ТЕПЕРЬ В КОСОВЕ РЕЖУТ СЕРБОВ

26 июля 1999 в 00:00, просмотров: 333

Солдаты-миротворцы в Косове продолжают поиск тех, кто накануне убил 14 сербских крестьян у деревни Грачко. Расстрел мирных сербов, по общему мнению, стал актом возмездия со стороны албанцев и был делом рук боевиков Армии освобождения Косова. Однако вождь АОК Хашим Тачи отрицает какую-либо причастность к случившемуся и даже велел своим бойцам участвовать в розыске убийц. Президент Югославии Слободан Милошевич возложил ответственность за эту трагедию на войска КФОР, которые пока не способны установить порядок в крае. На этом основании Милошевич требует, чтобы Белграду разрешили ввести в Косово сербские силы безопасности. На этом фоне в провинции продолжают развертываться российские батальоны. Что же представляет из себя сегодня Армия освобождения, иметь дело с которой предстоит нашим миротворцам? Слепые ослики — за Великую Албанию! Еще вчера, точнее позавчера, АОК слыла мифом, "выдумкой сербских спецслужб". Сегодня же это единственная "местная" реальная сила в Косове, с которой вынуждены считаться, несмотря на ее достаточно темное прошлое. Мутный косовский кисель, заваренный в 89-м, обе противостоящие стороны расхлебывали не без пользы для себя. Для президента Милошевича ситуация в Косове была пятым тузом, который он с шулерской ловкостью извлекал из рукава всякий раз, когда речь заходила о его переизбрании. "Мертвые души" не голосовавших де-факто косовских албанцев усилиями оргкомитетов фигурировали, однако, в бюллетенях проголосовавших в поддержку Милошевича. Албанцы, в свою очередь, замутили мощный теневой бизнес, за счет которого кормился и стар и млад. Конфликт, кроме того, оказался прекрасной питательной средой для создания централизованной вооруженной организации. Можно сказать, что идея народной албанской армии витала в воздухе. Идея не была свежей: еще в феврале 1982-го на Западе возникло движение, ставившее целью освобождение Косова и других территорий массового проживания албанцев в Югославии. Лидерами ее были албанцы, братья Гырвала и Кадри Зейка. Организация наладила поставку в Косово оружия. И хотя через год братьев застрелили агенты сербской УТБ (аналог отечественного КГБ), организация продолжала существовать. В 1993-м она сменила свое название на "Народное движение Косова". Мало распространенное в Косове, оно опиралось в основном на албанские диаспоры в Швеции, Германии и Бельгии. Оно-то и стало "роддомом" для Освободительной армии. Первые сообщения о создании АОК появились в 1992 году. Им не поверили, посчитав АОК выдумкой сербских спецслужб. Но в 1996-м "несуществующая" армия открыла филиалы в Тиране и Риме, в которых вербовала подходящие кадры и направляла затем в лагеря для прохождения военной подготовки. В 1997-м повстанцы АОК сделали отличную рекламу себе из убийства сербскими спецслужбами Адена Яшари, одного из создателей АОК. Яшари жил неподалеку от города Дренница — на труднодоступном плато. Место это после второй мировой долго оставалось "логовом" партизан-антикоммунистов, а с начала 90-х стало одной из крупных баз освободительной армии. Род Яшари насчитывал свыше ста человек и обитал в некотором подобии крепости. Сербский спецназ взял его штурмом, прикончив самого Яшари и не менее десяти его родственников. Событие вызвало мощный резонанс в албанской среде, что только усилило приток в АОК добровольцев. Тем временем в Швейцарии "Народное движение Косова" открыло фонд "Родина зовет", деньги из которого поступали прямиком в кассу АОК. Более-менее открыто на свет божий АОК вышла только в 98-м и сразу установила контроль над автодорогами и селами в южных общинах Косова, граничащих с Албанией. Штаб АОК, кроме того, объявил всеобщую мобилизацию и, не мелочась, призвал под знамена албанцев-мужчин в возрасте от 18 до 55 лет. Им предлагалось немедля "включиться в борьбу, взять в руки оружие против сербской пехоты и артиллерии". Воззвания тискали в боевом листке "Коха Диторе", выпуск