Алексеева может вернуться в президентский совет по правам человека, прихватив с собой Шевчука

Правозащитники ищут компромисс с Кремлем

25 июня 2012 в 15:51, просмотров: 30560

Президентский совет по правам человека рассыпается на глазах. После инаугурации Путина о выходе из него заявили 13 человек. Глава совета Михаил Федотов назначил довыборы, но Администрация Президента предложила такую схему этой процедуры, что заявления об уходе подали еще трое: Людмила Алексеева, Валентин Гефтер и Борис Пустынцев. Сейчас в совете 24 человека, если выйдут еще четверо (а устно заявили о готовности уйти еще несколько членов) — не станет кворума, и он фактически прекратит свое существование.

Алексеева может вернуться в президентский совет по правам человека, прихватив с собой Шевчука
Рисунок Алексея Меринова

Члены президентского совета по правам человека обиделись на своего президента и стали дружно разбегаться. Парадоксален не факт обиды, а то, на что они обиделись и как себя вели. Первые беглецы сообщили о том, что обижены на рокировку в тандеме. Путин и Медведев поменялись местами, не спросив их совета. Но почему тогда они заявили о выходе из совета не в октябре прошлого года, а в мае этого? Почему не говорили, что они против рокировки?

Следующие обиженные появились, когда президент подписал поправки в Закон о митингах вопреки их негативному заключению. Тут все вроде бы понятно. Однако вместо того, чтобы бежать, можно было занять сильную позицию — продолжать апеллировать к Путину и требовать пересмотра закона.

Но самая парадоксальная — третья обида. Раньше совет формировался кулуарно, принципы выдвижения кандидатур знали только члены совета. Правда, президент мог любую кандидатуру отклонить. На минувшей неделе Вячеслав Володин предложил новый принцип: любая общественная организация может делегировать кандидата в совет. Составляется список кандидатов. А потом идет открытое голосование в Интернете, его победители предъявляются президенту на утверждение. Правозащитников, которые, казалось бы, должны быть за гласность и выборность, открытая процедура формирования совета шокировала.

Есть ли выход из ситуации? Об этом «МК» спросил у Михаила Федотова — мы созвонились как раз после очередного совещания c кремлевскими чиновниками, на котором он присутствовал.

— Михаил Александрович, члены совета демаршем ответили на предложение Вячеслава Володина выбирать соратников через Интернет. Была ли ответная реакция из Кремля?

— Этот вопрос мы с Володиным не обсуждали. Но в понедельник мы провели переговоры с руководством управления внутренней политики. В этих переговорах приняли участие некоторые члены совета. Мы пришли к выводу, что имело место определенное взаимное непонимание. Мы договорились, что через день встретимся еще раз и обсудим изменения в порядке ротации членов совета. А в следующий понедельник проведем заседание совета, на котором обсудим полученные результаты.

— Будете искать какой-то компромиссный вариант формирования совета?

— Да. Мы поняли, что в данном случае мы можем не ухудшить работу, а улучшить ее, укрепить эффективность, независимость и легитимность совета.

— Как вы себе представляете компромиссный вариант?

— Кандидатуры в совет президенту по-прежнему буду представлять я, как председатель. Но мы договорились, что, как предлагал Володин, проведем консультации с широким кругом общественности, дадим возможность выдвигать кандидатов большому кругу организаций. Таким образом, мы, с одной стороны, расширим базу совета, с другой — оставим за собой право предотвращать попадание в него людей непрофессиональных и чуждых.

— Я правильно понял, что голосование в Интернете все-таки будет, но у членов совета останется право браковать чемпионов сетевой аудитории?

— Пока трудно говорить о том, как это будет организовано, но ясно одно: порядок формирования совета будет представлять из себя консенсусное решение. Я думаю, что интернет-голосование проведем, но его значение не станет решающим. Поскольку речь идет не о выборах, а о консультациях. Выборы в этот совет в любом случае остаются за президентом. В этом процессе есть только один избиратель — президент.

— Этот консенсус позволит вернуть в совет Людмилу Алексееву и других «беженцев»?

— Я надеюсь, что да. Заявление Алексеевой по сути содержало условие ее возвращения в совет.

— Письменное заявление о выходе от нее есть?

— Да, оно висит на сайте, как и заявления остальных. Я надеюсь, что они эти заявления отзовут. По крайней мере, мои консультации с ними показывают, что такой вариант возможен.

— Перед встречей с Володиным, которая обернулась скандалом, у вас был практически готов список претендентов в совет. Кто в него входил?

— Я не думаю, что об этом списке нужно говорить в прошедшем времени. Полагаю, что те кандидаты, которые там фигурируют, которые были выдвинуты и обсуждены советом, сохранятся в окончательном списке.

— И все-таки откройте тайну: Юрий Шевчук был в этом списке?

— Нет и никогда не было. Хотя теперь он может появиться. Теперь его кандидатуру кто-то может внести.

— А Ольга Романова?

— Она была в этом списке, но члены совета высказали по поводу ее кандидатуры некоторые возражения.

— А кто в нем был?

— Валерий Борщев — глава общественной наблюдательной комиссии города Москвы, Игорь Каляпин из Нижнего Новгорода (Комитет против пыток), Александр Верховский (занимается межнациональными отношениями и возглавляет центр «Сова»)...

— Алексеева в пятницу сказала, что работать в путинских структурах стало непрестижно. А почему?

— Это надо спрашивать у Людмилы Михайловны.

— Вы не жалеете, что взялись руководить этим советом?

— Что взялся — не жалею. Потому что за полтора года очень многое удалось сделать. И самое главное — совершенно замечательный сформировался коллектив. Просто потрясающий! И я очень жалею, что из этого коллектива ушло 13 человек, но хотелось бы, чтобы на этом все остановилось, остальные сохранились бы в совете.

— Ситуации, когда не станет кворума, вы не допустите?

— Постараюсь не допустить. У нас появились основания надеяться на то, что развала совета не произойдет.




Партнеры