Премьерный семьянин

8 июня 2003 в 00:00, просмотров: 291

Александру Лазареву многое дано. А возьмет он еще больше. Потому что Лазарев — этот тот редкий случай, когда природа на детях талантливых родителей все же не отдыхает. Сын одной из самых знаменитых звездных пар Лазарева—Немоляевой сегодня — любимец самой избалованной театральной публики Москвы, интересный и яркий артист. Пластичный, музыкальный, аристократичный, он сразу же обращает на себя внимание как на сцене прославленного “Ленкома” (где он занят почти во всех спектаклях), так и в кино.

Артист не раз входил в число самых красивых людей Москвы. Мальчишеская улыбка и озорные огоньки в глазах — необходимые штрихи к внешности якобы прожженного ловеласа с изящным умом. Ему очень идут рок-н-ролльные прикиды, и дело тут не в любви к рок-н-роллу, а в готовности к рок-н-ролльным поступкам. Это его стиль, выражающий внутреннее состояние. Его патологическая артистичность часто выливается в шумные ребячества, чудачества и прочие иногда небезопасные безобразия.

Быстрое театральное признание не вскружило артисту голову. Он лишен малейших признаков звездной болезни: к собственной популярности относится спокойно и даже равнодушно. Лазарев — настоящий фанат именно театра, которым, по собственному признанию, отравлен с детства.


— Александр, когда вы впервые поняли, что ваш отец — популярный артист Александр Лазарев, а мама — не менее известная актриса Светлана Немоляева?

— С приходом сознания в голову. Когда я родился, отца уже узнавали на улицах, хватали за руки, просили автограф. Тогда вышел фильм “Еще раз про любовь”, да и потом были культовые фильмы. Когда я приезжал с родителями на гастроли в другие города — это же что-то сумасшедшее творилось! Сотни людей ждали их у служебного выхода, рукоплескали. Для меня все это было нормой...

— Чувствую, что звездная болезнь тогда была у вас, а не у родителей?

— Естественно! А если серьезно, то я не помню такого, чтобы отец меня осекал, говорил: “Не смей хвастаться или кичиться”. Хотя я этого и не делал. Нашу семью, слава богу, миновала звездная болезнь.

— Что это за знаменитое выражение: “Слышать слышу, а в голову не беру”, которое вы подарили артистам МХАТа?

— Да, это мое изречение. Когда я, будучи маленьким и очень вредным мальчиком, отдыхал с родителями на юге, меня невозможно было выманить из моря: тащили за ноги, за волосы, но вытащить не могли. И актриса Гуляева стала ко мне приставать: “Посмотри на своих родителей, какие они у тебя худые, измученные, а ты так себя ведешь! Ты меня слышишь или не слышишь?..” Тогда я ей и ответил: “Слышу. Но в голову не беру!” Потом, когда Олег Николаевич Ефремов за что-то ругал артистов МХАТа: “Вы меня слышите или нет?!” — они ему отвечали: “Слышим. Но в голову не берем!”

— Родители строго воспитывали?

— По-разному. И жестко было: как же еще с мальчиком справиться? Я вот сейчас своего ращу — это же ураган! Одними разговорами и уговорами с ним не справиться. Иногда необходимо и по заднице дать, чтобы немножко пришел в себя. И я тоже не раз получал. По той причине, что чудовище был, а не ребенок. Представьте, в Ярославле в восемь лет один уплыл на лодке на середину Волги. Мимо корабли ходили, гудели… Я еще думал: “И что они гудят?..” А далеко-далеко на берегу такая крохотная бабушка бегала. Через два дня меня выслали в Москву...

— А я слышала, что вы были стеснительным, скромным мальчиком. Это даже сказывалось на взаимоотношениях с противоположным полом.

