Наркотик — оружие в руках власти

Мераб Ратишвили: “Выдвинутые против меня обвинения — сущий абсурд”

8 июня 2008 в 17:20, просмотров: 531

“Мы должны быть терпимы друг к другу, по-иному мы не сможем спасти страну!” — убежден политзаключенный тюрьмы №6 города Рустави, президент Национальной Ассоциации гольфа Грузии, грузинский политолог Мераб Ратишвили. Его задержали на два месяца в октябре 2007 года, но под арестом он находится до сих пор. Незадолго до своего ареста Ратишвили возглавил в Тбилиси Координационный научный центр, созданный по инициативе директора Ганноверского института по проблемам исследования федерализма Йоханеса Траута для усиления формата научных действий по изучению сепаратизма на Кавказе как высшей формы организованной преступности. Потом его методами, далекими от научных, пытались принудить сознаться в преступлениях, которых он не совершал. Суд над Ратишвили переносили несколько раз по тем или иным причинам. Очередное слушанье дела назначено на 11 июня 2008 г. У Ратишвили и его адвокатов нет уверенности, что в очередной раз слушанье по непонятным причинам не будет перенесено.
За что можно угодить за решетку в современной демократической Грузии и что нужно делать, чтобы грузинские граждане не потеряли веру в справедливость — на эти темы политолог-арестант рассуждает в своем интервью.

— Больше 7 месяцев прошло с момента вашего ареста. По какому обвинению вы были задержаны и каковы реальные мотивы?

— Спецслужбы МВД Грузии заранее спланировали и провели совершенно безосновательную и незаконную спецоперацию при поддержке прокуратуры и судебных властей страны. Те незаконные действия, которые осуществили против меня, не умещаются ни в какие рамки демократического, цивилизованного и правового государства. Мой арест и обыск в моей квартире были проведены с полным нарушением юридических норм. Требования предоставить мне возможность пригласить свидетелей и адвоката были отклонены. Параллельно было осуществлено нападение на офис Национальной ассоциации гольфа Грузии, президентом которой я являюсь, и на квартиру, в которой я временно проживал.

Из кармана моего пиджака, который был отутюжен за полчаса до этого, извлекли наркотическое средство метадон в количестве 8,4 грамма, из квартиры и офиса взяли мои личные принадлежности, включая деньги, компьютер. Кстати, они в протоколе обыска не зафиксированы. Мне вменили предварительное двухмесячное заключение, которое длится вот уже более семи месяцев.

Дело было возбуждено на основании статьи 260 Уголовного кодекса Грузии (незаконное изготовление, приобретение, хранение, реализация наркотических веществ). Эта статья предусматривает наказание от 8 до 20 лет либо пожизненное заключение. В настоящее время идет судебный процесс. Так что пока не имею возможности представить подробности, чтобы нас не обвинили в давлении на суд.

Скажу только одно. То, что мотивом и причиной моего ареста не были наркотики, подтверждается хотя бы тем, что ни после моего задержания, ни при проведении следствия (которое невозможно назвать следствием) меня ни разу не спросили, когда, от кого и за какую цену я приобрел наркотики и когда я их использовал. После моего задержания в течение двух месяцев я ни разу не встретился со следователем СОД Рамазом Еджибиа. Когда после настоятельных просьб адвоката он наконец явился в Глданскую тюрьму, я его спросил: “Неужели вы не интересуетесь, от кого и когда я приобрел наркотики?”

Молодой человек возраста моего сына не смог посмотреть мне в глаза и сказал: “Вы же знаете, господин Мераб, что происходит?”

— Так в чем же кроется настоящая причина вашего задержания?

— Когда мне присудили двухмесячное заключение, меня перевели в тюрьму №5, так называемую “губернскую тюрьму”, где три дня спустя двое сотрудников МИД Грузии (как я потом выяснил, высокопоставленные сотрудники контрразведки) начали со мной проводить “дружеские беседы” в кабинете директора тюрьмы. Они заявили, что являются уполномоченными лицами руководства МИД. Исходя из интересов страны, наши встречи должны были быть проведены конфиденциально, т.е. без уведомления прессы, также об этом не должны были быть информированы адвокаты. Я согласился соблюдать конфиденциальность, если это в действительности касается безопасности страны. И все-таки я спросил: каким образом под понятие “интересы страны” подпадает сделанная мне насильственная инъекция наркотика или тайком вложенный в мой карман метадон? Они свободно ответили, что все это исходит не от них, а если наши встречи окажутся “результативными”, этот вопрос будет вообще снят с повестки дня.

