаганда. Даешь свободу во всех ее проявлениях! Дорвавшись до свободы, львиная доля молодежи в то время лишалась невинности еще до совершеннолетия, а добрая половина пролетариев зачастила в публичные дома, где почти все сотрудницы были заражены венерическими заболеваниями.

Когда эта проблема достигла катастрофических масштабов, правительство спохватилось и стало удерживать комсомольцев от разгульной страсти. Рабочего человека призывали отказаться от продажной любви и найти себе единственную любимую девушку. В 1924 году в брошюре “Революция и молодежь” напечатали “12 половых заповедей революционного пролетариата”. Вот, например, заповедь №9: “Половой подбор должен строиться по линии классовой революционно–пролетарской целесообразности. В любовные отношения не должны вноситься элементы флирта, ухаживания, кокетства и прочие методы специально–полового завоевания”. А заповедь №12 гласит: “Класс в интересах революционной целесообразности имеет право вмешиваться в половую жизнь своих сочленов; половое должно во всем подчиняться классовому, ничем последнему не мешая, а во всем его обслуживая”.

Со временем секс в СССР превратился в своего рода табу, о котором нельзя ни говорить, ни писать. Секс ради удовольствия — вообще антинародное явление. Так и возникали подобные лозунги: “Пролетариат в стадии социалистического накопления является бережливым классом, и не в его интересах давать созидательной энергии просачиваться в половые щели”.

В 30-х годах на смену сексуальному просвещению пришло моральное воспитание. Главный идеолог этой теории, известный советский педагог Антон Макаренко, убеждал народ, что половое воспитание советским подросткам не нужно как таковое и сексуальных проблем в природе вообще не существует: “Никакие разговоры о “половом” вопросе с детьми не могут что-либо прибавить к тем знаниям, которые и без того придут в свое время. Раскрытие тайны, даже самое мудрое, усиливает физиологическую сторону любви, воспитывает не половое чувство, а половое любопытство, делая его простым и доступным”.

С 30-х по 60-е годы советских граждан упорно убеждали, что секс нужно воспринимать только как средство для продолжения рода. Любое разнообразие в постели считалось страшным извращением. Возможно, это делалось ради того, чтобы не раздражать людей — в то время миллионы жили в коммуналках и общежитиях. О какой сексуальной жизни может идти речь, если молодожены годами спали в одной комнате с родителями!

Книги по сексуальному воспитанию в то время практически не издавались. Было лишь два пособия, где освещался половой вопрос, — “Педагогика” 1940 и 1948 годов издания, но библиотеки выдавали их только врачам и только определенных специальностей — скажем, окулист или стоматолог получить их на руки не имел права.

До шестнадцати и старше

В школьных учебниках анатомии советской поры ни слова не говорилось о половом акте. Даже отличительные признаки полов молодежь изучала на примере кроликов или других представителей фауны и флоры. Любое изображение мужских или женских половых органов считалось порнографией.

Лишь в 70-х годах в продажу поступили книги по половому воспитанию, правда, нынешние подростки читают эти труды вместо анекдотов. Среди прочих там встречались такие утверждения: “Чувством достоинства определяется то, что девушка не соглашается на половую связь и никогда не провоцирует ее”; “Половое воздержание до 25—30 лет не только безвредно, но и весьма полезно, а в добрачный период, т.е. в возрасте 18—26 лет, необходимо”; “Как правило, юноша, добивающийся близости с девушкой, не любит ее”; “Регулярно совершать повторные половые акты не рекомендуется даже при наличии желания и возможности для их осуществления”; “Онанизм — совершенно противоестественный способ удовлетворения полового чувства, опасный для здоровья”.

В большинстве книг, предназначенных для подростков и молодежи, половой вопрос вообще изящно обходился стороной. Авторы этих произведений самозабвенно описывали чистые дружеские отношения между девочкой и мальчиком. А потом сразу же, без всяких прелюдий, переходили к знакомству с родителями, организации свадьбы и советам, как сохранить брак, следующего содержания: “Милые молодые жены, взгляните, в каком виде вы предстаете иногда перед супругом: фартук, который вы надели, нужно было постирать неделю назад”. Во многих городах и поселках на стенах домов красовались такие плакаты: “Жена, помни: хороший быт дома — успех работы твоего мужа на производстве”. Становилось очевидно, что чистый фартук и сытный обед — главные составляющие интимной жизни.

