Куда пропадают москвичи

31 октября 2004 в 00:00, просмотров: 969

Ведь вот как бывает. Живет себе человек на свете: утром на работу, вечером с работы. Друзья у него есть, жена и детишки. А потом раз — и его не стало… Если у тебя умер кто-то близкий, это больно, но не страшно. Это горе, досада, печаль, растерянность, но не страх. Страшно, когда человек просто исчез. Бесследно. Когда не знаешь, рыдать тебе или злиться. Не знаешь ничего. Может, убили его, а может, живет себе припеваючи в каком-нибудь Урюпинске… Есть в милиции люди, работа которых — искать “потеряшек”. Взрослых и маленьких, богатых и бедных, хороших и плохих. Живых и мертвых.

Убийства, которых не было

В правоохранительных органах есть такое понятие — “неочевидное убийство”. Например, когда человек пропал и есть самые мрачные подозрения: убит. В этом случае прокуратура возбуждает уголовное дело по “мокрой” 105-й статье УК, и стражам порядка нужно искать. Правда, что искать и где — еще абсолютно не ясно. Потому что нет ни трупа, ни предполагаемых мотивов “убийства”, ни “душегубов”. И совсем не факт, что человека отправили на тот свет. По примерным подсчетам стражей порядка, из всех случаев пропажи людей лишь 50 процентов — это реальные убийства, 10 — это когда потерявшегося не представляется возможным найти. А возвращение пропавшего родственника домой живым, оказывается, не такая уж и редкость.

— Ни приказами милицейскими, ни инструкциями не предусмотрены специальные отделы, которые бы занимались убийствами в условиях неочевидности, — говорит мой собеседник, сотрудник СКМ УВД Южного округа Геннадий Соболь (он много лет расследует такие дела). — Подобные группы руководители отделов криминальной милиции создают на свое усмотрение, и у нас в Москве они есть только в двух-трех округах.

Работы у этих групп хватает, потому что испокон веков люди пропадали, пропадают и будут пропадать. У каждого такого “потеряшки” своя история. И хорошо, если со счастливым концом…

Охотники на самых маленьких

Самое жуткое — это если пропадают дети. И самое трогательное — если они находятся. Случаи, когда ребенка действительно похитили, слава Богу, редки. Но все же такое бывает.

“Нормальные” преступники редко трогают маленьких детей. Даже если убивают родителей. За последние годы в Москве было несколько инцидентов, когда из-за жилплощади преступники казнили чуть ли не всю родню, но маленьких детей оставляли в живых. Если не брать случаев, когда детей крадут, чтобы использовать как нищих, покуситься на малыша может или маньяк, или… родственник. Последний, правда, не убьет…

В конце мая в Задонском проезде произошло двойное убийство — неизвестный застрелил даму и ее пожилую мать. Кроме того, из квартиры пропал маленький мальчик, сынишка погибшей молодой женщины. Вскоре выяснилось, что ребенок похищен, а выкрал его… родной отец. Поссорившись с супругой, 24-летний Маджур, гражданин Афганистана, расправился и с ней, и с тещей, а сына решил увезти. Не получилось…

А вот еще похожий случай, правда, с относительно благополучным концом. Некая “беспечная” мамаша вскоре после развода с мужем попала в тюрьму за покушение на убийство. Ребенка ее отдали в интернат, а потом экс-супруг забрал его оттуда и увез в Грузию. Узнав об этом, дама заявила, что дитя похитили. Впрочем, к тому времени бывший муж уже восстановил отцовство через суд. На Кавказе ребенок пошел в школу, он был ухожен… Короче, в возбуждении уголовного дела матери отказали.

— Самые громкие похищения детей родственниками происходят в интернациональных семьях, — объясняет Геннадий Соболь. — Где мать — русская, христианка, а отец — мусульманин (например, с Кавказа или из арабской страны). Поскольку по законам ислама жена и дети — это как бы собственность мужа, тот считает, что имеет полное право забрать ребенка и увезти на родину. Где это подчас признают вполне законным…

Девочки чаще убегают из дома

Другое дело — когда дети уходят сами. В этом случае, даже если это не первый побег их чада, родные не менее безутешны, перебирая в голове самые ужасные варианты: ребенка похитили для переправки за границу, его убил маньяк, и т.д. и т.п.

