Он знал!

Что знал президент Буш об угрозе теракта 9/11. И что утаил он от страны

20 мая 2002 в 00:00, просмотров: 483
  “Дорогой президент Буш! Мой папа пропал в развалинах Всемирного торгового центра. Каждый вечер во время ужина мы зажигаем свечу в память папочки. Я ненавижу войну. Я люблю только играть в войну, как Гарри Поттер. Я действительно очень любила папу. Знали ли вы, что 9/11 произойдет? Если вы знали, то почему не остановили бен Ладена?”
    
     Это письмо, подписанное семилетней Ребеккой Рауб, мать девочки Морин послала президенту Соединенных Штатов Джорджу Бушу. Ее супруг Вильям, которому было 38 лет, погиб 11 сентября прошлого года. (Американцы, в отличие от нас, пишут сначала месяц, а затем число. 9/11 стало скорописью, символом трагедии, которая обрушилась в тот день на головы американцев вместе с повалившимися башнями ВТЦ.)
     Глаголет ли устами младенца Ребекки истина? Со среды прошлой недели этот вопрос вызвал громкий политический скандал в Вашингтоне, волны которого обрушились на стены Белого дома и на голову его хозяина. Прежде всего — о чем идет речь? Стало известно, что 6 августа прошлого года, то есть за месяц с небольшим до теракта президент Буш получил сведения от ЦРУ, где говорилось, что Усама бен Ладен, возможно, попытается угнать американские пассажирские самолеты, чтобы атаковать Соединенные Штаты.
     Как только эта новость стала достоянием гласности, она стала доминировать в американских масс-медиа и в политической жизни страны. Конгресс потребовал объяснения от Белого дома, демократы уцепились за скандал и стали валить республиканского президента. Белый дом занял круговую оборону.
     Сам президент не проронил еще ни слова по поводу скандала. Он лишь улыбнулся и помахал рукой репортерам, забросавшим его вопросами об августовском брифинге, когда направлялись в четверг, 16 мая, на Капитолий для встречи с республиканскими сенаторами, которая должна была состояться за закрытыми дверями. Встреча, назначенная две недели назад, предполагала обсуждение законодательной повестки дня, но Буш вынужден был начать ее со скандала. Он пытался защитить свое решение не оглашать вот уже в течение восьми месяцев суть августовского брифинга. Согласно официальному источнику, президент сказал: “Если кто-нибудь думает, что мы располагали информацией, которая могла потребовать немедленных действий, то такие лица должны знать, что в подобной ситуации я задействовал бы всю мощь наших вооруженных сил”.
     Белый дом отказался огласить текст августовского брифинга ЦРУ. Вместо этого на съедение репортерам был брошен пресс-секретарь президента Ари Флейшер, который долго и уныло повторял один и тот же аргумент о том, что в брифинге не было достаточной конкретики, которая могла бы продиктовать принятие столь же конкретных контрмер.
     Несколько позже заговорила тяжелая артиллерия в лице помощника президента по национальной безопасности Кондолизы Райс. Она признала, что имелись “предчувствия” за несколько месяцев до 9/11, которые питали разведывательные данные. Она их охарактеризовала как “подернутую дымкой мозаику сигналов угрозы”, которая не отличалась ни ясностью, ни точностью. Райс сказала: “Я не думаю, что кто-нибудь взялся бы предсказать, что эти люди (бен Ладена. — М.С.) захватят самолет и врежут его в ВТЦ, затем захватят другой самолет и направят его на Пентагон, что они попытаются использовать самолеты в качестве ракет”.
     Райс несколько преувеличивала “дымку”, которая, по ее словам, “подернула мозаику сигналов угроз”. Дело в том, что информация о возможных терактах, которая циркулировала на более низких уровнях администрации и разведки, носила более конкретный характер, чем просто “предчувствие”. Беда состояла в том, что отдельные камешки и даже целые узоры, поставляемые американскими контртеррористическими центрами, не складывались верхами в ту самую мозаику, о которой говорила Райс. Этому способствовало нездоровое ведомственное соперничество ФБР и ЦРУ, которые не делились между собой информацией. (Только после 9/11 директора ФБР и ЦРУ стали ежедневно и совместно брифинговать президента и Национальный совет безопасности.)
