Геракл спускается в ад

Виктор Геращенко: “Меня убедили, что “прокукарекать” нужно пораньше”

5 июня 2007 в 20:30, просмотров: 675

  Несмотря на то что Народно-демократический союз на днях выдвинул в президенты Михаила Касьянова, безоговорочной поддержки среди оппозиции он так и не получил. У “Другой России” есть и иные потенциальные кандидаты. О готовности “идти на Кремль” заявил Виктор Геращенко.
     Впрочем, сразу после того как прозвучало это заявление, Виктор Владимирович получил оппозицию в лице своих домашних. Супруга г-на Геращенко, услышав, как заявление мужа транслируется по радио, немедленно позвонила ему и сделала выговор.
     О домашних баталиях и перспективе выдвижения единого кандидата от оппозиции Виктор ГЕРАЩЕНКО рассказал в интервью “МК”.

     
     — Жена уже перестала вас пилить за желание участвовать в президентских выборах?
     — Она не то чтобы перестала меня пилить совсем. Но пилит более нежно, поскольку другие люди говорят, что в моем возможном выдвижении есть и плюсы, и минусы.
     — Когда супруга ругала вас за готовность стать кандидатом от оппозиции, ее речь была такой же пламенной, как ваше знаменитое матерное интервью “Эху Москвы” в прошлом году?
     — Моя жена — человек более сдержанный. А что касается того интервью… Я пришел злой после встречи с членом совета директоров ЮКОСа академиком Конторовичем, который рассказывал, как все плохо делается в нашей геологоразведке. Ну и вот... Но я только три слова сказал неправильных. («Сп..ли, б...ди», — например. Н.Г.) А слово “жопа” (оно встречалось в речи г-на Геращенко чаще других. — Н.Г.) — оно нормальное. Раз жопа есть, то и слово есть.
     — В семье хоть кто-нибудь поддерживает ваше выдвижение в президенты?
     — Жена говорит: “Ты не считаешь, что твоим даже не детям — они взрослые, — а внукам будут создавать проблемы?” Те внуки, которые мою фамилию носят, как раз учатся в школе. Но я не думаю, что власть уж настолько глупа, чтобы поступать подобным образом. А дети говорят другое: “Зачем тебе это надо? Тебя же будут “поливать”. Да, я понимаю. Мне уже Хакамада сказала: “В прошлый раз меня “поливали” как хотели, а теперь тебе достанется”. Но меня это не пугает.
     — И все-таки против вас наверняка начнут копать. Что-то найдут?
     — Искать у меня нечего. Но, знаете, была такая песня у Высоцкого: “Я б в Москве уран нашел при такой повышенной зарплате”. Всегда можно вбросить какую-нибудь информацию. Как в старом анекдоте: когда выбирали старосту в кибуце, кто-то заявил: “Абрама избирать нельзя, потому что у него дочь проститутка”. И пока Абрам дорвался до микрофона, чтобы сказать, что у него и дочери-то нет, его кандидатуру заблокировали. Или вспомните Марка Твена — рассказ “Как я избирался губернатором”: “Когда разноцветные дети стали кричать: “Папа, папа!”, я понял, что был не прав”. Кто знает, может, в Кремле тоже Твена читали?

«Я же не слепой, не Ванга болгарская»