Наверное, чего только не передумали многодетные родители из Бирюлева, обнаружив, что их пятилетний сынишка пропал. В тот день бабушка повела малыша (кроме него в семье было еще семеро ребятишек) на прогулку. Мальчик резвился на детской площадке недалеко от дома, а пенсионерка сидела рядом на лавочке. Неожиданно старушка вздремнула. Когда проснулась, внука уже не было. Нашли его только через несколько дней на одной из станций метро. Оказалось, что, пока бабушка спала, к ребенку подошли два малолетних балбеса (старше-то были всего года на два) и объявили: “Знаешь, мальчик, а твой дом взорвали. Так что теперь тебе негде жить. Пойдем с нами?” И тот пошел. “Фантазеры” оказались бродяжками. Они отвели нового друга в компанию таких же бездомных и научили попрошайничать. Все эти дни домашний мальчик ночевал в метро...

Когда его вернули родителям, он еще долго с восторгом рассказывал, как много зарабатывал денег.

По наблюдениям стражей порядка, бегут детишки как от родителей-алкоголиков, так и из весьма благообразных домов.

Из семей уходят чаще девочки. А вот из интернатов — мальчишки.

— Почему так? Видимо, в интернатах девочки умнее, — рассуждает Влад, сотрудник криминальной милиции ЮАО, специализирующийся на поиске детей. — Они понимают, что по достижении 18 лет им дадут квартиру. А в семьях причиной ухода дочери из дома чаще всего бывает любовь к парню… Вообще же главный повод для таких побегов — скандалы с родителями. Чаще всего убегать такие ребята начинают в переходном возрасте — 12—14 лет.

Есть еще одна категория несовершеннолетних “потеряшек” — неполноценные дети. Например, страдающие аутизмом. Они отходят от дома, а дорогу обратно вспомнить уже не могут. Но такой ребенок обычно надолго не пропадает. Рано или поздно он оказывается в милиции, после нескольких дней разбирательства и переезда из приюта в приют личность “подкидыша” устанавливают и его возвращают домой.

Из интернатов мальчики начинают убегать уже лет с десяти. В этом случае сиротка прибивается к бродягам и ночует на “трех вокзалах”, в подвалах, на чердаках. А весь день проводит на заправке или автомойке, где и трудится. Ну и, конечно, попрошайничество в людных местах (в частности, возле “Макдоналдсов”) — не менее популярный вид заработка у таких маленьких беглецов.

Побег более старших детей из приютов, по наблюдениям стражей порядка, бывает вовсе не таким невинным. Случается, что 17-летние воспитанники отправляются оттуда прямиком в московские гей-клубы. Там они быстро находят себе взрослых “друзей” и начинают зарабатывать на жизнь, торгуя собой.

“Вперед, за цыганской звездой кочевой”

— Взрослого ребенка искать в каком-то смысле легче, а в каком-то труднее, — замечает Соболь. — Легче — потому что у него уже есть определенный круг общения, привычки, образ жизни, которые могут дать нам зацепки. С другой стороны, дети помладше обычно под контролем, на виду, а более взрослым легко убежать и затеряться. А вот совсем маленького ребенка проще переправить за границу под чужими документами, выдав за своего. Если малыш просто ушел из дома, его не особо трудно отыскать.

У девчонок, которым “перевалило” за 14 лет, больше причин для побега из дома, но им еще и легче, чем ребятам, устроиться на новом месте. Найти работу, обзавестись второй половиной… Такую беглянку, даже если она из хорошей семьи, не особо волнует, что родители ее, возможно, уже похоронили…

В прошлом году в милицию прибежали папа и мама 16-летней девочки из Орехова-Борисова Южного. В дрожащих руках принесли записку, оставленную их пропавшей дочерью: “Меня не ищите, иначе и меня, и вас могут убить. Когда все утрясется, сама вам сообщу”. Из дома пропала одна тысяча долларов.

Прокуратура сразу возбудила уголовное дело по статье УК “Убийство”. По натуре эта девочка была довольно свободолюбивая, часто ссорилась с родителями, и такое ее исчезновение могло показаться просто капризом, если бы не это страшное послание.

Кстати, сразу после пропажи дочери родители кинулись к ней в школу.

— Вы что, не знаете? Она ведь два года как не ходит на занятия, — ответили там.

