Загранпаспорт от слов «за гранью»

Как государство превращает своих граждан в скотов

15 марта 2012 в 17:59, просмотров: 13213
Загранпаспорт от слов «за гранью»
фото: Геннадий Черкасов

Конечно, у журналиста есть свой маленький административный ресурс. И когда нужно было обменять детям зарубежные паспорта, то можно было кое-кому позвонить. Но я решил все делать официально. Тем более что был развращен своими многочисленными путешествиями: я видел, как ловко подобные вещи устроены в некоторых других странах — там очень заботятся о том, чтобы в местах, где гражданин непосредственно соприкасается с институтами власти, это общение было на высоком уровне. Вопрос принципиальный, ибо государство понимает: это общение аукнется потом на выборах. Гражданин не разбирается в тонкостях, он считает так: не смогли меня обслужить — значит не можете и все остальное.

Вначале я хотел уточнить кое-что по документам, которые нужно сдавать, и, зайдя на сайт и переписав телефоны, принялся звонить на «горячую линию» УФМС. Некоторые номера не отвечали, а некоторые были заняты, но и там никого не было — когда другие страждущие граждане вешали трубку и туда пытался дозвониться я, то снова слышал длинные печальные гудки. Конечно, рождалась мысль, что девушки с «горячих» телефонов коллективно пошли в туалет или за кофе, однако трудно себе представить, что можно ходить за кофе весь рабочий день (!) в течение двух дней (!). Именно столько я им звонил.

Я звонил утром и вечером, но мне никто не ответил, кроме запищавшего факса. Зато на сайте гордо висел телефон, куда можно было жаловаться. Однако я решил не жаловаться, а, запасшись тройным комплектом бумаг, отправился непосредственно на процедуру сдачи документов.

В районном отделении УФМС в центральном районе города все было ровно так, как во время предыдущих моих визитов 10 лет назад, — тот же ободранный до дыр паркет, стены в трещинах, большое пятно от протекшей крыши и продавленные кинотеатровские кресла с потертым коричневым дерматином. Единственная разница — кресел стало меньше, разломанные выкинули.

Поэтому люди стояли. Они, правда, пытались сидеть на широком облупленном подоконнике, но тут мешали две вещи — сверхмощная батарея, которая немедленно поджаривала ноги, и пара пыльных фикусов с обломанными ветками, занимавших половину окна.

Времени было много — на часах 15.20, народу было человек сорок, и никто никуда не спешил. Молодые люди, сидевшие в кинотеатровских креслах, вначале вежливо уступили места пенсионерам, а те, в свою очередь, предложили места родителям с детьми. Дети радостно заняли места, после чего вынули тетрадки и учебники и стали делать уроки. Вскоре комната ожидания превратилась в учебный класс. Детей не смущала боевая обстановка, однако они периодически хотели писать и пить. Но в помещении не было публичного туалета и воды, поэтому их водили куда-то на улицу.

В углу стояла говорливая женщина, которая раздавала советы. Она сообщила мне, что стоять придется часа три, потому что прием ведет один (!) человек, а очередей три. В ответ на мой недоуменный взгляд она пояснила, что одна очередь — на сдачу паспортов, другая — на получение, а третья — детище модернизации (она указала на бумагу, висевшую на двери).

Я принялся изучать бумагу. На ней указывалось, что можно не ждать очередь, а заранее записаться на прием, заполнив необходимую заявку на сайте госуслуг. И действительно — периодически в зале появлялись красиво одетые люди, модернизационный вид которых неоспоримо свидетельствовал, что они умеют пользоваться Интернетом, что поверили государству и записались на прием на этом сайте. Но далее они попадали в УФМСовскую реальность — тряся электронным письмом с приглашением, выслушивали поток брани от очереди, потому что все «начинания по улучшению», придуманные родной «партией и правительством», разбивались о нее и об одного человека, сидевшего в комнате за дверью.

Выслушав оскорбления и злобные реплики от тех, кто стоял уже третий час, красиво одетые люди равнодушно пожимали плечами и уходили. На их лицах было написано, что, как и у меня, у них есть административный ресурс, которым они в отличие от меня немедленно воспользуются.

В зальчике не было кондиционера, окна нельзя было открыть, потому что боялись простудить детей, и стало отчаянно душно. Глупые дети, не понимающие сути происходящей в стране модернизации, принялись хныкать, и родителей с детьми стали пропускать по очереди вперед. Этот гуманитарный шаг одновременно вызывал новый всплеск озлобления, но он был оправдан — перед оставшимися встала проблема не успеть до 20.00, когда УФМС закрывается. Однако люди, которых государство старательно пыталось превратить в толпу негодяев, тем не менее как могли сдерживались: дети с мамами прошли за дверь и вскоре покинули негостеприимное помещение. Все оставшиеся нервно оглядывались — было понятно, что одна приемщица ни в коем разе не успеет принять всех.

Ровно за час до закрытия волшебная дверь открылась, и на пороге появилась дама, принимающая документы. Она открыла рот и обратилась к присутствующим:

— Господа!

«Господа» в виде пятнадцати-двадцати потных несчастных, ожидающих своей участи, сжались. И не зря.

— Господа, мы примем еще десять человек, остальные завтра, — холодно произнесла она.

Очередь зароптала. В душном помещении отчетливо повеяло «оранжевыми» настроениями...

Дама окинула очередь ледяным взглядом и молча скрылась за дверью. Однако буквально через минуту в комнату вбежал ее коллега, который скрылся за той же дверью. И очередь стала двигаться быстрее — оказалось, что двое принимают вдвое больше людей! Странно, как УФМС не догадалось об этом раньше!

Документы у меня приняли, и я отправился домой, думая о том, чему стал свидетелем.

Я редко встречаюсь с государством, предпочитая решать все вопросы на коммерческой основе, причем некоррупционно. В некоторых кавказских государствах, которые так любит критиковать Россия, ты можешь оформлять паспорт за маленькие деньги две недели, за большие — неделю, а за сто долларов, отданных официально, — всего за пару часов. Ты покупаешь услугу, а государство за твои же деньги нанимает людей, чтобы общение с ним было для тебя простым и удобным.

Но в моей стране «все равны» — равны в одинаковом государственном издевательстве, которое не предоставляет альтернативы и заставляет пропускать детей, чтобы попутно орать на их родителей.

Я думал о том, что практически везде, даже в бесконечно критикуемых ДЕЗах, уже стоят аппараты, выдающие номерки, чтобы не кричать: «А где эта женщина в шубе, которая тут стояла?!» Но в УФМС, видимо, нет таких аппаратов, зато есть совершенно советское ощущение, что если ты выйдешь из очереди и пойдешь искать туалет, то тебя обратно уже никогда не пустят.

Низведя бюджетников, пенсионеров, молодежь с «айфонами» и людей с высокими зарплатами до одного скотского состояния, УФМС, видимо, напоминает, что в нынешней России, по Конституции, все равны.

А чтобы запомнили — не дает альтернативы, склоняя к коррупции работников и ласково спрашивая: «А зачем вам за границу? Вам что, тут плохо?»

Я вряд ли буду вновь стоять в этой очереди, господа из руководства УФМС.

Я буду искать какие угодно обходные пути, вплоть до взятки, говорю честно.

Кстати, господа из руководства, а где получаете зарубежные паспорта вы?




Партнеры