— Да. Даже первый опыт объяснения девочке в любви оказался отрицательным. Я сказал: “Девотька, я тебя люблю!” — а она мне: “А я тебя нет!” И так продолжалось каждый год. Я тогда думал: “И что же я такой несчастный? Так и проживу без любви?..” Школьных романов практически не было. В возрасте 14—15 лет в общении с девушкой язык просто прилипал к небу, трудно было вымолвить какое-либо слово. Только по пятам ходил и вздыхал, томно глядючи…

— Родители помогали в карьере?

— Программа поступления готовилась отцом. И все. Он занимался со мной как режиссер-постановщик… трех стихотворений. А так, чтобы кого-то просить обратить на меня внимание — такого не было. И быть не могло.

— Даже Марк Захаров, принимая вас в “Ленком”, не знал, что вы сын того самого Лазарева…

— Да, об этом где-то в интервью рассказывал сам Захаров. Я станцевал “Юнону”, прочел свою программу, и только потом он у меня спросил: “Скажите, пожалуйста, вы имеете какое-то отношение к Лазареву?” Я ответил: “Самое прямое. Я его сын”.

— Приставка “младший” обижает?

— Нет. Правда, у меня был дурной период, когда я стал выдумывать себе псевдоним, в одном фильме даже сыграл под фамилией Трубецкой. Почему именно Трубецкой? Надо отдать должное Валентине Талызиной, которая, находясь у нас в гостях во время решения этого важного для меня вопроса, сказала: “Да что вы все Пупкин да Тютькин! Давайте назовем его как-нибудь… Муравьев–Апостол!” Все это глупости, конечно. Был еще один неприятный момент. В институте вместе со мной учились другие актерские дети: Маша Буркова, Антон Корольков, Саша Стриженов, Юля Меньшова. Остальные студенты называли нас “сынками” и были уверены, что мы поступили по блату. Хотя, что интересно, именно мы были первачи, мы были лучшие. И… может быть, это тоже меня напрягало. Ну что меня все будут… сынок да сынок! А потом я решил: моя фамилия — самая лучшая на свете, буду Лазаревым, и все!

— Вы периодически входите в сотню самых красивых людей Москвы. Ощущаете себя красивым человеком?

— Когда начинаешь себя кем-то ощущать — случается остановка в развитии. Поэтому я отнюдь не считаю себя самым красивым мужчиной Москвы. Если мне об этом кто-то говорит, мне просто приятно. Не более того.

— И как жена Алина на это реагирует?

— Очень радуется. И ужасно злится, когда кто-то другой… становится немножко красивее. (Смеется.)

— В Алине сразу увидели необходимого человека?

— До того как у нас начался роман, мы с ней довольно долго общались. Были в одной компании, встречались как хорошие друзья. Помню, как–то провожали одноклассника в армию, была большая тусовка, и мы с ней минут сорок стояли на лестнице, курили, болтали. А однажды, 8 августа 97-го года, я открыл ей дверь, и все — проскочила искра. Она тогда приехала из Домодедова, где работала, объясняла иностранцам, куда им идти надо… На ней был синий пиджак. А у меня была майка, подаренная какой-то прессой, с надписью “15 мая”. А 15 мая — это день рождения Алины, и для нее это стало знаком. Короче, у нее знаки были, а у меня — чувства... Шутка, конечно: чувство оказалось взаимное и внезапное. Словами не описать. Просто проскальзывает между людьми что-то, Боженька прикасается, и все. В тот вечер я сказал своему другу: “Вань, вот на этой девушке я женюсь”. Я обожаю Алину!

— Слышала, Алина с детства знала, что фамилия ее будет Лазарева?

— Не совсем так. У нее есть подружка Анжела Лазарева. И Алина ей как-то сказала: “Какая у тебя классная фамилия, мне бы такую”. А когда она, еще совсем маленькая, проходила с мамой мимо дома моих родителей, то заявила, что именно в этом доме будет жить. Так и случилось через несколько лет. Родители хорошо отнеслись к Алине. Она, кстати, при первом их знакомстве хотела нагло пошутить. Когда отец ей сверху басом представился: “Александр Сергеевич”, она хотела ответить: “Арина Родионовна”. Постеснялась, видимо. Хотя отец стопроцентно оценил бы эту шутку. А с мамой они вообще сразу же подружились.

