Подробности таинственного похищения пожилой москвички: на кону две квартиры

Вы все еще живы? Ничего, мы подождем

13 июля 2017 в 18:21, просмотров: 15630

Я вас обманула.

8 июня 2017 года в «МК» был опубликован мой материал «Вы еще живы? Тогда мы идем к вам!». Я решила вернуться к истории двух чрезвычайно пожилых москвичек, за квартирами которых идет охота. Квартира 87-летней Инны Николаевны Машкуновой, проживающей в историческом центре Москвы, очень нравится ее соседу. У 83-летней Зинаиды Викторовны Клименко тоже замечательная квартира в нескольких шагах от Киевского вокзала. И Клименко уже даже успели вывезти на свежий воздух, но вот квартиру отобрать не успели — вмешались соседи.

И я написала: сосед Машкуновой получил от женщины, состоящей на учете в ПНД, доверенность сроком на 10 лет — пора вмешаться. А вот Клименко удалось спасти, потому что сразу после похищения старушку перевезла к себе ее племянница, и теперь за нее можно не беспокоиться.

Оказалось, что это неправда.

Подробности таинственного похищения пожилой москвички: на кону две квартиры
фото: Ольга Богуславская

И вот что выяснилось.

В конце мая Зинаиду Викторовну перевезла к себе домой ее племянница, Ольга Александровна Сафронова. А незадолго до этого Сафронова написала в управление соцзащиты (далее УСЗН. — О.Б.) заявление о том, что Клименко не нуждается в услугах соцработника: во время похищения у нее украли паспорт и сберкнижку, поэтому ей нечем платить за продукты, которые по ее заказу приносила дама из отделения соцзащиты.

В тот же день, то есть 10 мая, к Клименко пришли начальник управления соцзащиты района Дорогомилово Мария Вячеславовна Зыкина, ее коллега Мария Григорьевна и сотрудник отдела опеки Оксана Рафаиловна — фамилий не знаю.

Вместе с гостями в квартире находилась и старшая по подъезду Алла Викторовна Вершинина, которая после похищения Клименко дала указание сообщать ей обо всех посетителях пожилой женщины.

Вершинина позвонила Сафроновой и включила телефон на громкую связь. Так Сафронова услышала, как дамы из управления соцзащиты и отдела опеки стали объяснять Клименко, что ее племянницей является вовсе не Сафронова, а Галина Валерьевна Азохова — та самая таинственная дама, которая на глазах у всего дома вывезла Клименко в частный подмосковный пансионат для престарелых «Осень жизни». Она же, напомню, на другой день собиралась под предлогом ремонта вывезти из квартиры все вещи Клименко, но не успела — соседи написали заявления в полицию и Следственный комитет.

И все бы ничего, но когда разразился скандал, следователь СК Роман Андреевич Кузнецов вызвал к себе Азохову. И она сообщила ему, что она вовсе не племянница Клименко (так она представилась Вершининой, когда вывозила Зинаиду Викторовну), а познакомилась с ней в продуктовом магазине. По словам Азоховой, у старушки не хватило денег, она ей помогла, они познакомились, подружились, и Зинаида Викторовна даже предложила ей погостить у нее, но деликатная Галина Валерьевна от предложения отказалась.

Тем не менее дамы из управления соцзащиты и отдела опеки почему-то продолжали повторять, что именно Азохова и есть самая что ни на есть настоящая племянница Клименко.

Вскоре Сафронову пригласила сотрудница УСЗН Елена Сергеевна Панкова и сообщила ей, что УСЗН обратилось в Дорогомиловский суд с заявлением о признании Клименко недееспособной и установлении опеки, чтобы раз и навсегда защитить ее от мошенников. Она вручила ей повестку на первое заседание суда, которое назначили на 29 мая. Почему-то в повестке не было указано имя адресата.

* * *

Накануне досудебной подготовки Сафроновой позвонила секретарь судьи Шипиковой и попросила прийти к 10 часам утра, хотя заседание было назначено на 14.30. Сафронова пришла с адвокатом Валентиной Борисовной Ярцевой в 14.30. Судья сказала, что вызывали не Сафронову, а Клименко, и Сафронова передала ей доверенность, выданную ей Зинаидой Викторовной.

Когда началось заседание, стали выяснять, где Клименко.

Сафронова объяснила, что она не хочет и по состоянию здоровья не может явиться в суд, считает себя здоровой и отказывается от обследования.