Уже потом папа и мама узнают, что их дочь давно бросила школу и все это время работала в фирме. А ведь по утрам, выходя из дома, говорила, что на уроки идет…

Между тем стражи порядка занялись поисками. Они сразу поняли, что пропавшая без вести скорее всего жива. Но версий прорабатывалось немало. Например, что она попала в сексуальное рабство. Случаются в Москве такие вещи (правда, обычно с иногородними) — девчонку нанимают в проститутки, а потом насильно удерживают в какой-нибудь квартире, заставляя работать на сутенера бесплатно. Якобы отрабатывая штрафы, поводом для которых может быть любая провинность.

А потом вдруг пошел слух, что пропавшая девочка связалась с цыганами. Бродит с табором по Тверской губернии и даже вышла замуж за цыганского барона…

А ведь на самом деле все оказалось намного прозаичнее. Через год дочь вернулась сама — да еще с мужем и грудным ребенком. Объяснила, что хотела свободы.

Как выяснилось, сначала юная барышня безмятежно жила в съемной квартире на севере Москвы. Через месяц все родительские деньги кончились, и она уехала в Тверь. Там нашла себе парня и вскоре от него забеременела. Когда “молодые” впали в нужду, новоиспеченный супруг сам предложил девчонке поехать в столицу к ее родным.

— А ведь как родители переживали — это не передать, — вспоминает Геннадий, — чуть ли не до седин…

“Шахидка” из торговой палатки

Еще более необычная история произошла в этом году с 14-летней Викой Н-вой. Когда вскоре после смерти матери девочка вдруг исчезла, ее отец, отставной офицер, поднял на ноги весь город. Он заявил, что его дочь завербовали в лагерь для подготовки террористок, и история эта наделала немало шума в прессе. В качестве доказательства своей страшной версии отец приводил тот факт, что незадолго до исчезновения девочка серьезно увлекалась мусульманством. Учила арабский язык, посещала мечеть на проспекте Мира и даже стала одеваться по-восточному — длинные бесформенные юбки, на голове — платок. Еще отчаявшийся родитель вспоминал о некоем загадочном знакомом Вики — якобы южанине (не иначе как вербовщике!), который, мол, специально привязал к себе девочку, а потом подбил уехать с ним на Кавказ.

Вика пропала весной этого года, а совсем недавно нашлась. Все предположения оказались не более чем плодом воображения убитого горем отца-одиночки…

Юную девицу задержали воронежские милиционеры. Ее “шахидский” вид действительно вызвал подозрения. Но когда та предъявила им московский паспорт, выяснить личность Вики не составило труда. Тем более что она уже давно числилась в федеральном розыске.

Оказывается, Вика просто решила пожить самостоятельно. Никакого друга-террориста не было с ней и в помине. Уехала на юг России. Там устроилась работать продавцом в палатку за сто рублей в день. Хозяев не смутил ни юный возраст девочки, ни ее московская прописка. Сначала Вика жила в гостинице, а потом стала снимать квартиру. Потом переехала в другой город. По словам самой девочки, какое-то время она даже жила в Подмосковье.

— Вика знает несколько языков, очень толковая, сообразительная, — вспоминают о ней стражи порядка.

Действительно, ее фразы очень четкие, грамотные и логичные. На вопрос сотрудников милиции и прокуратуры, что ее подвигло оставить отца, девочка тихо ответила:

— Просто у нас не сложились отношения.

— Какой бы ни был, но он все-таки отец, — заметила на это следователь прокуратуры.

— Я боюсь его, — уверенно ответила Вика…

А между тем “страшный знакомый”, которого отец девочки записал в вербовщики, оказался абсолютно безобидным товарищем. По словам Вики (она называет его “учитель”), он держит интернет-сайт, где учит молодежь писать стихи и рассказы. Она даже процитировала милиционерам написанное после такого обучения четверостишие: “Я не забуду тебя никогда. Пусть жизнь свою я проведу одна. Но буду я любить тебя всегда. И буду я всегда тебе верна”. На стихи будущей террористки-смертницы совсем не похоже…

Решено, что пока Вика будет жить не с отцом, а у бабушки в Подмосковье. Сейчас в ее планах — окончить школу экстерном…

Впрочем, причиной исчезновения подростка может быть все что угодно. Недавно, например, родители потеряли 16-летнего мальчика и никак не могли взять в толк, что могло с ним произойти: тот сел в отцовскую машину и уехал в неизвестном направлении. И не вернулся. Папа и мама даже к ясновидящим бегали… А через месяц парнишка вернулся сам. Оказывается, он поехал с друзьями в Подмосковье и там разбил автомобиль. Подросток серьезно пострадал, его положили в местную больницу. Но сообщать родителям об этом он не стал — побоялся, что заругают из-за машины… Показаться им на глаза решился, только когда выписался из больницы.