— Как думаете, каково ей было оказаться в такой звездной семье?

— Нормально. У нее были друзья и с более громкими фамилиями. К тому же Алина была не совсем со стороны. Отец ее — известный спортсмен, мама в прошлом журналистка.

— Ваша жизнь изменилась после женитьбы?

— Не очень... Мы были такими молодыми, 21 год каждому. Тусовались, в гости ходили. Жизнь изменилась, когда через два года родилась дочь. Это нас дисциплинировало и засунуло в определенные рамки. Мы очень хотели детей.

— Можете назвать себя главой семьи?

— У нас в семье — коллегиальность.

— С воспитанием проблем не возникает?

— Мы действовали и действуем одним фронтом. Сейчас, правда, когда я Сережу ругаю, он сразу бежит жаловаться маме, а она ему: “Уси-пуси, Сережечка, папа плохой…” (Смеется.)

— Балуете детей?

— В меру. Без этого невозможно. Надо и побаловать, и разрешить что-то лишнее. Сережа периодически выкидывает какие-то приколы, очень веселит нас по утрам. После того как я провожу дочку в школу, то мечтаю еще полчасика поспать. Но не тут-то было. Сережка встает сразу же, как я прихожу домой. А когда я ложусь, он зажигает свет, включает все свои музыкальные игрушки, электрическое пианино, механические машины, все звучит, поет, играет, стучит... А Сережа ездит по моему лицу машиной.

— У вас столько поклонниц... Вам, кстати, нравится нравиться женщинам?

— Нравится нравиться женщинам? Смешно... Конечно же, все в этом мире делается ради женщины. Это идет еще из каменного века…

— Как жена относится к вашим воздыхательницам?

— Очень ровно, разумно и с пониманием того, что это неотъемлемая часть профессии. Но, слава богу, меня не так уж достают поклонницы. Алина не ревнива. Иногда может пошутить на эту тему: “Где ты был, а кто это тебе звонил, а почему звонящие бросают трубки, это что, твои любовницы?!” Моя же ревность: “Ах!!! Где ты была с восьми до одиннадцати?!” — тоже прошла по молодости.

— Цитирую Алину: “Сашка эмоциональный, вспыльчивый…”

— Это есть, да…

— Посуду бьете?

— Посуду не бил, но себя увечил. Однажды так треснул кулаком о шершавую стену, что травма приличной оказалась. Должен же быть какой-то эмоциональный выход, а я не привык кидаться посудой.

— Говорят, как-то с женой кидались друг в друга кабачками…

— Да, это она в меня кидалась. Я ее довел, у нее не было больше никаких доводов, и она в меня кабачком швырнула. Попала. Сразу помирились после этого. Долго смеялись.

— Правда, что в вашем доме должны быть закрыты все крышечки, тюбики…

— Это да. Не люблю открытых дверей, разбросанной одежды. Это меня раздражает, потому что я такой аккуратист по натуре. А Алина, наоборот, другая. Я не знаю, что лучше в этой ситуации.

— Что это за история, когда вы приехали домой на лошади?

— Какие истории вы знаете!.. Да, как-то в буфете посидел с товарищами, потом думаю: пойду пешком, не поеду на машине. А на Пушкинской площади навстречу шла девушка с лошадью. “Хотите покататься?” — “Хочу!” — “А слабо одному на лошади?” — “Поехали!” И поехал домой. Алина тогда стояла на лестнице и высматривала: когда же появится ее благоверный, на машине приедет или как?.. Когда она увидела меня верхом на лошади, у нее был полный шок.

— Вы рокер в душе…

— Да, это так. Люблю эту музыку, этот стиль.

— Любовь к року сказывается на стиле одежды?

— Сейчас — перестала. А раньше я ходил только в кожаных куртках, кожаных штанах, весь в цепях, браслетах... В театре кто-то посмеивался. Все спрашивали: где мой мотоцикл?