По словам Сафроновой и Ярцевой, после объявления о переносе заседания на 14 июня судья и представители управления соцзащиты закрылись в кабинете судьи, что запрещено законом.

14 июня на заседание пришли пять представителей УСЗН. И одна из них перед началом заседания зашла в кабинет судьи. Адвокат обратилась к секретарю судьи — та попросила ее уйти. Тогда Ярцева встала у двери в 225-й кабинет и стала ждать, когда оттуда выйдет сотрудница УСЗН.

По словам Сафроновой и Ярцевой, секретарь судьи сказала адвокату, что в таком случае ее просто не пустят в зал заседания. Когда представитель соцзащиты вышла из кабинета судьи и прошла в зал заседания, следом вошла адвокат. К ней подошли судебные приставы и потребовали удалиться. Она отказалась. Тогда приставы попытались вынести Ярцеву вместе с лавочкой, на которой она сидела, потом схватили за руки и хотели надеть на нее наручники. Ярцева вызвала в суд участкового полицейского. По ее словам, все происходило на глазах у прокурора.

На другой день она обратилась в травмпункт и зафиксировала синяки, полученные в суде накануне. Валентина Борисовна сказала мне, что 28 лет защищает людей и никогда не думала, что станет участницей такого из ряда вон выходящего происшествия.

На заседании суда у Сафроновой спросили, где Клименко. Она ответила, что Клименко выдала ей доверенность. На это сотрудники УСЗН сказали: они сомневаются в том, что Сафронова действительно родственница Клименко, и попросили предъявить документы, подтверждающие их родство.

Ольга Александровна ответила, что направила запросы и ждет ответов из архивов Красноярского края и Самарской области.

Судья поручила сотрудникам полиции проверить, не удерживает ли Сафронова 83-летнюю женщину силой, и выяснить, действительно ли она вызывала к ней «скорую помощь», о чем только что заявила на заседании.

19 июня, когда Ольга Александровна собралась на работу, появились трое: следователь СО СК на Студенческой улице Роман Кузнецов, и оперуполномеченные из полиции Дорогомилово Алексей Карпенченков и Руслан Жердев. Они объяснили Сафроновой, что должны пройти в квартиру и поговорить с Клименко.

Ольга Александровна позвонила адвокату, вызвала участкового, и Ярцева с Кузнецовым зашли в квартиру.

По словам Сафроновой, они спросили у Клименко, не удерживают ли ее здесь силой, на что Клименко ответила, что имеет право жить где хочет.

Потом ее спросили, кто такая Сафронова.

Она ответила: племянница.

Галина Азохова, которая раньше выдавала себя за племянницу Клименко.

Спросили, кто такая Азохова.

Она ответила: мошенница, так люди говорят.

Потом Клименко спросили, подписывала ли она доверенность и завещание на Сафронову.

Зинаида Викторовна ответила, что вроде бы подписывала доверенность, остального не помнит.

Ей предложили отвезти ее домой, на что она ответила отказом.

Когда все гости вышли из квартиры в коридор, сотрудники СК вызвали «скорую помощь».

Через несколько минут приехал экипаж «скорой» с тремя крепкими мужчинами. Сафронова никого в квартиру не пустила, и гости тут же уехали.

* * *

Следующее заседание суда было назначено на 23 июня.

Сафронова хотела ознакомиться с протоколом судебного заседания от 14 июня. 20 июня она приехала в суд, зашла в канцелярию и попросила выдать ей дело №2121/17. Молодой человек, который искал папку, сказал ей, что дело назначено на 22 июня. Тогда Сафронова пошла к секретарю судьи, и та, по ее словам, ответила: мало ли что «зависло» в компьютере, дело назначено на 23 июня.

21 июня в суд приехала Ярцева с двумя коллегами. Протокол был не готов, и вручили ей его за пять минут до закрытия суда, что зафиксировано в материалах дела. Тогда и выяснилось, что заседание состоится в 10 часов утра 22 июня. А Сафронова об этом не знала. Между тем 20 июня она написала судье Шипиковой заявление о том, что просит уведомить ее о дне следующего заседания.

Таким образом, все было сделано для того, чтобы Сафронова и ее адвокат не попали на очередное заседание.

* * * 

И еще одна занятная история.

3 июня Сафронова с дочерью приехала в квартиру Клименко, чтобы собрать и вынести вещи, которые Зинаида Викторовна в последний год приносила со свалок домой. Я эту помойку видела, когда была у Клименко перед подготовкой первого материала.