     — Я вижу, вы уже готовы “к труду и обороне”. А почему вы вообще изъявили желание баллотироваться?
     — Первым человеком, который заговорил со мной о возможном выдвижении, был Каспаров. Я думал месяца четыре. И что хочу сказать: когда смотришь вокруг и понимаешь, что можно сделать лучше… Просто противно видеть, что эти товарищи творят… Я же не слепой человек, не Ванга болгарская. Я прекрасно вижу, что происходит в экономике, в политике.
     — Вы же никогда до этого не были в оппозиции власти. Более того, когда на прошлых президентских выборах вас выдвинула кандидатом Партия российских регионов — одна из трех, входивших в блок “Родина”, — это было сделано по просьбе Кремля.
     — Я не был в явной оппозиции власти, но всегда высказывал собственное мнение. Просто не лез с ним в прессу, поскольку считал, что договариваться о наиболее разумных вещах нужно внутри власти... Меня и в думских выборах позвали участвовать по рекомендации из Кремля. Сначала была идея пригласить Николая Ивановича Рыжкова. Но он не захотел, сказав, что блок “Родина” будет отнимать голоса у КПРФ. А Рыжков все-таки в свое время был членом Политбюро. А я подумал: почему бы и не пойти в Думу?..
     А по поводу тогдашних выборов президента… Кремль попросил, чтобы меня выдвинули, потому что им нужна была какая-то солидная публика среди кандидатов. Дескать, что же — Путин с боксером будет бороться? (Имеется в виду экс-кандидат в президенты от ЛДПР Олег Малышкин. — Н.Г.) А потом подумали и решили: а на кой хрен им мое выдвижение нужно?
     — То есть как?
     — Дело в том, что я ходил туда, “за стенку”, разговаривал с одним из ближайших помощников Путина, с Козаком — он тогда еще в Кремле трудился. Пришел и говорю, что придется мне “потоптать” экономическую политику государства. Козак говорит: “Ну, это мы еще посмотрим”. Я спрашиваю: “Как это? Вы меня просите участвовать в выборах, и я что, еще должен и тезисы ваши озвучивать?!” Ну а потом в Кремле решили, что мне не надо участвовать (ЦИК отказался зарегистрировать г-на Геращенко кандидатом. — Н.Г.).

 «Никогда не крещусь, но верю»

     — Сейчас вы говорите, что оппозиция должна выдвинуть единого кандидата в президенты. Какую конкретно оппозицию вы имеете в виду?
     — Если будут выставлены несколько кандидатов от оппозиционных партий: КПРФ, “Яблока”, СПС, “Великой России”, то шансов набрать какое-либо приемлемое количество голосов у оппозиции нет. Поэтому вся она должна объединиться.
     — И вы верите в то, что это может произойти?
     — Я не крещеный и никогда не крещусь, но верю. Я вообще по натуре оптимист.
     — Какие-то переговоры между “Другой Россией” и оппозиционными партиями имеют место?
     — С “Яблоком” — нет. Явлинский же выступил недавно: мол, кто бы ни был следующим президентом, это все равно будет Владимир Владимирович Путин — пусть даже не физически. Но я, например, не понимаю: если ты политический деятель, то почему делаешь такие заявления?! Тогда на кой черт твоя партия нужна?! Тем более там уже ни Лукина, ни Болдырева нет. Осталось одно “Я”. Нет ни “Б”, ни “Л”.
     А переговоры относительно единого кандидата идут с КПРФ и, по-моему, с СПС. Но я в этих контактах не участвую, потому что переговоры идут не по поводу меня лично, а в целом относительно выдвижения единой кандидатуры. Я ведь уже говорил, что готов отказаться от участия в кампании, если будет выбран другой, более перспективный и проходной человек. Представители СПС — если не ошибаюсь, это был Белых — заявили, что выдвижение единого кандидата возможно. Но нужно провести праймериз. С КПРФ более сложная ситуация. Их так называемая old guard (старая гвардия. — Н.Г.) на президентских выборах выдвигаться не хочет. Но в партии достаточно молодых людей, которых можно выдвинуть.

«Партбилет я не сжигал и не выбрасывал»

