mk.ru : Московский комсомолец

Юрист Сергей Магнитский скончался в ноябре 2009 года после 358 дней заключения под стражей в московском СИЗО. Это резонансное дело привлекло внимание международной общественности в связи с грубыми нарушениями прав человека и коррупцией в России. И только спустя почти два года оно вроде бы всерьез заинтересовало наше правосудие. Да и то потому, что сам президент дал команду разобраться в этой темной истории. И главное — потому что на Запад больше не пускают несколько сот чиновников, прямо или косвенно причастных к этому делу.

— Возбуждено уголовное дело в отношении Ларисы Литвиновой, которая была лечащим врачом Магнитского, и ее непосредственного начальника, бывшего заместителя руководителя СИЗО Дмитрия Кратова, — говорят в СК. — Литвинова обвиняется по части 2 статьи 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей). Кратов подозревается в преступлении, предусмотренном частью 2 статьи 293 УК РФ (халатность, повлекшая по неосторожности смерть человека).

А еще в СК уверяют, что работа по установлению всех обстоятельств смерти Магнитского продолжается. И не исключено, что к уголовной ответственности будут привлечены и другие должностные лица. Надо сказать, что звучит это странно — ведь нынешняя проверка обстоятельств смерти Сергея Магнитского четвертая по счету. По итогам прежних трех следствие уверенно заявляло, что юрист умер от острой сердечной недостаточности. Теперь же СК официально признает: виной гибели все-таки не сама болезнь, а медики, которые ее плохо лечили.

— Мы все убеждены, что просто нашли крайних, — говорит работник больницы при СИЗО “Матросская Тишина”, где умер Магнитский, после того как его перевели сюда из Бутырки. — И Литвинова, и Кратов давно не работают в изоляторе, на них можно все свалить. А те же следователи что же, ни при чем?

В самой Бутырке по-прежнему уверяют, что слишком серьезных проблем со здоровьем у 37-летнего Магнитского изначально не было.

Вот как сам Магнитский описывал ситуацию с оказанием медицинской помощи ему в Бутырке:

26 июня обратился в администрацию с письменным заявлением о приеме врачом. Врач не принял.

11 августа. Заявление о приеме врачом, указал, что срок проведения назначенного обследования давно прошел. К врачу не отвели. Ответа не дали.

Кроме письменных заявлений обращался устно во время обхода фельдшерами (обход 1–2 раза в неделю). Отвечали: “Пишите заявление. Писал? Тогда ждите”.

14 августа. Обратился с заявлением с просьбой передать от родственников лекарства, назначенные врачом “Матросской Тишины”.

17 августа. Наталья Николаевна Магнитская, мама, принесла лекарства. Их не передали. После обращения матери к руководству медчасти выяснилось, что лекарства переданы по ошибке в другую камеру. Мама вновь купила лекарства и только после этого, 04 сентября, лекарства были переданы, то есть через 18 дней.

24 августа. Болезнь обострилась настолько, что уже не мог лежать. В 16 часов сокамерник стал стучать ногой в дверь, требуя, чтобы меня вывели к врачу. Надзиратель обещал пригласить врача. Сокамерник много раз повторно требовал врача. К врачу вывели только через пять часов. Врач была недовольна. На жалобы и отсутствие лечения она сказала, что в медицинской карте написано, что я уже лечился: “Что же, вас каждый месяц лечить? “

31 августа. “Был представитель администрации тюрьмы. Письмо мое взял. Начальник медицинской части обещал разобраться. По поводу оперативного лечения сказал: “Это когда вы пойдете на волю. Тут вам его никто не обязан предоставлять”. И ушел”.

Самое интересное, что обвиненная Литвинова ничуть не хуже других медиков Бутырки. И может быть, даже лучше — она вроде бы пыталась спасти Магнитского. По крайней мере так выходит, если верить правозащитникам. Из доклада членов Общественной наблюдательной комиссии Москвы: “Терапевт Литвинова заявляла нам, что в понедельник утром, 16 ноября, когда она осмотрела Магнитского, она заметила, что у него обострение боли опоясывающего характера, рвота каждые три часа. Литвинова сочла, что его состояние “требует хирургического обследования, потому что камень может и в проток встать”. Кроме того, как призналась Литвинова членам ОНК, “нужно было добиться его обследования”. Это заявление иначе как проговоркой назвать нельзя. Получается, что кто-то был против обследования Магнитского и врач Литвинова воспользовалась ухудшением здоровья пациента, чтобы инициировать его обследование, которое ему было назначено почти четыре месяца назад”.

— Я не сомневаюсь в виновности Литвиновой и Кратова, — говорит Наталья Магнитская. — Но самое ужасное произошло в “Матросской Тишине”. Вместо больницы Сергея поместили в клетку и вызвали резервную группу из 8 человек. Сергея избили резиновой палкой… Врача “скорой” в течение часа не пускали к больному, а когда он добился пропуска, то нашел Сергея в обычной тюремной камере мертвым.

Мать Магнитского, кстати, в прошлом месяце попросила представить ей материалы дела для проведения независимого исследования. И следствие ей… отказало. Это стало поводом для обращения близких погибшего юриста в международную независимую организацию “Врачи за права человека” (ту самую, что недавно доказала причастность медиков ЦРУ к проведению экспериментов над заключенными). Эксперты ВПЧ изучили документы и во вторник вынесли вердикт: Магнитский умер в результате бесчеловечного отношения, преднамеренного бездействия. Цитирую результаты первого независимого медицинского исследования по делу: “После смерти Магнитского российские судебно-медицинские эксперты не проводили токсикологический анализ (за исключением нескольких контролируемых субстанций), не осуществили забор глазной жидкости и мочи, не провели микроскопические исследования всех внутренних органов, а также не изъяли для исследования те ткани частей тела, на которых были зафиксированы телесные повреждения. И это несмотря на то что такие исследования являются стандартными”.

— Очевидно, что со дня ареста и до его смерти Магнитскому не предоставляли должного медицинского обследования и лечения, — говорит судебно-медицинский эксперт ВПЧ патологоанатом Роберт Бакс. — Это преднамеренное, умышленное и бесчеловечное пренебрежение к человеческой жизни несомненно привело к его смерти.

ВПЧ направила обращение с требованием провести международное независимое расследование комиссару ООН по правам человека, председателю ОБСЕ, лидерам Конгресса США, президенту Европейского союза и т. д. и т. п.

Материалы по темпе: "Правозащитники почти разобрались с делом Магнитского", "Дело Магнитского" сделали вручную".