Армия с человеческим лицом

10 июня 2001 в 00:00, просмотров: 390

Райвоенком, озираясь по сторонам, тайно пробирался к зданию военкомата. Пробравшись через кусты к заднему служебному входу, он быстро юркнул в дверь и перевел дыхание — вроде пронесло. Пожилая уборщица, развозившая тряпкой грязь в коридоре, хмыкнула: “Зря стараешься, Михалыч! Уже оккупировали подступы к твоему кабинету. Вояки... Не отвертишься!”

Полковник мелко перекрестился, набрал побольше воздуха в легкие и ринулся по коридору, как в атаку. “Равняйсь! Смирно! Упал-отжался! На сегодня никаких вакансий по призыву нету”, — выкрикивал он на ходу, расталкивая локтями толпу молодых людей. Плюхнувшись в кресло, военком привычным жестом раскрыл красную папку и ругнулся: “Опять чистые повестки украли! Ну не резиновая же армия, чтобы всех желающих принять в свои стройные шеренги!” В дверь кабинета просунулась стриженная под ноль голова с оттопыренными ушами: “Дяденька военком, если не в военное училище, то, может, на прапорщика учиться отправите? Я и солдатом согласен...”, — заканючил паренек, но так и не закончил фразу, едва успев увернуться от летящей красной папки.

За дверью гудела толпа: “В армию хотим! Давай повестки, а то сами поедем!”. Военком тяжело вздохнул, снял висящий на шее ключ и открыл бронированную дверь сейфа: “Неприкосновенный запас. Две разнарядки на урюпинское пехотное училище и три в тмутараканский стройбат. Перед начальством как-нибудь оправдаюсь... Они ведь тоже не звери, не отправят за это на пенсию”.

На календаре был 2010 год...

Все смешалось в доме Облонских... С первого июля 2002 года зарплаты военнослужащим могут поднять до уровня государственных чиновников. С таким предложением обратился в Госдуму Владимир Путин — можно не сомневаться, что на Охотном Ряду одобрят эту президентскую инициативу. Причем это не единственное повышение финансового довольствия для армии, запланированное в бюджете. Если все обещания будут выполнены, то российский капитан через пять-шесть лет будет огребать ежемесячно в окошке финчасти весьма кругленькую сумму. Помимо этого на строительство жилья для офицеров тоже выделены немалые деньги — если в прошлом году Минобороны смогло построить для военнослужащих 17 тысяч квартир, то уже в следующем порядок цифр будет в районе 80 тысяч. Будет введена в армии и накопительная система жилья — через двадцать—двадцать пять лет службы офицер сможет купить квартиру в любом понравившемся городе (в Москве двухкомнатную, а в Чите пятикомнатную). Нашлись деньги и на закупки новой техники и вооружения для армии.

Что происходит? Откуда все эти немыслимые блага для униженной и оскорбленной армии? Откуда деньги, в конце концов?

Один знакомый полковник, молодой еще сорокалетний мужик, который последние года два все грозился уйти на пенсию и устроиться на гражданке, недавно заявил: “Погожу я пока с увольнением”. — “Что, лучше жить стало? Или денег добавили”, — подначил его. “Пока добавили не так чтобы и много, да и жизнь не шибко улучшилась, — не принял полковник подколки. — Но знаешь, перспективы появились. Служить-то в армии я всегда хотел, нищета вот только подкашивала, а теперь...” И офицер стал долго и с энтузиазмом рассказывать о грядущих перспективах, о возрождении авторитета армии, о том, что профессия офицера снова будет престижной и в военные училища опять появится конкурс. Фамилии “Путин” и “Иванов” в положительном контексте он упомянул раз двадцать, если не больше.

Армию обманывали в последнее десятилетие не раз и не два. Ее “кидал” Ельцин, расшатывал Грачев, лицезрел Сергеев, да и еще немало других руководителей высокого ранга, чья рука лежала поблизости от “пульта” управления армией. Военные разучились верить в хорошее, перестали всерьез воспринимать обещания, смирились со своей незавидной участью и по привычке из-под козырька смотрели на очередного “сокращанта-добродетеля”: “Мели, Емеля, — твоя неделя”. И тут на тебе! Чуть больше двух месяцев прошло с момента назначения министром обороны Сергея Иванова, штатского в сущности человека, а мозги военного люда уже повернулись в его сторону.