     Адвокатская стратегия Кондолизы Райс строилась по принципу “задним числом все умны”. Сообщается, что в брифинге ЦРУ президенту 6 августа действительно говорилось о возможном похищении самолетов людьми бен Ладена. Но на это предупреждение соответствующей реакции не последовало, поскольку ее единственным источником был британский контакт и к тому же само предупреждение датировалось 1998 годом. Британский контакт сообщал, что “Аль-Кайеда” заинтересована в похищении самолетов и в захвате заложников, чтобы воспользоваться ими для торгов по вызволению из лап американского правосудия шейха Омара Абдель Рахмана, осужденного еще в 1995 году по делу о провалившемся заговоре, который имел своей целью взрыв “некоторых достопримечательностей” Нью-Йорка. Однако ни ФБР, ни ЦРУ не подтвердили Бушу эту информацию из британских источников.
     В “подернутой дымкой мозаике” существовали и другие “камешки”. Например, агент ФБР сообщал из Феникса, что группы, подобные “Аль-Кайеде”, готовят засылку в Соединенные Штаты студентов для изучения летного дела, чтобы затем использовать их в террористических актах. Еще большим “камешком”, вернее, целым “булыжником”, был арест агентами ФБР в Миннеаполисе Закариаса Мауссауи. Руководство местной летной школы сообщило ФБР, что этот ее слушатель захотел тренироваться на стенде-симуляторе “Боинга-747”, хотя имел ничтожные пилотские навыки. Но все эти и другие сигналы, по уверениям Райс, не дошли ни до Буша, ни до нее. “Вы можете представить себе, — сказала она, — что много чего варится внутри агентств. И это распределяется внутри их самих. Было бы необычным, если бы что-нибудь вроде этого достигло слуха президента. Он не может вспомнить, что видел информацию, подобную этой. И я тоже не могу вспомнить, что видела нечто, похожее на это”. Знакомая аргументация с ссылкой на память! К ней прибегал и Никсон во время Уотергейта, и Рейган во время скандала “Иран-контрас”, и Клинтон в ходе “Моникагейта”. (Кстати, после 9/11 все меморандумы по этим “камешкам” и “булыжникам” были положены на стол президента.)
     И еще о “подернутой дымкой мозаике”. Начиная с декабря 2000 года в Белый дом стали поступать тревожные сигналы о том, что “Аль-Кайеда” готовит теракты на территории самих США. Тревожные сигналы усилились весной и летом 2001 года. Но ни разведка, ни правоохранительные органы не могли сказать с уверенностью, где это произойдет и когда. В мае и июне прошлого года американская разведка стала перехватывать разговоры между членами “Аль-Кайеды”, в которых обсуждались планы терактов, намного превосходящих все предыдущие. В одном из перехваченных разговоров даже использовалось слово “Хиросима” для характеристики масштабов грядущего нападения. Напуганные этими разговорами, контрразведочные отделы Белого дома, ФБР и ЦРУ сделали заявление о возможной угрозе терактов, приуроченных к 4 июля — Дню независимости — национальному празднику Соединенных Штатов. Аналогичный сигнал угрозы поступил и от Федеральной авиационной администрации.
     К 5 июля лавина угроз и предупреждений о них приняла такие размеры, что на утреннем заседании в Белом доме Буш поручил Кондолизе Райс разобраться во всем этом и в особенности проконтролировать — какие контртеррористические меры предпринимаются соответствующими ведомствами. Райс вызвала к себе для доклада Ричарда Кларка, который занимает в Белом доме пост координатора по контртерроризму. Тот, в свою очередь, провел два совещания, на которых кроме представителей разведорганов присутствовали представители иных ведомств, например, министерства транспорта. 6 июля страхи еще больше увеличились. Пришли данные о возможных терактах против американских посольств во Франции, Италии и Турции. Был издан приказ, предписывавший воздерживаться от поездок даже сотрудникам контрразведки (!).