фото: Ольга Богуславская
Вход в квартиру Клименко был завален вещами со свалок.

Звонит домашний телефон, и какая-то дама просит позвать Зинаиду Викторовну.

Ей отвечают: ее нет.

Тогда, по словам Сафроновой, дама и говорит: а я помощник прокурора, Инна Саркисовна. Дело в том, что в пансионате нашлись документы Зинаиды Викторовны — и я хотела бы их передать.

Сафронова спросила, какие документы, и дама ответила: свидетельства о собственности на обе квартиры Клименко, сберкнижка, медицинский полис и свидетельство о рождении.

Сафронова сказала, что у нее есть доверенность Клименко, и попросила передать документы ей.

Дама попросила Ольгу Александровну дать номер ее мобильного телефона и сказала, что пришлет СМС.

Таинственная незнакомка несколько раз перезванивала, спрашивала, сколько они еще будут находиться в квартире Клименко, но так и не приехала.

Когда Сафронова вернулась домой, незнакомка позвонила, сказала, что стоит у подъезда Клименко, и попросила дать WhatsApp дочери.

Через несколько минут она снова позвонила и сказала, что сидит на лавочке, копается в документах и только что нашла дарственную на обе квартиры, которую 9 февраля 2017-го Клименко подписала на имя Галины Валерьевны Азоховой. Все сделано чин по чину, удостоверено нотариусом, и теперь Сафронова не имеет права входить в квартиру Клименко.

Во время этой увлекательной беседы номер телефона «Инны Саркисовны» не определился.

Тогда Сафронова позвонила в МТС, и ей объяснили, как узнать этот номер телефона. Выяснилось, что звонили с номера 7 999 929 ** **.

Сафронова тут же набрала этот номер, незнакомка ответила и сразу бросила трубку. Однако вскоре она перезвонила, сказала, что проживает в Смоленске и раньше с Сафроновой никогда не связывалась — это какая-то ошибка.

* * *

Уже в первой публикации (21 апреля 2017 года «Женщину украли среди бела дня») я высказала предположение о том, что информация об одинокой пожилой женщине, которая владеет двумя московскими квартирами, стала известна похитителям от соцработника Ольги Альбертовны Халиловой. Эта симпатичная, модно одетая молодая женщина приезжала к Клименко на «Пежо» — таких соцработников в доме на Дорогомиловской улице раньше не видели.

Думаю, вся последующая история говорит о том, что именно сотрудники управления соцзащиты населения района Дорогомилово имеют непосредственное отношение к появлению похитительницы Клименко, Галины Азоховой. И то, что Азохову продолжают величать племянницей Клименко, в то время как она сама уже «вспомнила», что никакая она не племянница, свидетельствует о том же.

И массированная атака на Ольгу Александровну Сафронову никакого иного объяснения не имеет.

Мать Сафроновой Антонина Ивановна Сафронова, в девичестве Смирнова, 1926 года рождения, родом из Красноярского края, была двоюродной сестрой Зинаиды Викторовны Клименко. В 1948 году Антонина Ивановна в городе Чапаевске Самарской области вышла замуж за Александра Исаевича Сафронова. Ответы на запросы Ольги Александровны в Красноярский край, Чапаевск и Самару уже пришли. И если кто-то сомневался в том, что она действительно родственница Клименко, — сомневаться больше не приходится.

А история с адвокатом Ярцевой является непосредственным продолжением атаки на Сафронову. Дело о неповиновении Ярцевой суду находится в мировом суде, и 7 июля состоялось первое заседание.

Если сотрудники УСЗН на самом деле беспокоились о Клименко, ничто не мешало им послать те же запросы, дождаться ответов — и все встало бы на свои места. Но в том-то и дело, что у них есть своя кандидатура на роль родственницы. А так как правоохранительные органы не стали разбираться в похищении Зинаиды Викторовны — их интересует только, кому Клименко завещала свои квартиры — нам остается только предполагать, кто является автором этой детективной истории.

И я убедительно прошу начальника Департамента труда и социальной защиты населения Владимира Петросяна как можно скорее вмешаться в расследование этого скверного детектива. Ведь на самом деле это из ряда вон выходящая история: защитники оказались нападающими. На кону две отличные московские квартиры. И нападающие сдаваться не собираются.




Партнеры