“Моторы октября” придумали не зря

Корреспонденты “МК” стали первыми зрителями уникального ретромузея

23 октября 2007 в 15:58, просмотров: 464

“Какие здесь автомобили, мы о таких уже забыли, грузовики и бью-ю-юики” — мурлычет приемник “Ночными снайперами”. На съезде на Можайское шоссе нас в лихом маневре обходит старушка, тяжеленная 21-я “Волга”, блестя на позднем октябрьском солнце свежим “металликом” крыльев, как будто только что с завода. Такие совпадения, наверное, правильны — мы едем смотреть ретроавтомобили. Частная коллекция пока практически закрыта для широкого просмотра, но это вопрос времени. По словам ее собирателя Дмитрия Октябрьского, в ближайшее время в Одинцовском районе появится музей отечественного автопрома. Добивает нас последнее совпадение, что музей будет называться “Моторы Октября”. Вот и не верьте в знаки.

Октябрьский признается, что автомобили ему нравятся разные, и иностранные в том числе, но места и денег, чтобы скупить все автомобили мира, нет. Поэтому и решил, что коллекция у него будет тематическая. Здесь собрано около 200 (!) единиц автомобильной техники: от грузовиков до мотоциклов и велосипедов. Самый старый экспонат — полевая кухня, изготовленная в 1917 году. Но коллекция “Моторы Октября” — это автомобили “Made in СССР”. Конечная цель — собрать всю колесную технику, выпущенную когда-нибудь в Советском Союзе.

Итак, первые авто датируются 30-ми годами прошлого века. Это “ГАЗ” 1935 года выпуска легковой. Он то и стал самым старейшим автомобилем коллекции. В 30-х же и “ГАЗ-М1” — знаменитая “эмка”, на которой ездил Жуков. А рядом всякие модификации этих авто: фургончик, пожарная машина.

— На базе “эмки” был сделан небольшой грузовичок, — проводит экскурсию Дмитрий Октябрьский. — Эдакий закос под американца. Потом был “КИМ”, разные “ЗИСы”, грузовые “ЗИС-5”. Ну и после войны отечественная промышленность развернулась: “ЗИСы”, “ЗИМы”, “ЗИЛы”, “ГАЗы”, “Москвичи”…

Здесь можно натолкнуться на автомобили, которые выходили небольшими партиями или были сделаны как пробные образцы. Например, спортивный автомобиль “Эстония”. Или вот еще один образец инженерной фантазии: пластиковый джип на базе “Москвича”, чем-то похож на “Сузуки Самурай”. “Москвич-401” в народе называли “Буратино”, поскольку сделан он из дерева и фанеры. Редкий экземпляр — “Чайка” “ГАЗ-13”-универсал. “ЗИС-110” — “скорая помощь”, таких было выпущено всего 11 машин. Довоенный “КИМ” (Коммунистический интернационал молодежи) — по дорогам их бегало 500 автомобилей. Говорят, осталось всего пять штук — одна в Политехническом музее, одна в музее АЗЛК и три здесь.

Будущие экспонаты Дмитрий разыскивает всеми способами: объявления, Интернет, СМИ и народная молва. В этом году повезло: зная о его хобби, четыре машины просто подарили — редкий “Москвич” с ручным управлением, пластиковый авто производства ГДР и “Ниссан” 70-го года. В коллекцию они не вписываются, но пойдут на обмен. Как говорится, дареному коню в зубы не смотрят. Восстановить старый автомобиль, если ты не профессионал и не занимаешься этим постоянно, очень дорого. Проще купить новый, но и этот выкинуть жалко. Вот и пристраивают Октябрьскому, как котят в хорошие руки. А он берет — вдруг пригодится.

— Для многих автомобиль, оставшийся от дедушки и простоявший 30 лет в огороде, становится членом семьи, — объясняет Дмитрий. — Они в нем в детстве играли, это память, но в то же время он занимает место, мешает.

Избавиться от машины не так просто. Это стоит денег. Ее надо снимать с учета, вывозить со своего участка, как-то утилизировать. Поэтому и отдают. У нас он ждет очереди на реставрацию или послужит донором для такой же машины.

Дмитрий старается, чтобы его машины были полностью аутентичными, поэтому проводит именно реставрацию.

Поиск старых деталей иногда занимает годы. Когда надежды найти недостающий винтик не остается и понятно, что можно проискать его еще 30 лет и не найти, его делают заново, но по технологии того времени.