— Какой “результативности” они от вас добивались?

— У них была одна главная цель — получить от меня признание в том, что я был проводником интересов российских спецслужб для оказания влияния на оппозиционных лидеров. Им требовалось обличить их в том, что они агенты российских спецслужб и их целью является свержение сегодняшней власти и приостановление процесса развития страны.

Мне были предъявлены изъятые в моем офисе политические анализы ситуации в Грузии. Они были сделаны мною осенью прошлого года на основании совершенно открытых источников. Эти документы, по их мнению, могли стать основанием для сделанного мне предложения о сотрудничестве. Я, как вы понимаете, отказался.

— Согласно данным грузинских СМИ, вас вынуждали дать ложные показания как на самого себя, так и на лидера объединенной оппозиции Георгия Хаиндрава и лидера движения “Мы сами” Паату Давитая. Вы можете это подтвердить?

— Да, я это подтверждаю. Георгий Хаиндрава и Паата Давитая любят и свою родину, и грузинский народ. Они настоящие патриоты своей страны, они своей жизнью доказали это. И люди это знают! Поэтому я нахожусь с ними в дружеских отношениях. Ни мне, ни моим друзьям нет необходимости оправдываться. Пусть оправдываются преступники. Надеюсь, что скоро им это понадобится! Я скажу только одно: обвинение выдвинутое мне и моим друзьям — сущий абсурд. Пусть лучше власти ищут агентов в своем окружении.

— Вы можете назвать другие фамилии, по отношению к которым требовали ваших показаний?

— Воздержусь. Во время наших “дружеских бесед” они неоднократно касались других политических лидеров, моих связей, как в Грузии, так и за границей. В том числе и в России, где я живу с 1978 года и гражданином которой я являюсь. Особенно их интересовали источники финансирования оппозиции грузинскими и иностранными бизнесменами, которые стоят рядом с оппозицией. Когда они не смогли получить желаемые показания, они стали агрессивны и перешли к угрозам. Я потребовал возбудить дело и предъявить мне официальное обвинение, а также присутствие адвоката при беседах. После безрезультатных угроз они попытались меня подкупить. Когда и это не сработало, они заявили: “Дальше пеняй на себя, ты знаешь, какой срок тебе полагается, но если одумаешься, вызови нас, и ты себя спасешь”. После этого они ушли. В конце ноября началась президентская предвыборная кампания, и они не желали тратить на меня время попусту. Они занялись другими жертвами — им было не до меня!

— Георгий Хаиндрава заявил в своем интервью, что вас предал нынешний вице-премьер правительства Грузии Георгий Барамидзе? Как вы можете это прокомментировать.

— К сожалению, в Грузии предательство является национальным спортом, но про Георгия Барамидзе я не могу этого сказать! Теперь такие времена, что никто себе не принадлежит. Придет время, и все встанет на свои места.

— Кроме угроз было ли на вас оказано давление другого рода, физическое или психологическое, например?

— 28 октября меня поместили в тюрьму №5 и втиснули в камеру №95, где в тот период пребывали 109 человек на 24 нарах. Практически невозможно описать, что там происходило. Расскажу вам только несколько фактов. Не было и речи об элементарных человеческих условиях. Царила ужасная антисанитария. Самый яркий набор кожных или вирусных заболеваний бушевали в этой камере. Клопы, тараканы, вши в огромном количестве, духота и непрекращающийся шум. Воду поставляли лишь по графику — три раза в день. В этой камере каждый год умирали несколько человек. Хочу пощадить читателя и не описывать все.

Когда на второй день меня разбудили и я еле очнулся от головокружения, первое, что я подумал, было: “Насколько можно не любить своих людей, свою страну, чтобы в таких адских условиях содержать своих граждан”. Я бы даже врагу не пожелал увидеть такое. Заключенные в таких условиях жили годами.