* * *

     Одновременно Пентагон разработал план отражения одновременной атаки в различных точках земного шара. Но июльские праздники прошли мимо. На сей раз пронесло. Однако эксперты контрразведки продолжали считать, что угроза крупномасштабного теракта надвигается. Филиппинское правительство также предупреждало об угрозе угона самолетов. Как иронически заметила Кондолиза Райс, “для того, чтобы ассоциировать угоны с терроризмом, не надо быть ученым-ракетчиком”.
     В августе ЦРУ подготовило новый доклад, в который сцепило все последние агентурные данные о подрывной деятельности “Аль-Кайеды”, руководимой бен Ладеном, засевшим в Афганистане. Вывод доклада предупреждал администрацию Буша, что июльское “пронесло” на дальнейшее не распространяется. Но, как это ни странно, в докладе не упоминалась возможность того, что террористы могут захватить самолеты. Персональный брифинг президента был основан именно на этом докладе. Из хорошо осведомленных источников сообщают, что Буш якобы затребовал новый брифинг с “более широким историческим контекстом”, с более подробным изложением того, что знают разведывательные органы об угрозе со стороны “Аль-Кайеды”. ЦРУ “пришлось зарыться в свои старые дела и рапортички”. Только после этого появились упоминания о возможности захвата самолетов. Но Райс уверяет, что это было сделано на основе старых данных, а не новых агентурных сведений. “Я хочу подчеркнуть еще и еще раз: это не было конкретным предупреждением. В докладе не были указаны специфические время, место и метод, — сказала она. — Это была общая информация о потенциальной возможности угона самолетов как метода, к которому может прибегнуть “Аль-Кайеда”.
     13 августа, то есть через неделю после президентского брифинга, очередной инцидент произошел в Миннесоте. Эксперты по контрразведке считают, что этот инцидент должен был подействовать на Белый дом “как красный флаг”, то есть сигнал опасности. Моуссауи арестовали не за подозрительную жажду научиться водить лайнеры “Боинг-747”, а за нарушение иммиграционных законов. В том же месяце ЦРУ рекомендовало иммиграционной службе США “поставить на контроль” двух “выходцев из Среднего Востока”, подозреваемых в террористических намерениях, и воспрепятствовать их въезду в Соединенные Штаты. На это иммиграционная служба сообщила ЦРУ, что “выходцы” уже находятся в США! Тогда к делу подключилось ФБР и начало поиск “выходцев”. Найти их гуверовской охранке не удалось. “Выходцев” звали Халид Алмихдар и Наваз Алхамзи. Они были из числа тех 19 террористов, которые захватили 9/11 “Боинги”. Такая вот история с “выходцами, поставленными на контроль”, которых прошляпили ЦРУ, ФБР, иммиграционные власти и Федеральная авиационная администрация...
     И наконец, в интервью газете “Нью-Йорк таймс” анонимный высокопоставленный представитель (или “-ца”?) президента США сообщил, что в августе прошлого года был разработан план действий против бен Ладена на уровне заместителей глав нескольких министерств и ведомств. 4 сентября этот план был одобрен их шефами. “План лег на мой стол 10 сентября для передачи президенту”, — сказал высокопоставленный (или “-ая”) аноним. Но в этот момент президента в столице не было. Он находился во Флориде. Его возвращение в Вашингтон ожидалось 11 сентября. Но когда обрушились небоскребы-близнецы в Нью-Йорке, обычная календарная дата 11 сентября превратилась в трагические 9/11... Прошляпили!

