В ЧЁМ РУССКИЕ ИДУТ?

21 апреля 2002 в 00:00, просмотров: 231
  Большинство гостей Российской недели pret-a-porter
     (за исключением гостей-дизайнеров) предпочитали ходить на показы в одежде западных марок:
     В Москве завершилась Российская неделя pret-a-porter. Минувшее мероприятие отличалось от предыдущих насыщенностью программы (в день проходило по пять показов) и повышенным интересом к творчеству дизайнеров со стороны профессионалов (промышленных предприятий и байеров), а также звезд. И все чаще звучала тема неразрывной связи моды и бизнеса. Последний момент радует в особенности: талантливых модельеров у нас достаточно, что в очередной раз подтвердилось на прошедшей Неделе. Однако их коллекции по-прежнему доступны лишь небольшому кругу постоянных клиентов. Когда же дизайнерские вещи, в частности, те, что показывались на Неделе, дойдут наконец до широкого потребителя и их начнут носить так же часто, как раскрученные западные бренды, — вопрос все еще открытый...
    
     Почти после каждого дефиле за кулисы пробивались давние клиенты дизайнера и уже “с колес” начинали прицениваться к понравившимся вещам. Некоторых участников Недели — например, украинского модельера Виктора Анисимова — гости показов отлавливали в кулуарах и просили сшить вещи на заказ. Впрочем, большинство посетителей Недели — особенно из разряда VIP — посещали показы в вещах от западных Домов моды. В этом и заключается сложность: с одной стороны, жители столиц (особенно это касается Москвы) готовы к экспериментам и открыты новаторству. Но с другой — это самые капризные и искушенные потребители. На дешевые эффекты москвичей не возьмешь.
     Впрочем, чтобы не ходить вокруг да около, “МК-Воскресенье” решил самолично опросить дизайнеров на темы: в чем, на их взгляд, специфика московского покупателя и насколько легко сегодня продавать дизайнерскую одежду?
    
     Владимир Зубец, Москва:
     — Если брать Россию в целом, московский покупатель — самый искушенный. Покупатель, допустим, в Екатеринбурге или Сургуте — совсем другой. Поэтому работать для Москвы на нашем постсоветском пространстве наиболее проблематично: москвичи страшно избалованы, здесь есть все, что можно себе представить. Продавать здесь одежду очень сложно и, думаю, в дальнейшем будет еще сложнее.
    
     Нелли Калашикова, Орел:
     — У меня есть покупатели и в Москве, и в Орле. Другое дело, что в Орле меня многие знают, а в Москве покупатель немного отстранен от меня. Хочу отметить, что продавать сегодня очень трудно: наша торговая система плохо готова к тому, чтобы работать с производителями одежды. И, между прочим, к Москве это относится в первую очередь. Многие производители — в данном случае мы — в буквальном смысле стоят на коленях. Предъявляются супертребования по качеству, сертификации, стандартам. Но при этом, когда мы отдаем вещи на реализацию, бывает, что по полгода ждем, когда вернут деньги. Часто получаем назад непроданные остатки коллекций. Дизайнер виноват буквально во всем: скажем, оторвется через полгода пуговица на пальто — мы должны возмещать убытки.
    
     Виктор Анисимов, Донецк:
     — Я только пытаюсь разобраться в том, что собой представляет московский покупатель: мы в Москве-то показываемся всего третий раз. Это еще неисследованное поле деятельности. С Киевом и Питером у нас уже есть какая-то сложившаяся история: мы там неоднократно показывались, и они больше подготовлены к моей одежде. Могу сказать, что пока ни на Украине, ни в Питере не сложилась система сотрудничества дизайнеров и тех, кто закупает коллекции для магазинов (байеров. — Авт.). То есть не работает та схема, которая есть во всем остальном мире. Пока получается так, что одежду покупают главным образом только мои почитатели, которые ходят на показы, а потом заказывают понравившиеся вещи тет-а-тет. То есть покупки делаются “по звонку”: нам что-то заказывают по телефону, потом мы отшиваем и на перекладных переправляем вещь в Киев или Москву. Но в общей сложности такой клиентуры набирается сто, максимум двести человек...
    
     Ирина Зима, Москва:
     — В Москве люди ориентируются на западные бренды. Доверяют их вкусу. А я считаю, что у нас самих достаточно развит менталитет для каких-то собственных открытий. У них на улицах часто бывает скучно. А меня, например, очень огорчает, когда люди одеваются в одну и ту же марку с ног до головы. Поменьше бы диктата.
    
     Дина Ковалкина, Москва:
     — Специфика московского покупателя в сдержанности.
    
     Андрей Шаров, Москва:
     — Естественно, в Москве совершенно другой менталитет и совсем другой подход к одежде. Разница между москвичами и жителями каких-то других российских городов огромная, и дизайнер должен это чувствовать скорее на интуитивном уровне.
    
     Лидия Соселия, Москва:
     — Я не считаю, что московский покупатель чем-то отличается от других. Разве что он готов потратить больше денег, чем, скажем, немец или француз.
    
     Лена Макашова, Москва:
     — Я не делю покупателей на “наших” и “ненаших”. Ведь если я покупаю Ямамото в Париже, я чувствую себя точно так же, как, скажем, парижанка или англичанка...
    
     Борис Дмитриев, Москва:
     — Я замечаю, что в первую очередь московские покупатели обращают свое внимание на яркие вещи. И чаще всего цена не имеет значения. Например, у меня в первую очередь приобретают кружевные платья, блузки. Еще могу отметить, что в России женщины очень смелые. В Европе больше предпочитают практичную одежду.
    
     Сандра Страукайте, литовский дизайнер, гость Недели:
     — Московская публика сильно отличается, например, от литовской. Здесь выбор модной одежды огромен. А Вильнюс — маленький город, и там “именным” маркам часто предпочитают second-hand или даже что-то сделанное своими руками: вязаные свитера, какие-то самодельные фенечки.
     Андрис
     и Ксения
     Лиепа:
    
     — Сейчас у нас совсем нет времени, так что мы пришли на тех дизайнеров, на которых просто не могли не прийти. Это Зубец, чьи коллекции на подиуме мы ни разу не видели, и Андрей Шаров, с которым мы очень дружим.
    
     Сандра Страукайте:
    
     — В основном я ношу свою одежду. Но иногда обращаюсь и к другим дизайнерам: например, заказала себе обувь у Дениса Симачева и Алены Ахмадулиной.
    
     Богдан Титомир:
    
     — Я пришел посмотреть на Машу Цигаль, а потом узнал, что будет показ Шарова, решил пойти и на него.
     — Вы сами носите русских дизайнеров?
     — К сожалению, нет. Никто ничего не подгоняет по фигуре, а так, чтобы приобретать у кого-то специально, — нет ни времени, ни желания. К тому же наши дизайнеры “very expensive”. Так что ко всему прочему и средства мне не позволяют...
    


Партнеры