которого наладили в Приштине. Газета советовала "расстаться с иллюзиями избежать войны". Выйдя из подполья, АОК развернула главную базу — штаб, полевой госпиталь и "учебку" для новобранцев — в деревне Ликовец, заодно открыв там импровизированный пресс-центр, которым заправлял Якуп Красничи, ставший официальным представителем АОК. Когда-то, на гражданке, Красничи вдалбливал английский язык в головы сельских школьников. На стене пресс-центра красовалась медная табличка с изображением памятника Скандербегу, албанскому национальному герою. В годы второй мировой его имя носила албанская дивизия СС. В 1998-м свыше 30 тысяч бойцов АОК рассредоточились на трех "фронтах". Первый "фронт" пролегал вдоль речушки Дренница в пятидесяти километрах от Приштины. Это было стратегически весьма выгодное положение: отсюда до областного центра рукой подать, и при желании его можно было держать в постоянном напряжении. Вокруг самой Приштины АОК в изобилии рассыпала партизанские опорные пункты. Они-то и составляли "фронт №2". Отряды третьего "фронта" орудовали в гористой местности вдоль 162-километровой границы Югославии с Албанией. Одна из целей армии на тот момент заключалась в том, чтобы накачать Косово оружием. Неисчерпаемый источник оружия был под рукой: в соседней Албании после бурного 1997-го неприкаянными болталось по меньшей мере 650 тысяч стволов, в основном с разграбленных армейских складов. Отсутствие охраняемой границы упрощало процедуру перекачки оружия до предела. "Калаши", в основном китайского производства, гранатометы РПГ-7 да ручные "лимонки" Ф-1 — вот основное вооружение, "экспортируемое" в Косово из Албании. Мелкие партии перевозились по горам благодаря изощренной выдумке местных крестьян — оружие грузили на слепых осликов. Каким-то шестым чувством животные безошибочно запоминали дорогу и тащили на себе контрабанду в "беспилотном" режиме. За современное вооружение заплатила Европа: зарубежная диаспора раскошелилась и на немецкие противотанковые установки МВВ "Амбуст", и на легкую полевую артиллерию, и на средства ПВО. Но "пушечное мясо" — основная масса повстанцев — вплоть до войны 1999-го были вооружены чем Бог послал: в ход шли автоматы ППШ, оставшиеся еще со второй мировой, пулеметы Дегтярева тех же времен и даже турецкие маузеры образца 1912 года. По рассказам тех, кто видел лагеря АОК своими глазами, на "краповых беретов" выпускники партизанских колледжей не тянули. Призывников учили элементарному: правильно обращаться с оружием, основам партизанской тактики. Зато все новобранцы были местными, отлично знали все ходы и выходы в районе, и это давало албанцам неоспоримое преимущество в партизанской войне. Командирами АОК становились в основном бывшие кадровые офицеры-албанцы югославской армии. Рядовыми — либо деревенские парни, либо романтически настроенные студенты. АОК не брезговало и услугами наемников. По слухам, в АОК воевали боевики из Боснии, Хорватии и даже Чечни. С одним из тех, кто воевал в АОК, 23-летним Неджатом, корреспондент "МК" повстречался в Тиране. — Раньше я был студентом. Учился в Тиране, в университете. Хотел стать архитектором, — рассказывает Неджат. — Но в прошлом году от сербов погиб мой старший брат. Он был в АОК. Тут плюнул я на университет, вещички собрал — да тоже в АОК подался. В основном мы прикрывали албанские деревни — сдерживали сербов, пока все наши оттуда не уйдут. А когда американцы стали сербов бомбить, мы боем выманивали этих ублюдков на открытое место, предварительно согласовав наши действия с НАТО. Потом мы сматывались в укрытия, а сербов утюжила союзническая авиация. Но в основном война носила для нас позиционный характер. И массовой гибели солдат АОК я не видел. На моих глазах убило только четверых наших. Но албанские деревни после сербских "чисток" были забиты трупами. Я сам видел под одной из деревень небольшую поляну, куда сербы согнали и расстреляли все население. Там было человек тридцать убитых, наваленных как попало, в