* * *

     Но вот демократы не прошляпили. Не террористов бен Ладена, а шанс атаковать президента-республиканца. До начала скандала, который уже можно окрестить “Антитерроргейт”, демократы вынуждены были, скрипя зубами, поддерживать Буша, ибо атаковать президента, ведущего военные действия, непатриотично и политически небезопасно. Скандал развязал руки демократам, лишив Буша ауры неприкасаемости. Лидер демократического большинства в сенате Том Дэшл заявил, что он “глубоко обеспокоен тем фактом, что информацию обо всем этом скрывали от нас в течение восьми месяцев”. Дэшл потребовал от президента немедленно передать разведывательным комитетам конгресса “весь брифинг, который он получил в августе”. Демократы потребовали также представления меморандума ФБР, в котором говорилось, что многие выходцы с Ближнего Востока учатся в американских летных школах. По словам Гепхардта, расследования деятельности разведорганов, которое планировалось ранее, уже недостаточно. Он призвал не ограничивать это расследование только прениями “за закрытыми дверями”. Расчет демократов вполне ясен. Они хотят придать скандалу максимум паблисити в преддверии выборов в конгресс, чтобы нажить на нем максимум политического капитала и захватить максимум мест в обеих палатах.
     Хочется отметить роль сенатора Хилари Клинтон. Она особенно страстно потребовала вытащить на ковер президента Буша. Свою страстность она объясняла тем, что представляет в конгрессе Нью-Йорк, больше всех пострадавший от 9/11. Потрясая одной из нью-йоркских газет с гигантским первостраничным заголовком “Буш знал!”, Хилари потребовала, чтобы “мистер Буш выступил перед американским народом в наикратчайший срок и ответил на те многочисленные вопросы, которые задают жители Нью-Йорка и все американцы”. Месть всегда сладка. Ей ли, натерпевшейся в годы “Моникагейта”, не знать об этом!
     Даже некоторые республиканцы поставили под сомнение адекватность реакции Белого дома на сигналы тревоги. В частности, сенатор от Алабамы Ричард Шелби заявил: “Они (администрация. — М.С.) должны были действовать, а они бездействовали”. Шелби сказал, что ФБР “спало”. Однако вполне понятно, что большинство республиканцев выступили в защиту своего президента. Сенатор Кристофер, в частности, сказал, что “демократы пытаются раздуть скандал, руководствуясь политическими соображениями... Утверждать, что президент знал о готовящемся теракте и ничего не предпринял, — значит оскорблять американские разведслужбы, президента и американский народ”. Наконец, в защиту своего шефа выступил и вице-президент Чейни. “Обвинения в адрес президента носят поджигательский характер. Они полностью безответственны и абсолютно недостойны национальных лидеров, тем более во время войны”, — сказал он.
     Контратакуя, администрация Белого дома утверждает, что конгресс располагал теми же агентурными данными, что и президент. Демократы, в частности председатель сенатского комитета по разведке Боб Грэм, отрицают это, заявляя, что им скармливали лишь “общие места”, где даже не упоминалось об угрозе похищения самолетов. По словам сенатора Дэшла, “в конгрессе нет ни одного человека, имевшего эту информацию”.
     Любопытно отметить, что версия о возможном захвате “Аль-Кайедой” американских самолетов давно циркулировала в официальных вашингтонских кругах. Так, например, Федеральная авиационная администрация опубликовала в 2001 году в Интернете доклад под названием “Уголовные акции против гражданской авиации”. В нем, в частности, говорилось: “Хотя до сих пор бен Ладен не атаковал гражданскую авиацию, он имеет и мотивацию, и необходимые ресурсы для этого. Антизападные и антиамериканские взгляды бен Ладена делают его и его последователей значительно опасными для гражданской авиации и в особенности для американской гражданской авиации”. А еще раньше ФАА опубликовала доклад, в котором приводились такие слова одного из вожаков “Аль-Кайеды”: “Бен Ладен или собьет, или похитит самолет, чтобы унизить Соединенные Штаты”.
     В свете всего этого администрация Буша попала в трудное положение. “Мы вступаем в отвратную фазу войны с терроризмом”, — удрученно предсказывают в Белом доме, имея в виду “отвратную войну” с демократами.
     В пятницу, 17 мая, республиканцы предприняли пропагандистскую контратаку по всему фронту, подключив к ней не только президента, но и первую леди, которой, по сложившейся традиции, не полагается вмешиваться в политические дрязги. И все же контратака республиканцев носила оборонительный характер. Этому способствовало появление нового фактора — доклада 1999 года, составленного по заказу разведывательных ведомств США. В нем говорилось достаточно четко о том, что “летчики-камикадзе, входящие в батальон мучеников “Аль-Кайеды”, могут обрушить самолеты, начиненные опасной взрывчаткой, на Пентагон, штаб-квартиру ЦРУ или Белый дом”. Это было уже прямое предвидение трагедии 9/11. Доклад, озаглавленный “Социология и психология терроризма”, был подготовлен библиотекой конгресса США для Совета национальной разведки. Кстати, этот доклад не был секретным документом и был доступен широкой публике. Широкой публике, но не... Белому дому! По признанию пресс-секретаря Флейшера, “Белый дом узнал о существовании доклада 1999 года лишь в пятницу, 17 мая, и ни Буш, ни Кондолиза Райс не видели его”.
     Объясняя такое странное неведение, такую удивительную неосведомленность, Флейшер напирал на то, что-де доклад оперировал не конкретными фактами, а социологическими и психологическими рассуждениями, а посему “не вызвал ни у кого достаточной тревоги”. Вот тебе и “познай мысли врага твоего”!
     Скандал в Вашингтоне все больше разрастается. Уже полетели первые головы. Первыми козлами отпущения стали Кевин Фауст, возглавлявший в ФБР отдел по борьбе с бен Ладеном, и Кофер Блэк, глава департамента контртерроризма в ЦРУ.
     И все-таки, по-моему, главная опасность для Буша исходит не от расследований конгресса, не от интриг демократов, не от раздрая в разведывательных структурах и даже не от руководимой невесть куда канувшим бен Ладеном “Аль-Кайеды”. Главную опасность для президента Соединенных Штатов, считающегося самым могущественным человеком на планете, представляет семилетняя Ребекка Рауб, с письма которой мы начали наше повествование. Ее устами глаголет истина.
    



Партнеры