— Приезд министра обороны в штаб Воздушно-десантных войск — для нас праздник, — говорит командующий ВДВ генерал-полковник Георгий Шпак. Эти слова боевого генерала не из разряда лизоблюдских и не потому, что так положено по уставу, это я могу засвидетельствовать как человек, достаточно хорошо знающий Георгия Ивановича. Часовая беседа Сергея Иванова с командующим ВДВ, которая произошла на этой неделе, похоже, сделала революцию в армейской среде. Новый министр практически впервые за всю новейшую историю России не стал плести интриг и напускать тумана в планах реформирования армии, а открытым текстом заявил, что произойдет то-то и то-то. Например, что ВДВ сохранится как род войск и останется резервом главного командования.

На той же встрече в штабе десантников, осмотрев образцы военной техники и вооружения, министр обороны тут же пообещал, что деньги на разработку и производство оружия он найдет. Не огульно пообещал, а по конкретным образцам, которые крайне необходимы для армии.

Может, блефует министр, говорить-то — это одно, а делать — совершенно иное? В Минобороны на этот вопрос мне ответили примерно следующее: “Иванов на сегодняшний день наиболее приемлемый руководитель для армии. За ним напрямую стоит президент, который дал Сергею Борисовичу открытый карт-бланш и поставил задачу превратить армию в мощную, хорошо организованную структуру, которая бы во всем доверяла президенту и, что немаловажно, полностью его поддерживала. К тому же Иванов в российской политической элите достаточно самостоятельная фигура, он не будет, как его предшественники на этом посту, ходить с протянутой рукой, чтобы побираться возле государственной казны. Практически все его предложения находят поддержку у Путина, а это значит, что оглашаемые министром планы не просто слова. Иванов, поверьте, своего добьется”.

Чего же хочет добиться новый министр обороны, которому так сразу и безоговорочно поверили военные? В принципе ничего сенсационного в стратегии Минобороны нет. Процитирую официальный пресс-релиз военного ведомства: “Сосредоточить основные усилия на наращивании количества соединений и воинских частей постоянной готовности, создать условия для технического перевооружения войск, повысить их ресурсообеспеченность, боеготовность и боеспособность на потенциально опасных стратегических направлениях”. Практически тот же набор задач стоял перед Вооруженными силами и раньше, о дивизиях постоянной готовности вообще генералы все уши прожужжали, но практически ни одной так и не создали.

Сергей Иванов не скрывает, что решение поставленных задач потребует не одного года напряженного труда и Российская армия преобразится не сразу и не вдруг. По его мнению, необходимо изменить соотношение расходов на содержание и развитие Вооруженных сил — к 2010 году оно должно быть пятьдесят на пятьдесят (сейчас лишь 30 процентов тратится на развитие, а 70 на содержание, и эффект, как говорится, на лице). Будут деньги — будет и новая техника, будет жилье для офицеров, будет приличная зарплата. Соответственно, повысится и авторитет военной службы, возродится былое величие армии, и мамы не будут прятать от нее своих детей.

Источники финансирования армии министр обороны не скрывает — это бюджетные средства. А там-то их где взять? На военные расходы всегда перепадало с гулькин нос. По крайней мере так было принято считать, и об этом прилюдно стенали генералы: мол, обижают нас, денег не дают, поэтому и армия разваливается, и офицеры нищими ходят. Потом, правда, выясняется, что тех же генералов привлекают к ответственности за нецелевое использование бюджетных средств. Вон главный начфин Минобороны генерал Олейник взял да и “потерял” где-то на Украине 450 миллионов долларов. А денежки-то предназначались армии. Может, если бы их часто и помногу не разбазаривали, и не было бы сейчас таких финансовых проблем в армии? При бывшем разведчике Иванове армейские генералы вряд ли так пожируют — у него ж чекистский нюх, да и нет повязанности с военной мафией.

Еще одна интересная деталь, касающаяся нового министра обороны, — он умеет улыбаться! Просто по-человечески улыбаться. Акцентирую на этом внимание, потому что не могу вспомнить добрую улыбку хотя бы у одного из его предшественников. Вы можете себе представить улыбающегося Грачева? Или Сергеева? Почему-то они всегда были хмурыми и озабоченными — на одно лицо, как по уставу, чтобы было видно думу о Родине и армии. А этот улыбается при встрече с людьми. Если армия умеет улыбаться — это хороший знак...* * *Наш “знакомый” военком, пока еще подполковник, не прячется пока от призывников — он их, наоборот, усиленно ищет, чтобы не получить нагоняй от начальства. На календаре 2001 год, и в армию молодежь не рвется. Сбудется ли наш выдуманный сюжет из 2010 года?



Партнеры