тех же шмотках, в которых их сюда пригнали. Фак ю! Я видел столько смерти за это время, что перестал бояться умереть сам. Надеюсь, что все это не впустую: Косово стало независимым... "Русские — вон!" Борьба за власть в Косове обострилась сразу после победных салютов. АОК, ставшая едва ли не единственной реальной силой в крае, настойчиво выдвигает своих лидеров на политическую авансцену, пытаясь отвести прежним руководителям "Республики Косово" незавидную роль "свадебных генералов". Ибрагим Ругова, хотя и остается наиболее удобоваримым представителем Косова для Запада, стремительно теряет авторитет в глазах большинства косовских албанцев. В новой политической элите Косова выделяется прежде всего Хашим Тачи (по кличке Змея), руководитель АОК и по совместительству премьер "Временного правительства Республики Косово". Сам Тачи производит впечатление "темной лошадки". Ему всего 31 год, родом он из небезызвестной Дренницы. Сейчас Тачи усиленно вживается в непривычную для себя роль публичного политика. Встречаясь с разными группами населения нынешнего Косова, включая сербов и цыган, Тачи не скупится на заявления, что в новом-де Косове место найдется всем. Верится в это с трудом. В 1998-м специально "под Ругову" были созданы "Вооруженные силы Республики Косово" (по-албански ФАРК). По сути, Запад попытался продублировать "дикую" АОК цивилизованным албанским воинством. Однако двоевластие в рядах албанских военных просуществовало недолго: в том же 98-м ФАРК бесславно загнулась как самостоятельная боевая единица и целиком отошла под командование АОК. Примечательно, что слиянию армий предшествовало убийство неизвестными главнокомандующего ФАРК, "министра обороны Республики Косово", бывшего полковника югославской армии Ахмеда Красничи. Американцы до сих пор подозревают в причастности к этой уголовщине верхушку АОК. Лично Тачи "засвечен", по мнению натовских спецслужб, в других тяжких грехах: он принимал самое деятельное участие в поставке наркотиков в Западную и Восточную Европу. В самом деле, АОК и албанская наркомафия — близнецы-братья. На Западе уверены, что наркотики, предназначенные на "экспорт", складировались на базах АОК . На фоне миротворческих демаршей Тачи все отчетливей ощущается неприязнь большинства албанцев к русским миротворцам, которую ни Ругова, ни тем более сам Тачи ослаблять и не пытаются. Зачем? Глас народа помимо того, что он глас Божий, еще и поддержка конкретных избирателей на выборах... Албанцы радостно приветствуют танки НАТО и демонстративно не замечают наших миротворцев, если наталкиваются на них на улицах своих городов. Говорить на улице по-русски не рекомендуется даже в Приштине: в лучшем случае рискуешь нарваться на оскорбления. В Малишево, городишке в Косове, сплошь заселенном албанцами, жители воспринимают русских так же, как сербов: с неприкрытой ненавистью. "Вы гляньте на них: такие же "калашниковы", как у сербских полицаев. Да они для нас те же сербы — даже язык похожий", — неприязненно объясняет местный зеленщик Имер Хоти. Среди местных циркулируют упорные слухи, что русские наемники наравне с сербами принимали участие в убийствах и погромах в Малишеве. Информация, что на стороне сербов воевали русские, исходит прежде всего из самой АОК. В частности, утверждается, будто восемь тел русских нашли после боев под деревней Лардровк. Неприязнь албанцев вызвала и прыткость наших десантников, без согласования с натовским командованием занявших аэродром Слатина, и тот факт, что, согласно местным слухам, русские зондируют возможность расквартировать свои войска в Малишево, хотя, по достигнутым договоренностям, там и духу их быть не должно. "Если они придут, мы их примем, куда нам деваться... Но пусть не рассчитывают на наше гостеприимство", — говорят албанцы в Малишево. А на некоторых местных заборах уже красуются граффити типа "Русские, вон из Косова!" — свидетельство "теплых" чувств албанцев, питаемых к нашим соотечественникам... Тирана.



Партнеры