Долгожданный Костя

Константин ЦЗЮ: “Многие вещи в России для меня — дикость”

11 июля 2002 в 00:00, просмотров: 540
  Абсолютный чемпион мира среди профессионалов находился в Москве всего сутки. В воскресенье прилетел, в понедельник улетел. За это время Цзю успел побывать на базе сборной России по боксу в Чехове, выкупаться в святом источнике и много еще чего...
     Пока Костя беседовал с батюшкой, его промоутер Влад Уортон развлекал журналистов в душном боксерском зале: “Костя у себя вообще, когда тренируется, все окна и двери закрывает, чтобы было легче согнать вес”. Мы тоже за два дня сбросили не один килограмм, потому что программу пребывания суперпрофессионала можно было легко разделить на две части: сначала ждали, потом догоняли. Впрочем, все по порядку...
    

     В воскресенье вечером самолет, как и полагается по законам жанра, опоздал. Все это время, пока его ждали, мы, представители московской прессы, бегали между выходом для простого народа и элитным залом.
     — Костя всегда летает бизнес-классом. Но проблема в том, что выйти он может и с обычными людьми. Правда, здесь багаж надо час ждать, а в ВИПе — всего минут сорок... — поделился своими догадками Константин Чуриков из сборной России.
     Неожиданно кто-то шепнул: “Цзю в ВИП-зале...” Народ ломанулся туда.
     Подхожу с просьбой о небольшом интервью для “Московского комсомольца”.
     — Я двадцать часов летел — сжальтесь... — сразу погрустнел Костя.
     — Тогда буквально три вопроса. Чем вас кормили в полете?
     — Ой, чем только не кормили! Я так объелся... — и Цзю, похлопав себя по животу, сразу заулыбался.
     — Когда последний раз были в Москве?
  
   — В прошлом году.
     — Почему так редко приезжаете, в чем причина?
   
  — Единственная причина — жена. Ей же хочется меня почаще видеть.
     — Можете вы дать гарантии, что ваш следующий бой за звание чемпиона мира состоится у нас?
 
    — Ничего сказать пока не могу. Идут переговоры... Но если я и буду драться в Москве, то только зимой.
     На этом Цзю, обняв Лебзяка, решительно направился к выходу. Как вдруг...
     — Саша?! — Лебзяк остановился как вкопанный. По направлению к стойке регистрации среди самых обычных пассажиров шел... Александр Карелин.
     — Саша?! — и легендарный Сан Саныч от неожиданности шарахнулся в сторону.
     Чемпионская троица еще долго обнималась, бурно что-то обсуждала, травила анекдоты. По ходу дела Лебзяк выудил из сумки Карелина газетку, начал читать ее, а Цзю, явно играя на публику, стал делать ему массаж шеи.
     ...Вышли на улицу.
     — Давайте хоть познакомимся... — Костя протянул руку сопровождавшим его телохранителям. Ребята впервые за последние часа четыре улыбнулись и назвали свои имена.
     На следующий день на базе сборной России по боксу Костя Цзю, мешая русские слова с английскими, уже в расширенной форме ответил на вопросы корреспондента “МК”. Заодно объяснил — зачем ему нужны телохранители:
     — Это не секьюрити. Мне не нужна охрана от кого-то. Тут совсем другая политика. Например, приехали мы, я раздаю автографы, у меня через час самолет, и всем подписать не получается... Наконец говорю: “Все, хватит, больше не могу...” Один молодой человек остался без подписи. Так он это на всю жизнь запомнит! Поэтому отваживать должен не я, а мой охранник.
     — В Австралии ты часто разговариваешь на русском?
     — Дома я говорю только на нем. И дети мои говорят. Для меня это важно...
     — А для тебя важно, что ваши дети могут уехать в Россию в будущем?
     — Я не думаю, что они вернутся. Австралия — их дом. Они родились там. Простая вещь: мы с Саней (Александром Лебзяком. — Т.А.) общаемся второй день — выясняется, что по-разному думаем и смотрим на жизнь. Многие вещи здесь для меня — дикость. Например, ехать в машине и не пристегнуться... Я привык к цивилизованной стране. Так же и мои дети. Хотя они в прошлом году были здесь и получили огромаднейшее удовольствие. Приходили с улицы по уши в грязи, их потом долго отмывали... Я буду приезжать сюда постоянно, дети — хотя бы раз в год. Русский у меня не теряется. Не обязательно жить в России, чтобы быть ее гражданином. Я считаю себя не менее русским, чем вы.
     — Твои цепочки, четки, прическа, наконец, — это часть твоего имиджа?
    
— Это то, что мне нравится... Очень странно слышать такой вопрос сейчас. Его часто задавали десять лет назад. В наше время сережка в ухе не вызывает удивления.
     — Мне кажется, так поступают, когда хотят выделиться из толпы. Тебе-то это зачем?
    
— Да, мне уже не надо. Просто слово “обычно” я убрал из своего лексикона в 1989 году, когда решил отращивать косичку. На данный момент я не ищу даже встречи с вами (прессой. — Т.А.), чтобы поднять свой авторитет. Мне легче приехать в Россию инкогнито, потому что я сегодня лег в час ночи — проснулся в семь утра, завтра будет то же самое... Каждый день в России для меня — это недосыпание и недоедание.
     — Неужели в Австралии популярность тебя не напрягает?
 
    — Напрягает, так же, как и здесь. В Сиднее, правда, легче: там меня знают, подходят, здороваются... Приезжаю в любой другой город — уже сложнее. Я не могу просто так пройтись. Кстати, в России, если и узнают, никогда не подойдут. Опять же — это наш менталитет.
     — Тебя в России многие не знают. Не обидно? Ты же русский боксер...
     — Да, я — русский боксер. Но живу за рубежом. Здесь у людей другие проблемы. Они не обращают внимания на что-то, не относящееся к их личной жизни. Когда они будут думать не только о том, где заработать и как, тогда мы будем говорить: почему известного спортсмена не узнают на улице?..
    


    Партнеры