С послевоенными автомобилями значительно проще: на них можно найти практически любую запчасть или деталь кузова. Исключение — “Чайки”. Отслужившие свою службу в качестве “членовоза” машины пускали под пресс.

— Нельзя тогда было автомобиль представительского класса передать в частные руки, — вздыхает Дмитрий.

— Заводские партии централизованно раздавались госаппарату, а отслужившие свое авто изымались и уничтожались. Но некоторые экземпляры уцелели в силу обыкновенной нашей безалаберности.

У Дмитрия две “Чайки” 13-й модели и еще две — 14-й. Каждая уникальна. Белая, черная, универсал, фаэтон — парадная машина, и одна простая. И за каждой своя история.

Белая “Чайка” вообще редкость: чиновничьих машин такого цвета не было. Моду на них ввел Хрущев. Генсек любил отдыхать в Краснодарском крае, а кондиционеров тогда в машинах не было. По его распоряжению в одну из южных резиденций поступили белые автомобили. Во время очередной охоты на Никиту Сергеевича напал кабан, но тут подоспел егерь и метким выстрелом уложил животное. В знак благодарности Хрущев подарил ему одну из “Чаек”. Но егерь дорогую машину не смог содержать — так и простояла она годы без дела, пока не попала к секретарю крайкома. Партийный чиновник серьезно болел, и от недуга его спас молодой московский врач. К нему-то в конце 80-х и перешла наша “Чайка”. В 90-е он продал дорогую машину. Уехала “Чайка” в Чечню, возила главаря боевиков. В качестве трофея ее взяли российские военные во время первой войны.

Автомобиль вернулся в Москву и попал к Дмитрию. После реставрации белая красавица щеголяет на всевозможных выставках не только роскошным видом, но и длинной историей. Сейчас ее можно увидеть в одном из подмосковных выставочных центров.

— В движении любителей классических автомобилей появилось новое направление — конкурс элегантности, — увлеченно рассказывает Дмитрий. — Жюри оценивает техническое состояние автомобиля, его реставрацию и внешний вид. Желательно, чтобы экипаж тоже выглядел в соответствующем стиле. Если машина 30-х годов, то мужчина-автомобилист — в двухцветных ботинках и котелке, дама — в жемчугах и с чернобуркой на плечах. Я был вместе с Леонидом Ярмольником в жюри, и мы вручили специальный приз за актерское мастерство самому костюмированному экипажу. На Западе это очень развито, существует целый бизнес, поддерживающий винтажную моду. У нас костюмы делают сами или достают из бабушкиных сундуков. Мы продвигаем историю советских классических автомобилей. На каждую выставку стараемся привезти что-то новое. Но удивлять публику отечественной техникой, поскольку все видели и “Москвичи”, и “Волги”, достаточно непросто.

Вообще увлечение автомобилями, по словам Дмитрия, требует постоянного изучения истории. Каждая машина представляет свой год и заставляет тебя что-то узнавать про то время, что было, чем жили люди. Страсть к собирательству авто у Дмитрия появилась случайно. Просто захотелось иметь какой-нибудь милый старый автомобильчик, на котором в выходной можно съездить в магазин. Так появился “Москвич-403”. Но он оказался маленьким, захотелось побольше — “Волгу ГАЗ-21”. Потом вспомнилась мечта детства — “Победа”. А дальше не смог остановиться.

— Когда купил первую “Волгу ГАЗ-21”, знал, что это 21-я модель. Какое же было мое изумление, когда я узнал, что купил “Волгу-21” третьей серии. Оказывается, есть еще вторая и первая серии, и они разные. Со временем начинаешь понимать, где какая модель, какие изыски, с чем это связано. Например, “Волга ГАЗ-21” со звездой на капоте — это первая серия. Появилась звезда благодаря маршалу Жукову, который сказал, что — как же: маршальская машина, а звезды нет? Сейчас автомобили со звездой большая редкость и особо ценятся коллекционерами.

“Лишние” машины Дмитрий продает. Коллекционирование сейчас в моде у публичных людей. Среди его покупателей — Ярмольник, остальных Дмитрий поостерегся назвать. Для многих старые машины — это воспоминания детства, а для кого-то — вложение денег. Купить “Феррари” может любой, были бы деньги, а вот то ли дело — раритетная “Победа”!

Пока коллекция Октябрьского разбросана по Подмосковью. Часть ее он держит у себя на даче и “выгуливает” по выходным, чтобы не ржавели. Часть — ждет очереди на реставрацию в автомастерской. Третья часть хранится на арендованном складе. В ближайшее время все они должны собраться в одном месте — в музее.



Партнеры