— Как реагируют родители на подобные возвращения детей? Конечно же, первая реакция — это радость, что нашелся, — объясняют милиционеры.

Потерявшиеся алкоголики — сущие дети

Когда пропадают взрослые — это отдельный разговор. Вариантов тут много, но самые первые кандидаты стать пропавшими без вести — это, конечно, одинокие хозяева московских квартир. Алкоголики, инвалиды и пенсионеры. Причем и тут хватает курьезов. Иногда, например, “похищенные” сами не хотят, чтобы их нашли.

Однажды такого пенсионера, имеющего аж две квартиры, предприимчивые злодеи увезли во Владимирскую область. Забрали всю одежду (чтоб не убежал) и посадили в сарай. А сами продали одну его жилплощадь и уже принялись за другую. Но пленник все же сумел бежать и добрался до Москвы. Здесь он решил схорониться у родственников. Впрочем, вскоре пошел на улицу, связался с компанией выпивох и… снова пропал. На этот раз бесследно.

В другом случае владельца квартиры, алкоголика, обхаживали на предмет завещания сразу с двух сторон. С одной — супруга, которая в течение пяти лет терпеливо кормила его и обстирывала, все чаще и чаще намекая, чтобы оставил квартиру ей. С другой — некие мошенники. И тоже вполне мирно: пообещали пьянице, что в обмен на квартиру поставят его на правильный путь и дадут лучшую жизнь. И действительно: привезли в подмосковный Чехов и устроили на работу — строить какие-то хибары. Помимо него в “коммуне” трудилось море таких же облапошенных, свезенных туда со всей Москвы. Так вот, когда милиция нашла наконец бедолагу и собралась отвезти домой, тот… категорически отказался:

— А мне здесь нравится! Я действительно получил лучшую жизнь: работаю, мне платят три тысячи рублей в месяц…

Заводите досье на всех знакомых

Если ваш ребенок или просто близкий пропал, стражи порядка советуют немедленно обращаться в милицию. Особенно когда есть тревожные звоночки: такое исчезновение никак не вписывается в образ жизни и характер родственника, раньше он никогда не уходил надолго из дома. Домочадцам нужно взять за правило следующее: уезжая куда-либо, необходимо обязательно сообщить родным всю информацию о месте встречи и тех, к кому ты едешь. Это касается и детей, и взрослых.

Именно такая осмотрительность жертвы помогла оперативникам раскрыть убийство москвича, погибшего от рук приятеля-кредитора. Парня это не спасло, но мать по крайней мере смогла его похоронить, а убийца теперь пойман. Тогда, уезжая на встречу со своим палачом, молодой человек предчувствовал гибель и сказал:

— Мама, я еду на разборки с этим человеком. Вот его данные и телефоны, вот номер его машины, а вот имена и телефоны его телохранителей…

Произошло же следующее. Молодой человек задолжал своему другу большую сумму денег, а тот, в свою очередь, не мог из-за этого расплатиться с наседавшей на него братвой. Кредитор объяснял браткам, что его самого накололи, а те “благодушно” отвечали: “Тогда поступи по понятиям: раз он тебя кинул — завали его”.

И приятель решился. Повез должника в подмосковный лес — мол, знакомые молдаване привезли ему дешевой “травки” и нужно помочь забрать ее из тайника и перевезти в Москву. Там и застрелил, похоронив в уже заранее выкопанной яме…

Есть ли у случаев с пропавшими без вести какие-то общие закономерности? И вообще, каким образом милиционеры находят “потеряшек”? Однозначного ответа нет. По словам стражей порядка, каждая ситуация неповторима, как неповторим отдельно взятый человек, и в расследовании таких дел всякий раз нужен индивидуальный подход… На самом деле лучше нам об этом не знать — лучше просто не теряться.




    Партнеры