Птичку — не жалко

Кто такие московские охотники на ворон?

14 мая 2008 в 16:48, просмотров: 2063

Из клятвы начинающего вороньего киллера:

“Я, юный кроухантер, торжественно обещаю: не стрелять по кошкам, это западло. Не стрелять также по собакам, кроме тех, которые мешают жить мне лично, не стрелять по редким видам птиц, по людям тоже не надо стрелять. Не стрелять дома — застрелю маму, жалеть буду! Быть бдительным, когда стреляю на детской площадке или возле школы. У детей есть родители, которые могут надрать мою задницу. Лучше я отправлюсь на помойку — там столько живых мишеней, что меня затошнит…”

Они рядом. Они среди нас. Молодые мужественные мужчины, заботящиеся о городской экологии. Как могут, так и заботятся.

Эти отстреливают ворон.

И называют себя охотниками за воронами — кроухантерами.

Очень обижаются, когда их считают безжалостными убийцами. Они не убийцы, у них принципы. “Вороны не птицы, а летающие крысы”, — так реагируют добровольные санитары мегаполиса на любую критику в свой адрес.

Перечисляют основные прегрешения этого птичьего семейства — громко каркают под окнами и сверху какают на машины. Но это все доводы для бедных. “А я стреляю в ворон потому, что просто хочу стрелять”, — объясняет свою позицию один из бывалых охотников за воронами.

Что к правде, конечно, ближе.

Легко сказать, что все кроухантеры — гады и козлы, истребляющие невинных и безоружных пташек.

Но тогда почему в одной только Москве количество сторонников этого движения — кстати, полностью слизанного с существующего такого же на Западе, — приближается к трем тысячам? А по России своеобразным вороньим хобби увлечены уже больше тридцати тысяч.

Утренний дозор

Вороний быт, их привычки и режим дня кроукиллеры знают досконально, так, что любой профессор-орнитолог обзавидовался бы. “Начиная с рассвета вороны перекаркиваются друг с другом до одиннадцати утра, — рассказывает Алексей, кроукиллер со стажем. — Потом все вместе летят на завтрак, в обеденное время вдруг исчезают — в небе их не найдешь, прячутся по углам и по крышам, а к вечеру снова сбиваются в стаи”.

Кроукиллеры хоть и не вороны, но жаворонки. Как и их будущие жертвы, они тоже встают в шесть часов утра, рассаживаются по своим джипам и, сбиваясь в стаю, тоже едут на ближайшую мусорку. Но за пищей духовной. Пневмовинтовки прицельно высунуты из окон автомобилей, негромкие хлопки, и… птицы сыплются с неба. Предварительно скорбно каркнув.

“Иногда в обед, бывало, едешь в ресторан, заметишь мишень и очень аккуратненько ее подрежешь, — рассказывают знатоки. — Одна бабуля как-то увидела, как ворона с ветки упала, подбежала, принялась ее обратно на дерево сажать, чуть ли не искусственное дыхание ей делать — жалостливая, неравнодушна, видать, к птичьей судьбе! Но большинству москвичей — самим до себя; им абсолютно плевать, что вокруг происходит”.

Лишь дети внимательнее взрослых. “Дяденька, а чего это вы тут делаете?” — на снятом самими кроухантерами демонстрационном видеофильме видно, как во время охоты в парке к ним подлетает стайка любопытных школьников.

“Не видите, дети, мы делаем город чище!”

Не гоняй голубей

Трофеи на память — клюв и лапки подстреленной птицы. И еще фотосъемка, которую можно гордо разместить в Интернете.

С журналистами кроухантеры не общаются принципиально. Говорят, что был прецедент. Когда движение в России еще только зарождалось, телевизионщики приехали в Ярославль, где сняли сюжет про двух вороньих ловцов — студентов Антона Омельченко и Диму Черных, оба члены общества любителей пневматических винтовок. “Обещали, что покажут их чуть ли не тимуровцами, попросили для кадра попозировать с убитыми птицами в руках. А через день защитники животных отправили письмо на имя Генерального прокурора с требованием прекратить беспредел и посадить снайперов за решетку!”

Шуму, конечно, вышло много.

Особенно если учесть, что реальных ворон в Ярославле вообще не нашлось, и поэтому мальчишки палили по галкам и гонялись за голубями. В итоге против обоих было возбуждено уголовное дело за “жестокое обращение с животными, совершенное группой лиц”. Юные охотники отделались штрафами, а их коллеги затаили на репортеров обиду.

Потому что, как говорят, истинную философию кроукиллера через экран донести не удалось.

Олег, заслуженный хантер России, говорит, что газетной славы не боится. Но все же фамилию свою в прессе просит не называть. Мы встретились с ним в его офисе в центре Москвы. Ему 38 лет, у него серьезный бизнес — торговля стройматериалами.

При встрече убийца ворон цитирует русских поэтов. Между прочим, тоже заядлых охотников. Правда, больше за дичью. “А вы ожидали встретить отморозка? — усмехается мужчина. — Мне не все равно, в кого целиться. Есть такие экземпляры, которые всех кошек во дворе переведут, прежде чем “остановятся” на воронах. А я даже по голубям палить не хочу, глупые они потому что”.

Свою первую ворону Олег “взял” на десятой охоте. Сейчас на его личном счету десять тысяч пернатых. “Но, если честно, последнее время все реже этим занимаюсь. Надоело — одно и то же”, — вздыхает он.

Кстати, психологи говорят, что это вполне нормально для мужчин — находить такой выход своей природной агрессии. Древние неандертальцы ходили на мамонтов. А современные только и делают, что стоят в пробках. Надо хоть на ком-то разрядиться, и желательно на том, кто послабее, ведь тот, кто сильнее, может и морду набить.

Вот несчастные вороны и подвернулись под руку. “Мужчины снимают стресс. Кто-то посещает спортзал, выезжает на шашлыки, кто-то — напивается по выходным. У всех разный уровень устойчивости, так что пусть уж лучше палят по воронам, чем по людям”, — утешают психологи, подводя под кровавое развлечение четкую научную базу.

Кстати, в Советском Союзе дилетанты по просьбе государства тоже охотились за пернатыми, когда тех становилось слишком много. И даже получали за это гонорар. Главкоопживпушнина платила за тушку убитой вороны… патрон.

А сегодня столичные власти готовы начать охоту на самих воронокиллеров. В Московской городской думе как раз рассматривают закон, прописывающий права диких животных. Чтобы сделать сосуществование людей и зверей цивилизованным. И тоже на западном примере. Один только случай: в маленьком канадском городке расплодились еноты. Так люди не стали их убивать, а рассадили по личным автомобилям и отвезли в заповедник, где выпустили на волю.

Интересно, а как ворон в машине везти — в салоне или в багажнике?..

Из наставлений опытного кроухантера — новичку: “Раненая птичка лежит на холодной земле. И тут тебе становится стыдно. Меня часто спрашивают: “Что ты чувствуешь, когда убиваешь ворону?” И я отвечаю: “Сначала — кайф. Потом остаются боль и пустота...” И ты тоже, мой юный друг, запомнишь всех своих ворон, их глаза и клювы, которые будут сниться тебе каждую ночь”.



Партнеры