Персонаж с крюком на шее

Разборки чекистских кланов шокируют мирное население

11 октября 2007 в 16:10, просмотров: 889

Арест генерал-лейтенанта ФСКН Александра Бульбова — самое громкое ЧП первой половины октября. За время, прошедшее с момента задержания, о генерале написано столько, что хватило бы на хороший эпос. Причем сослуживцы рисуют портрет настоящего героя нашего времени — непримиримого борца с коррупцией. А гонители — погрязшего в пороках “оборотня”, мздоимца и крышевателя. “МК” попытался разобраться в фактах, мнениях и слухах.

В 6 часов утра 3 октября в дом Бульбова, как говорится, постучали. По словам супруги генерала, никаких документов гости не предъявляли. Обеспокоенная женщина первым делом позвонила мужу, который находился в командировке. Бульбов, в свою очередь, перезвонил дежурному по ФСКН и попросил разобраться. Потом в некоторых СМИ это назвали обороной дома, в ходе которой из жилища были вынесены драгоценности.

Оперативники, попав наконец внутрь, обнаружили, дескать, только пустые коробки… Сослуживцы Бульбова всю историю с “обороной” и драгоценностями называют явным бредом.

— Я видел протокол задержания, — рассказал “МК” адвокат Сергей Антонов. — У моего подзащитного были при себе только самые обычные предметы, какие могут быть у любого человека.

Сразу после задержания Бульбова его сторонники назвали всю эту акцию местью ФСБ Госнаркоконтролю. Как известно, именно ФСКН расследует несколько дел, в которых замешаны высокопоставленные чекисты. В частности, громкие дела “Трех китов” — о контрабанде европейской мебели и китайского ширпотреба, а также дело об отмывании денег. Результатом расследования стали несколько отставок высокопоставленных генералов ФСБ. И теперь госбезопасность нанесла ответный удар. Вот, правда, большой вопрос — по кому.

Ведь решение о расследовании “Трех китов” принимал президент Путин. Да и проштрафившихся генералов снимал тоже он. Неужели органы подняли руку на отца родного, поднявшего их, можно сказать, из праха?..

Следствие же доводы коллег Бульбова невозмутимо парировало: на подозреваемого, дескать, указали сотрудники столичного ГУВД, которые еще летом были арестованы тоже по обвинению в незаконном прослушивании телефонов.

5 октября суд выдал санкцию на арест Бульбова. В качестве подкрепления ходатайства следствие представило справку от имени 9-го управления ФСБ. Все узнали, что Бульбова обвиняют не только в нелегальной прослушке, но и в том, что плодами этой деятельности его группа за хорошее вознаграждение могла поделиться с каждым желающим.

Кроме того, генерала обвинили в незаконной предпринимательской деятельности. В прессу попал список примерно из полудюжины фирм, которым Бульбов якобы оказывал услуги по крышеванию. В перечне оказалась и фирма, возглавляемая женой Бульбова. Она была организована самим Бульбовым в середине 90-х. Но уходя в 2000 году на государеву службу, он переписал бизнес на жену. Согласитесь, интересно было бы посмотреть, как в данном случае крыша выбивает деньги с предпринимателя…

Всплыли и более ранние трения генерала с контролирующими госструктурами. Замруководителя Росприроднадзора Олег Митволь подтвердил информацию о принадлежащей Бульбову недвижимости в его родном селе на Куршской косе. Годичной давности проверка обнаружила там незаконное строительство и даже принадлежащий вроде бы генералу гидросамолет...

Находящийся под стражей Бульбов через своих адвокатов ответил, что миссия подчиненных Митволя была “заказом”, и напомнил о проверке Генпрокуратуры, проведенной тогда же по его, Бульбова, просьбе. Та проверка нарушений, достаточных для возбуждения уголовного дела, не выявила.

Наконец, инкриминировали наркополицейскому и совсем уж труднообъяснимое пока преступление — разглашение государственной тайны.

Словом, официального предъявления обвинений публика ждала с нескрываемым любопытством. Состоялось оно 9 октября.