Спустя пару дней уполномоченные лица проявили “добрую волю” и перевели меня в другую камеру: с телевизором и “душем”, где на шести нарах я был восьмой. Однако после отказа от сотрудничества и дачи ложных показаний меня перевели в камеру №64. Нас там было 107 человек. Та же ужасная ситуация.

В конце ноября я написал генеральному прокурору и потребовал начать следствие по моему делу. Это то же самое, как волку пожаловаться на то, что овцу съели. На письмо не последовало никакой реакции. Также я пожаловался народному защитнику Созару Субари, который откликнулся и которому я очень благодарен. 8 декабря меня этапировали в тюрьму №8, в Глдани. Потом меня опять вернули в тюрьму №5. 29 февраля меня перевели уже в тюрьму №6 г. Рустави, в которой нахожусь по сей день. В течение 7 месяцев я поменял 11 камер.

— Вы не боитесь?

— Только идиоты не боятся! Но кому-то удается одолеть страх, а некоторые всю жизнь живут в страхе. Я хочу вам со всей ответственностью заявить, что не собираюсь кончать жизнь самоубийством! Я христианин! Лично к администрации тюрьмы у меня нет никаких претензий. Напротив, в период моего 17-дневного голодания и они, и медицинский персонал тюрьмы относились ко мне с пониманием.

Если для моей страны необходимо, чтобы я сидел в тюрьме, я буду сидеть!

Но запомните — тем, кто на воле, много что угрожает. В нашей стране никто не защищен. Если народ Грузии не проявит свою волю, то число узников будет только возрастать. НАРКОТИКИ И ОРУЖИЕ У НИХ УЖЕ НАГОТОВЕ. ЖДИТЕ!

— Разве вы предлагаете просто сидеть и ждать?

— Первым долгом все оппозиционные силы должны объединиться, ведь каждый в отдельности бессилен. Только вместе возможно защитить себя и своих близких и в конечном итоге победить! Сторонникам же нынешней власти мне бы хотелось сказать следующее — никто не обязан следовать в политическую преисподнюю за какими-либо властями, тем более за этими! Сегодня вы нужны, а завтра они вас выкинут. Те, которые с таким рвением обслуживают эти власти, согрешили перед своим народом. Идите в церковь и исповедуйтесь! Что касается меня, то я хочу на суде доказать свою невиновность, чтобы мой прецедент стал предвестником справедливости и чтобы независимый суд навечно утвердился в Грузии! Помните: выше закона — только любовь, выше силы — только помилование, выше права — только прощение! Мы все должны быть готовы прощать друг друга, в противном случае мы не спасем нашу страну.

Саакашвили может праздновать еще одну победу. Несмотря на протесты оппозиции, новоизбранный парламент Грузии начал свою работу. В субботу был избран спикер законодательной палаты. Им стал Давид Бакрадзе, представляющий правящую пропрезидентскую партию “Единое нацдвижение” и руководивший избирательным штабом Саакашвили во время президентских выборов. Так что во главе парламента у президента теперь “свой человек”. Объединенной оппозиции не удалось помешать этому действу. В субботу на площади перед парламентом собралось всего около тысячи человек. Полиция быстро оттеснила митингующих от центрального входа к боковым дверям, где и дозволила им бойкотировать парламент вволю. Все равно “коридор позора” для депутатов, идущих на заседание, они уже устроить не могли. Кстати, не все оппозиционные депутаты решились пойти до конца. Сдавать свой мандат не пожелал член оппозиционной Лейбористской партии Рамаз Тедорадзе, который не согласился с решением своей партии — отказаться от мандатов и не участвовать в работе нынешнего парламента… Вчера оппозиция продолжила свой митинг. Депутаты, прошедшие в заксобрание от оппозиционных партий, демонстративно резали ножницами свои пластиковые мандаты. Правда, этот демарш вряд ли скажется на работе законодателей. Правящая партия “Единое нацдвижение” получила в парламенте конституционное большинство, то есть 119 мандатов из 150. И вполне может заседать и принимать решения в таком составе.

Юрий Лужков, мэр Москвы:

“Я вообще считаю, что все упростится, если Грузия признает независимость Абхазии и Южной Осетии. Это неизбежно, это веяние времени. Это та самостоятельность, которую хотят получить народы, которые не являются родственными по отношению к Грузии”, — на Международном экономическом форуме в Петербурге.



    Партнеры