Книжный червь

4 мая 2007 в 14:07, просмотров: 214

Пол Хенди
Дневник заштатной звезды
“Первым по программе шел мужчина, собиравшийся подбросить в воздух 150 картонных подставок для пивных стаканов, а потом поймать их все одним ловким движением. Второй тип намеревался проглотить двадцать пирогов с мясом и почками менее чем за две минуты. А третьей шла женщина, утверждавшая, что у нее самые длинные в мире ногти на ногах. Моей задачей было их измерить”.
Так там, в свете софитов, зарождается, вспыхивает и проходит слава мирская. Счет идет на миллионы. Миллионы пар зрительских глаз. Сколько их будет? Пять? Восемнадцать? Тридцать? А сегодня что для славы сделал я? Залез ли в джакузи, чтобы сделать интервью со звездой? Подрался ли в прямом эфире? Признался ли во всеуслышание в громком отцовстве?
Год из жизни, полной борьбы за человеческое внимание. Саймон Питерс — статист шоу-бизнеса. Но пребывающий в полной уверенности, что он-то и является главным двигателем эстрадно-телевизионного прогресса. Чем не повод для искрометной сатиры. Хоть и про все уже вроде отшучено в мире артистической закулисы. Но как же уморительно он по новой и по новой спотыкается и набивает себе шишки. Крутится белкой в колесе, пытаясь выкроить свою звездную минуту длиною в жизнь. Как по-чаплински, с упоением топчется на одних и тех же граблях. Попадает в потешные ситуации. Пустячок, а приятно. Есть на чем отвести душу. Кажется, по-нынешнему это именуется “улыбнуло”.
Питер Кэри
Кража
Последний роман солнца литературы Страны кенгуру. И опять расплескались необъятные океаны внутренних миров потомков вольных европейцев, настолько вольных, что Европа когда-то с облегчением отправила их под конвоем с глаз долой. Здоровые парни, любители реслинга, крепкого словца и проблем с полицией, старательно декадентствуют, расковыривая заскорузлыми пальцами проблемы души. Один вроде как выдающийся австралийский художник с неожиданным прозвищем Мясник.
Но это дела родовые. Тамошняя австралийская этнография, к которой завсегда так склонен Кэри. Недавно с шумом разводился. Суд отобрал у него все: и сына, и имущество, и какую-то там “картину”. Так вырисовывается с его слов. Теперь он живет с братом. Тот, кажется, сильно не в себе. По крайней мере повадки у него “вомбатьи”, и запрещено ему иметь дело со “смертельным оружием”, сиречь колюще-режущими бытовыми предметами.
И устраивают нам братья свидетельскую распасовку, излагая некоторое количество точек зрения на живопись Мясника, на взаимоотношения их с окружающими лицами. На снование полиции вокруг них. Всплывает история с какими-то ограблениями. Сломанные пальцы, украденные картины и спекуляция удобрениями. Форменная очная ставка. И братья с треском ее проваливают. Показания-то не сходятся. Наговорили все с три короба. И об искусстве. И о женщинах. О родственных узах. И о загадочной австралийской душе. А о чем это они? Так о жизни ж и о любви.
 Алексей Иванов
Message: Чусовая
Наверное, эта книга могла бы послужить эталоном своего жанра. Вообще-то краеведческие штудии в нашей стране — достаточно распространенное явление. Но образец, созданный знаменитым пермяком, и на этом фоне весьма значителен. Используя его, можно хоть сразу в путь.
По уральской реке Чусовой. По местам, где правит Хозяйка Медной горы, а Данило-мастер ищет каменный цветок. Мимо речных “бойцов”, некоторые из которых и сейчас представляют опасность для туристов, а иные остались лишь именем на карте.
Весь мир югорско-русской земли со времен не то “тиссагетов”, не то “фиссаитов”, народов древности, засвидетельствованных для грядущего просвещенного человечества древнегреческими авторами геродотовых времен. До нынешнего полуэфемерного существования. Где-то между должностью резервуара для стоков промышленных отходов и в.и.о. туристического рая.
Тут и “вогульские демоны”, послужившие прототипами героев бажовских сказов. И создатели “горнозаводской державы” Строгановы, Демидовы, Ширяевы. Одной рукой злые душегубы, другой — предприниматели и “проводники цивилизации”. И лихие люди, немало погулявшие вольницей наследники древних ушкуйников. Многие ставшие легендарными в народе атаманы. Ермак Тимофеевич. Или Золотой Атаман Рыжанко, убивший Ефима Ширяева, заводчика зело лютого, беспредел коим чинимый “срамно не только рещи, но и помыслити”. И через “войну бронепоездов” к делам нашим грешным.



    Партнеры