     — Думаете, Зюганов сам не будет баллотироваться в президенты?
     — В КПРФ есть люди, с которыми я давно в хорошем контакте. И они говорят, что там пока все неизвестно (относительно выдвижения Зюганова. — Н.Г.). Но old guard вроде бы не против моей кандидатуры. Однако вся проблема в том, что у нас думские и президентские выборы практически не разнесены по времени. А КПРФ, как и все остальные зарегистрированные партии, хочет пройти в Думу и получить там как можно больше мест. Вот по этой причине коалиция может не сложиться — пообещают оппозиционным партиям прохождение в Думу или нет. Или же они смогут сказать: “Спасибо большое, в Думе мы будем вести себя хорошо, но сейчас идут выборы президента. И поскольку выдвигается не Владимир Владимирович, то мы хотим немножко отойти от обещаний”. Смогут они так сказать?
     — Сомневаюсь. Тем более что Владимир Владимирович к тому времени никуда не денется. И даже после выборов — во всяком случае в первое время — он будет влиять на политические процессы.
     — Через “ребят с нашего двора”? Через десять тысяч ленинградцев, которых привезли в Москву?
     — Да хотя бы. Кроме того, что палки в колеса оппозиционеров будет вставлять Кремль, они и сами не смогут достичь консенсуса. Те же демократы не в состоянии договориться между собой, а вы хотите, чтобы они нашли общий язык с коммунистами…
     — Ну и печально! Тогда перестаньте болтать, называть себя оппозиционерами и занимать эфирное время! Занимайтесь своими делами на грядках, читайте лекции по истории развития парламентаризма в Англии, пишите диссертации. Что вы лезете?!
     — Помимо субъективных причин, по которым объединение невозможно, есть и объективные. В частности, идеологические разногласия. Вот у вас, например, что общего с коммунистами?
     — Я был членом КПСС с 63-го года. И даже — в течение года — членом ЦК.
     — И были убежденным коммунистом?
     — Я был убежденный коммунист, так же как и вся страна убежденно строила коммунизм. (Смеется.) Я из партии не выходил, просто ее запретили. Партбилет я не сжигал и не выбрасывал. Он до сих пор у меня дома лежит.
     — Тем не менее, когда компартия “возродилась”, вы туда не вступили. Так какие у вас политические убеждения?
     — Я центрист. С левыми убеждениями — демократическими и либеральными. До определенного предела.
     — Тогда вам прямой путь в “Единую Россию”! Они себе примерно такие же витиеватые характеристики дают.
     — Я не знаю, что они там себе дают. И вообще не уверен, есть ли у них какая-то идеология.
     — А какую идеологию, по-вашему, должен исповедовать единый кандидат? На какого избирателя рассчитывать?
     — Все зависит от программы и наличия других кандидатов. Будет их много или немного.
     — То есть если единого кандидата поддерживают коммунисты, то программа должна быть с левым уклоном, а если не поддерживают, то с правым?
     — Что значит левый — не левый уклон? Мы же не собираемся строить СССР. А то что в программе единого кандидата должна быть социальная направленность — это само собой. Нельзя плевать на население, если мы хотим, чтобы оно в чем-то участвовало. Это, знаете, моя мать в 44-м году не пошла на выборы. Прибегает агитатор: “Почему не идете голосовать?” А дело в том, что мы жили на пятом этаже и на крыше скопилось много снега. Мать несколько раз просила коммунальщиков: “Скиньте снег, а то потечет”. Те: “Да-да-да” — и ничего не делали. Вот поэтому она на выборы не пошла и агитатору причину объяснила. Так он сам убрал! И мать проголосовала.

«Оппозиция — лилипуты»

     — Если оппозиционные партии откажутся объединяться, тогда единственной силой, которая сможет делегировать вас на выборы, станет внесистемная оппозиция в лице “Другой России”. Но у “другороссов” уже сейчас несколько кандидатов: Касьянов, вы, называют также экс-депутата питерского Закса Гуляева. Вам не смешно, что карликовая оппозиция наплодила столько кандидатов? Этак, образно выражаясь, можно и до мышей дойти.
     — Можно, да. Эта ситуация показывает размер и силу оппозиции. Они — лилипуты.
     — Что ж вы с лилипутами-то связались?
     — А нет у нас других! (Смеется.) И не только в оппозиции, а вообще. Возьмите партию власти — вроде большая, представительная. По идее, там должны идти нормальные дискуссии по тем или иным важным вопросам. Вот, например, замена Знамени Победы. Очень важный вопрос. Но как же вы все обосрались! Что, президент был не в курсе, какой Дума принимает закон? Он что, вовремя не мог сказать: “Вы очумели, что ли? Я что, потом должен закон отклонять?!” Для кого все это шоу делалось? Это говорит о том, что мозгов не хватает!
     — Ну зачем вы так? “ЕдРо” закон приняла, а Миронов, например, выступил против. И в итоге оказался в шоколаде, когда Путин документ отклонил.
     — А единороссы зачем себе горшок на голову надели?
     — Год назад, говоря об истории с ЮКОСом, вы заявили: “В Юго-Восточной Азии есть растение дуриан. Если его разрезать, то сначала впечатление — пахнет детским говном. А если принюхаться — пахнет джунглями”. Так вот, от возни, которая происходит в “Другой России” вокруг единого кандидата, тоже пахнет отнюдь не джунглями. Пардон.
     — Правильно. Значит, вопрос в чем: мы что нюхаем-то? У нас есть принципиальное желание определенных демократических изменений в стране или мы просто играем в политические игры?
     — Вы утверждаете, что первым, кто предложил вам выдвинуться в президенты, стал Каспаров. Но в таком случае выходит, что его чем-то не устраивает Касьянов. Чем?
     — Как иногда отвечают, maybe I’m very stupid, but I don`t know (“Может, я очень глупый, но я не знаю”. — Н.Г.). Вы не подумайте, что я по-английски говорю потому, что выкобениваюсь. Мне так удобнее...
     Тут есть свои разногласия и мнения, кто более проходной. Мы встречались с Касьяновым, говорили о моем возможном участии в выборах и решили, что подножек друг другу ставить не будем. А там — как решат, кого выдвигать, так и будет. Кстати, вполне возможно, что Касьянов и с Гуляевым встречался, который, между прочим, сначала утверждал, что ни в коем случае не будет выдвигаться, а сейчас говорит: “Я готов”.
     — Но Гуляев, в отличие от вас, публично не озвучивал свое желание. А почему это сделали вы?
     — Меня убедили, да я и сам склонялся к такому мнению, что “прокукарекать” нужно пораньше. Сказать, что шансы на успех могут быть только у одного кандидата от оппозиции. Чтобы обсуждение прошло до начала предвыборных съездов.

