Холодная лапа эскулапа

Врач убил пациента равнодушием

23 августа 2007 в 16:05, просмотров: 444

Смерть подкараулила москвича Ивана Афонина там, где раненых у нее, как в известной песне поется, отнимают люди в белых халатах. Несколько часов 68-летний пенсионер, забытый врачами, пролежал на лавочке в коридоре подмосковной больницы. А когда о нем вспомнили, помочь пациенту не смогли даже всемогущие реаниматологи.

“Мне за это не доплачивают”, — заявил дочери пенсионера врач-травматолог, от которого зависела судьба Афонина. Через год переписки с прокуратурами всех уровней и минздравом Московской области женщине удалось доказать, что доктор совершил преступление — фактически убил ее отца. “МК” выяснил подробности того, как врач нарушил клятву Гиппократа.

В последний раз живым и здоровым родные видели Ивана Афонина в пятницу 18 августа прошлого года. В тот день он уехал на дачу в деревню Агашкино Раменского района Подмосковья. Иван Григорьевич часто совершал такие вояжи в одиночку. Он был физически крепким, настоящим мужиком. Афонин в свое время создавал космическое будущее страны — строил космодромы.  

На следующий день пожилой человек домой не вернулся. Родственники занялись поисками в воскресенье, 20 августа. Через соседей по даче они выяснили, что Иван Григорьевич в субботу уехал на автобусе.

Дочь начала поиски отца через отделения милиции и местные подразделения ГИБДД. Алла Ивановна знакома с работой правоохранительной системы не понаслышке — она трудится в должности начальника следственного отдела одного из столичных ОВД. В больницы человек с такими данными не поступал.

— В тот момент хотелось вздохнуть с облегчением, — вспоминает Алла Афонина. — Раз папы нет среди убитых, раненых и больных, значит, с ним все должно быть хорошо. Но с каждым часом надежда таяла.  

В понедельник дочь продолжила поиски.

Надежда найти отца появилась ближе к полудню. В бронницком околотке сообщили, что в местную больницу 19 августа с автовокзала с ушибом головы поступил некто Анодин Иван Егорович, 1938 года рождения. В качестве адреса проживания была указана не существующая в Москве улица. Алла Ивановна предположила, что в приемном покое перепутали данные. Она отпросилась с работы и поехала в больницу.

Персонал заведения огорчил прямо с порога.

— Что же вы его потеряли? — пожурила одна из медсестер. — Вот, забирайте вещи.

Афониной отдали портмоне, социальную карту и часы. Причем в карточке данные Ивана Григорьевича были указаны правильно.

Дочь нашла отца в реанимации. Он был в состоянии комы. Сердце Ивана Григорьевича держалось до 25 августа. Утром в пятницу он скончался.

Алла Ивановна поинтересовалась, как ее отец получил ушиб головы и впал в кому. Правда, до которой докопалась начальница следствия, оказалась горше утраты.

* * *

19 августа днем Иван Григорьевич заснул в автобусе, который шел из Агашкина в Бронницы. В городе он планировал пересесть на другой автобус и добраться до Москвы. На автовокзале пенсионера разбудил водитель. Он не стал ждать, пока пассажир выйдет из салона, и побежал оформлять путевую карту. Потом шофер услышал сзади шум, вернулся и увидел, что мужчина без сознания лежит рядом с автобусом. Он лежал навзничь по ходу движения. Это свидетельствовало в пользу версии, что Афонина сбила машина. Алла Ивановна обнаружила на ногах отца синяки, которые мог оставить, например, бампер машины.

В бронницкую больницу Афонина госпитализировала бригада “скорой помощи”. Пациента принял врач-травматолог Александр Шабловский. Гематомы на ногах он не заметил и обработал лишь рану на голове. После чего выдал направление на амбулаторное лечение в поликлинику по месту жительства и предложил пенсионеру ехать в Москву. Но Иван Григорьевич сказал, что чувствует себя очень плохо. Тогда Шабловский предложил пациенту подождать на лавочке. Больше к больному доктор в тот день не подходил. Никто не обратил на него внимания!

Только утром 20 августа Шабловский перед сдачей дежурства снова вспомнил об Афонине. Тот был без сознания. И тогда врач вызвал к пациенту реаниматологов (они находятся в этой же больнице тремя этажами выше). Состояние пожилого человека ухудшилось настолько, что его положили в реанимацию. Выяснилось, что произошло кровоизлияние в мозг. Пытаясь спасти пациента, реаниматологи сделали трепанацию черепа. Но это не помогло. Позже экспертная комиссия установила, что если бы помощь оказали своевременно, человек остался бы жив!

— Вы раньше сталкивались с такими травмами? — спросила Алла Афонина Шабловского у смертного одра отца.

— Нет. Да не переживайте вы так, я вам валерьяночки налью.

— Почему же вы 19 августа не позвали других врачей?  

— А мне за это не доплачивают, — заявил врач.

* * *

После похорон, отойдя от шока, Алла Афонина написала заявления в местную, областную и Генеральную прокуратуры. Она направила письмо и в минздрав Московской области. Переписка, экспертизы, запросы… Все это заняло не один месяц. Министерство здравоохранения занялось проверкой. Эксперты, изучив ситуацию, сами ужаснулись необъяснимому жестокосердию и непрофессионализму травматолога. По результатам проверки были направлены материалы в прокуратуру и милицию. В итоге в отношении Шабловского было возбуждено уголовное дело. Ему инкриминируется часть 2 статьи 124 УК РФ “Неоказание помощи больному, повлекшее смерть пациента”.

С уголовным делом Шабловский знакомился вместе с адвокатом. Посовещавшись с защитником, он полностью признал свою вину и попросил провести упрощенное производство. Такая форма дает право служителям Фемиды вынести подсудимому самое мягкое из возможных наказаний. А значит, врач скорее всего отделается условным сроком и сможет дальше лечить людей. Или бросать их, беспомощных, в больничных коридорах.

Комментирует адвокат Юрий Костанов:

— Преступления по этой статье Уголовного кодекса РФ крайне редки. Во-первых, врачи стараются не бросать больных без помощи. Во-вторых, такое преступление относится к категории латентных. Люди обычно ругают недобросовестных медиков на кухне, грозят им на словах, но не обращаются в правоохранительные органы.

Если к пациентам в больнице не проявляют внимания, родственникам следует сразу бежать к главному врачу, а если его нет, то к заместителю. Прорываться через секретарш и идти напролом в кабинеты. Если не удастся — звонить в горздрав, минздрав, мэрию. Всеми доступными средствами бороться за жизнь родственников. Я сам попадал в такую ситуацию. Заболела дочь — ей тогда меньше двух лет было. Врачи не слишком торопились оказывать помощь, и я поднял на уши всю больницу, но своего добился. Если же усилия оказались тщетны и помощь по вине медиков опоздала, надо идти в прокуратуру.




Партнеры