Как и предвещали многочисленные “утечки”, на суд следствие вышло с шестью грехами Бульбова: превышение и злоупотребление должностными полномочиями, незаконное участие в предпринимательской деятельности, получение взятки, нарушение тайны телефонных переговоров с использованием служебного положения и разглашение гостайны.

Какую тайну и каким образом разгласил подозреваемый, впрочем, так и осталось… тайной. Расшифровки деяний генерала в этой сфере следствие не представило.

— Прокурор Валерий Лахтин даже отказался поддерживать это обвинение, — говорит защитник Бульбова Сергей Антонов. — Суд также счел недостаточными представленные обоснования незаконной предпринимательской деятельности.

В итоге самые экзотические обвинения пока отпали, генерал получил обвинения по четырем довольно традиционным в подобных случаях пунктам программы и отправился в Лефортовский СИЗО на нары.

* * *

Надо сказать, что в камеру бывший воин-афганец, офицер и орденоносец, попадает не первый раз. В октябре 1993 года (видимо, октябрь — самый несчастливый для него месяц) Бульбов уже оказывался под арестом за участие в известных событиях на стороне Руцкого—Хасбулатова. Из СИЗО его выпустили по амнистии.

…Боевой полковник, бросающийся с оружием в руках на защиту советских идеалов бок о бок с прочими участниками коммунистического мятежа, потом становящийся преуспевающим бизнесменом, владельцем домов и самолета, а еще позже — борцом с наркотой и коррупцией… В самом деле, чем не герой для будущего психологического романа или триллера?! А пока ему еще какое-то время суждено побыть героем скандала.

Кстати, рассуждая с позиций простого российского индивидуума, даже если генерал Бульбов ничего и не нарушал, подобный скандал следовало бы придумать.

Во-первых, одна неделя обмена любезностями двух спецслужб дает публике представление о жизнедеятельности этих органов больше, чем годы бравых реляций о победах над коррупцией.

А во-вторых, хотя бы для того, чтобы мы смогли узнать теорию руководителя Госнаркоконтроля г-на Черкесова под условным названием “Чекистский крюк”. Выступая в защиту своего подчиненного, главный наркополицейский разразился в одной из газет огромной статьей, один из главных смыслов которой передает такой абзац: “Падая в бездну, постсоветское общество уцепилось за этот самый “чекистский” крюк. И повисло на нем. А кому-то хотелось, чтобы оно ударилось о дно и разбилось вдребезги. И те, кто этого ждал, страшно обиделись. И стали возмущаться, говоря о скверных свойствах “чекистского” крюка, на котором удержалось общество”.

Чекиста, которого распирает гордость за свою “корпорацию”, спасшую-де Отечество, понять, конечно, можно.

Что, впрочем, публике, в корпорацию не входящей, не мешает испытывать совсем другие чувства. Она-то, эта публика, хотела построения нормального российского общества, а не удержания постсоветского. Которое к тому же ныне катится к чистому “совку”.

И еще один изумивший мирное население пассаж из статьи г-на Черкесова: “Сегодня наша корпорация важна не сама по себе. Она должна выстоять и выдержать нагрузки переходного периода. Затем она может превратиться в локомотив и вывести общество в новое качество. А после этого — перейти из корпорации в нормальную профессиональную группу, ничем, по сути, не отличающуюся от других”.

Страшно представить, как этот локомотив будет отходить от власти, если даже сейчас, в предчувствии всего лишь ухода “своего” президента, разные кланы силовиков устраивают такую грызню…

Совсем неудивительно поэтому, что невходящее в “чекистскую корпорацию” (термин г-на Черкесова) большинство смотрит на скандал вокруг генерала Бульбова с позиций, так сказать, шекспировских: чума на оба ваших дома.

Почему чума? Да потому что, если с помощью обвинений — как правдоподобных, так и вполне фантастических — им удалось засадить в тюрьму “своего” генерала, то на что же может рассчитывать рядовой обыватель из “рыхлой” (формулировка г-на Черкесова) части общества, если вдруг чем-то тому “крюку” не приглянется?..



    Партнеры