«Путин устал — вижу по лицу»

     — Какие у вас претензии к Путину как к главе государства?
     — Мне просто его жалко. Он устал — вижу по лицу.
     — Это и есть ваша претензия? Ее вы и озвучите, если выйдете в эфир в качестве кандидата в президенты?
     — Вот когда я выйду в эфир — если вообще выйду, — тогда и буду говорить.
     — А что мешает сказать сейчас?
     — Зачем говорить раньше времени? А потом мне скажут: “Ну что ты наболтал? Мы не можем таких вещей допускать в нашей объединенной оппозиции”.
     — Тогда, может, выскажетесь по другому вопросу: сколько, на ваш взгляд, будет кандидатов Кремля — один или двое?
     — Все зависит от позиции Путина. Думаю, что поощрение с его стороны создания “Справедливой России”, возможно, говорит о том, что президент хотел бы видеть в России две конкурирующие между собой партии власти. Каждая из которых выдвинула бы своего кандидата в президенты. А Путин был бы вроде ни при чем.
     — То есть вы полагаете, что Путин не будет называть фамилию “преемника”?
     — Я не знаю, как он поступит.
     — И последний вопрос…
     — Последней бывает только у попа жена.
     — Я запомню. Так вот — может ли, по-вашему, на выборах выскочить какой-нибудь “чертик из табакерки”? Я имею в виду, что “преемником” в итоге окажется не Медведев и не Иванов?
     — Есть такая вероятность. Был разговор про Фрадкова, который, став президентом, через пару лет будто бы уйдет по состоянию здоровья, и объявят новые выборы. Или — тут на днях кто-то сказал, что будет Сердюков (министр обороны. — Н.Г.).
     — Сердюков? Ну, это вряд ли — про него рассказывают, что он очень плохо говорит.
     — Он не говорит плохо. У него просто предыдущая работа такая была (Сердюков когда-то занимался мебельным бизнесом. — Н.Г.). Ну, что он там говорил: “Нет гарнитуров! Закончились”… Шучу, конечно.
     
     СПРАВК "МК"
     Виктор Владимирович Геращенко. Родился в 1937 г. в Ленинграде. Профессор, доктор экономических наук. Награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени. После Московского финансового института работал в Госбанке СССР, Внешторгбанке, отделениях советских банков за границей (Лондон, Ливан, ФРГ, Сингапур)... В 1991-м — глава Госбанка СССР, затем возглавлял Центробанк России (в 2002-м досрочно отправлен в отставку). В 2003-м стал депутатом Госдумы от блока “Родина”. В 2004-м был выдвинут Партией российских регионов в президенты (ЦИК отказал в регистрации). Ушел из Думы в связи с тем, что возглавил совет директоров ЮКОСа.

 



Партнеры