Не способствовали повышению сексуального градуса и советы женщинам из популярной в 50-х годах книги “Домоводство”: “Женщина, которая соблюдает гигиену, должна менять нижнее белье раз в неделю и еженедельно мыть свое тело целиком”.

Разговоры с родителями о сексе тоже были нонсенсом. Добывать информацию об этом деле детям приходилось с величайшими трудностями. Вот как вспоминают свое знакомство с интимной стороной жизни подростки 50—60-х годов:

Елена, 52 года: “Когда мне было лет 9, подружка сказала, что выкрала у своей матери-врача запрещенную книгу. Но читать ее можно только в подвале… Мы заползли на животах в самый дальний угол теплового коллектора и там при свете карманного фонарика изучали эту книгу — “Акушерство и гинекология”…”

Юрий, 48 лет: “Во втором классе друг рассказал мне, что делают мама и папа, чтобы у них родился ребенок. Я с ним даже поссорился — был возмущен такой извращенной фантазией. Моим главным аргументом “против” было соображение, что после такого кошмара они не смогли бы как ни в чем не бывало общаться друг с другом”.

Виктория, 55 лет: “Лет в 12 я услышала, как мама по телефону успокаивает родственницу, у которой скоро должна была состояться свадьба: “Не переживай, все будет хорошо…” Я решила, что речь, конечно же, идет об ужасе, предстоящем в первую брачную ночь”.

Практически в каждой школе по рукам ходили измусоленные до дыр листочки с информацией “об этом”, перепечатанные на пишущей машинке.


КСТАТИ

Первым массовым изданием, которое после советского застоя в 1984 году опубликовало термин “сексология”, была газета “Московский комсомолец”.

Шуры-муры диктатуры

Несмотря на сексуальные запреты советского периода, половая жизнь в нем все-таки была довольно развитой. Жить или не жить — каждый выбирал для себя сам, в меру своей испорченности.

— Все у нас было с дедом ладно, — смущенно улыбаясь, говорит 75-летняя москвичка Клавдия Васильевна, — хоть он у меня и единственный был за всю жизнь. Все сложилось по любви и не страшно, что до свадьбы. Правда, когда у нас с Колей это впервые произошло, день бракосочетания был уже назначен. В моем кругу к сексу до свадьбы относились достаточно спокойно, но при условии, что он все-таки заканчивался браком. То есть девушки, как правило, ложились в постель, когда вопрос со свадьбой уже был решен.

Когда мне было 15 лет, мама дала мне почитать дореволюционную книгу о половых отношениях, поэтому я прекрасно знала, как происходит этот процесс. Конечно, модного сейчас “секса ради секса” в наше время не было и в помине. Физическая любовь была естественным продолжением любви духовной.

Так мыслили прогрессивные москвички. А вот в деревнях половая жизнь протекала в другом русле. Там было две крайности: болезненная порядочность или совсем не советский разврат.

— Разумеется, я вышла замуж девственницей, — удивляется нашему вопросу 70-летняя Ирина Викторовна, уроженка подмосковной деревни Большие Семенычи. — Правда, гулящие девки у нас тоже были, но об этом позоре знала вся деревня, порядочные девушки с ними не разговаривали. Да и парни развлекаться с ними любили, а вот замуж звали чистеньких девушек. Это ж позор — на порченой девке жениться! Лично я считаю, что секс нужен только для рождения детей, а то, что сейчас из него нагородили, — полная ерунда. Уж какое там растакое удовольствие, тьфу, стыдоба одна! Мои родители со мной на такие темы никогда не разговаривали, да и я своим детям ничего не объясняла — пришло время, сами обо всем узнали, внуков же как-то мне подарили.

Кстати сказать, муж Ирины Викторовны, родившийся в той же деревне, рассказал, что его отец был с ним в юности очень строг и любил говаривать: “Если узнаю, что ты хоть одну девку до свадьбы опылил, убью!”


СОВЕТСКИЙ АНЕКДОТ:

Спорят Фурманов и Дзержинский: кого лучше иметь — жену или любовницу?

Фурманов говорит: “Любовницу. К ней хочешь — приходишь, не хочешь — не приходишь”.

Дзержинский: “Жену. Она тебя и накормит, и напоит. В спор вмешивается не будет”.

Вмешивается Ильич: “Лучше всего иметь и жену, и любовницу. Жене сказал, что ушел к любовнице, любовнице — что остаешься с женой, а сам на чердак, и работать, работать, работать!”




Партнеры