— И что же? Никогда не возникало желание присоединиться к Дмитрию Певцову?

— Да… у Димки сначала был мотороллер, потом мотоцикл… Очень хочу присоединиться, но, боюсь, никогда не научусь. И потом, жена категорически против. Однажды я твердо решил: “Все, завтра иду покупать мотоцикл!” А накануне попросил друга Андрюшу прокатить меня кружочек, не зная, что раньше Андрюша никогда не ездил со вторым весом. Я сел сзади, а он газанул, как с собой одним! В общем, мы упали на глазах у Алины. Я тогда успел спрыгнуть, а вот друг сильно покалечился. Как выяснилось позже, мотоцикл проехал мне по ноге... Алина тогда, посмотрев на живопись эту прекрасную, сказала классическую женскую фразу: “Или я — или мотоцикл!”

— А Алина водит машину?

— Да. Причем она очень смешно водит. Она у меня женщина миниатюрная, а машина здоровая — старый американский джип. Когда она садится за руль громадины, то пять подушек себе подкладывает и только тогда с трудом достает до сцепления. За рулем Алину просто не видно. Все кругом удивляются, видя машину, которая без водителя едет.

— Что предпочитаете из блюд?

— Я вообще заядлый мясоед, а Алина очень здорово готовит мясо в разных видах. Потрясающе запекает тушеную баранину. Правда, в последнее время готовкой не очень меня балует. Помню, к ней однажды приехала подруга, с которой они давно не виделись. Алина тогда собрала всех своих девчонок-одноклассниц и сделала та-акой стол, такие вкусности, что я даже разозлился: “Что же ты меня-то так не кормишь?!”

— Вы азартный человек?

— У меня был страшный период, когда физически болел казино. Слава богу, нашел силы с этим справиться. Я не хочу об этом вспоминать — это самый черный период в моей жизни. Есть замечательный анекдот на эту тему. Выходят двое из казино — один голый, другой в трусах. И тот, который голый, говорит: “Знаешь, за что я тебя уважаю? За то, что ты умеешь вовремя остановиться”. Так вот, я тот, который голый...

— Курить никогда не пытались бросить?

— Все время пытаюсь... Помните знаменитую фразу Марка Твена: “Бросить курить? Да легче всего! Я делал это сто раз!” Кажется, можно бросить в любую секунду. Ничего подобного — затянет раз и навсегда. Не знаю, как с собой справиться, пока не получается. Алина, кстати, постоянно борется с моим курением. Нет, но я сделаю это когда-нибудь обязательно. Это же алогично: я гублю свое здоровье. Хотя есть люди, которые много курят и доживают до глубокой старости. У нас в институте была замечательная преподавательница танцев Ольга Всеволодская-Голушкевич. Такая дама из высшего света: невероятно красивая женщина в фамильных бриллиантах. До глубокой старости дожила (как она выражалась: “Я писала на коленки Маяковскому…”), куря при этом по две пачки папирос “Казбек” в день. Правда, кончилось тем, что ее носили на руках от машины до аудитории.

— Насколько я помню, вы хотите жить поближе к морю. Почему?

— Не люблю холод. А море такое свободное, оно прибавляет человеку ощущение внутренней свободы, внутреннего покоя. Море — это что-то волшебное.

— Последний вопрос. В чем секрет такого прочного союза в семьях Лазаревых? У вас как будто это в генах…

— Это семья... Во главе угла у нас всегда стоит семья, и ничто другое. Любовь — это же эфемерное понятие, самое прекрасное, легкое, светлое чувство на этой земле. А вот жить вместе, сберегать эту любовь — это уже работа, труд.

Но у нас все идет сравнительно гладко. Мы оба Тельцы и оба Козы, по году и по месяцу. И дочка — Телец. Пока у нас Серега не родился, наша семья называлась “стадо”. А Сережка у нас Лев. Поэтому сейчас и строит нас по законам природы...



    Партнеры