Крысобой

Каждый развлекается по-своему.

17 ноября 2008 в 16:37, просмотров: 1208

Ночь. Задворки железнодорожной станции Ховрино. Не самое приветливое место в городе, да и на планете Земля, наверное, тоже. С одной стороны железная дорога с прилегающим к ней грязным рынком. Ни души. Изредка мелькают какие-то подозрительные тени, спешащие по своим ховринским делам. И милиции не видать. В другой ситуации это было бы плохо, уж больно здесь криминогенная ситуация балуется, а сейчас в самый раз. Мы вместе с Геннадием, городским крысобоем, вышли на охоту. Оговорюсь сразу, стрельба, а тем более любая охота в пределах столицы категорически запрещена. Но Геннадий, вроде бы, делает благое дело,  истребляя грызунов, заполонивших все окрестности, и пока жалоб на его "работу" в "органы" не поступало. Тем более, он соблюдает все мыслимые меры предосторожности. Сам охотник – огнестрельщик со стажем (сами понимаете, не только на крыс).

 – Перестал я на уток-зайчиков охотиться. Жалко. Совсем безвредные они и беззащитные. А охота на крыс позволяет мне круглогодично поддерживать форму, не дает притупиться реакции. Да и крысы всем надоели. Сейчас увидите, сколько их здесь. Местные власти на существование этого гетто сознательно закрывают глаза. Вот рыночные хозяева и беспредельничают. Санитарные нормы здесь вообще не соблюдаются. Тут и помойка для гастарбайтеров и бомжей, тут и туалет, и место жительства, и склады с товаром продовольственного рынка. Аборигены ко мне привыкли, называют Сталкером. А вы будьте осторожнее, местные маргиналы могут позариться на аппаратуру.

Мы прислушиваемся к словам Геннадия и внимательно озираемся по сторонам. А вот и первая крысиная точка. Днем неподалеку должен был проезжать один из городских руководителей, поэтому в большую часть крысиных нор понапихали пакеты с ядом. Но само собой, все дырки не закрыли.

Помойка. Воняет от нее так, что даже я, автор этих строк, привыкший ко всякому, зажимаю нос. Геннадий извлекает из футляра свой пневматический карабин Verminator (шведского производства) с оптическим прицелом и лазерным прицелом, включает фонарь, закрепленный на лбу, и открывает дверку помойки. А там все шевелится! Местные крысы адаптировались к шуму города, но от яркого света фонарей (светим и мы с фотокором) вначале столбенеют, хотя после первого выстрела начинают прятаться.

 От Сталкера не спрячешься. Едва слышный щелчок винтовки, жалобный писк крысы – и вот он, первый трофей. За одну ночь Геннадий отстреливает до двух-трех десятков крыс, а бывает, что и более сотни. За год выходит от 2 до 3 тысяч. Правда, даже такой массовый отстрел на поголовье грызунов, практически, не влияет. Каждая крысиная пара приносит раз в 3 месяца 7-8 крысят. Сколько в Москве крыс, не знает никто. Известно только, что стрельбой с ними не справишься. Но крысобой такой цели перед собой и не ставит, это просто его хобби.

Мы опять закрываем дверь на помойку, ждем несколько минут, опять открываем. Будто и не стреляли, но на этот раз разумные грызуны уже сопоставили яркий свет и быструю смерть. Мигом разбегаются кто куда. Но и стрелок не дремлет, вот что значит практика! Шлеп! Еще одна крыса бьется в конвульсиях. Пулька из его пневматики пробивает зверька насквозь, но даже если смерть не наступила сразу, то подранок все равно погибает. Его добивают сотоварищи. Крысы хоть и организованные создания, но слабых не любят. Каждый в стае воспринимается как пищевой конкурент. Видимо, эта жесткая система отбора и позволила крысам завоевать весь мир, во всяком случае, его подземную часть. Ученые пришли к такому неутешительному для всего живого выводу: в случае ядерной войны на Земле гарантированно останутся жить два биологических вида живых существ, тараканы и крысы.

Переходим на железнодорожные пути. Здесь тоже свалка. Воняет так же отвратительно. Машина-уборщик как раз забирает отходы. Но шум машины крыс не пугает. То и дело мы видим их снующими туда-сюда. Геннадий время от времени вскидывает винтовку и нажимает на спуск. Спрашиваю его, как относятся к такому хобби домашние. 

– Безразлично, – отвечает Геннадий. – Милиция много  раз останавливала. Проверяла документы. Разговор, как правило, такой: Они: А что в пакете? покажи!  Я: Винтовка с оптическим прицелом...они: Ё-ё-ё-ё!!!!.... Я: Да пневматическая она! калибр 4,5 мм, на крыс тут охочусь.

  Они: А что местные торгаши, платят?

  Я.   Да нет.

  Они: Бесплатно? Покажи ружбайку... О-о!!! хочу такую!.., сколько стоит?..

  Я:   Вместе с оптикой порядка 60 тысяч рублей.

  Они: "Мурка-то" (Отечественная пневматика) подешевле будет..

– Тут очень много лихих людей ходит. Кучка бомжей обжигает на костре проволоку, готовясь к пьяному ночлегу. Наркоманы. Постоянные разборки. Место, как я уже  говорил, с плохой  репутацией. Поэтому я винтовку прячу в чехол, чтобы обычных людей не пугать. А от гопников, на всякий пожарный, таскаю большой баллончик с перечным газом. Тьфу-тьфу-тьфу, пока спокойно хожу...

 Словно в подтверждение этих слов мимо нас проходит компания подвыпивших ребят. Косятся на дорогую аппаратуру, делают шаг в нашу сторону, но потом замечают винтовку, освещенную нашим фонарем. Вид у нее хоть и футуристический, но весьма угрожающий. Ребята, оглядываясь, отходят нас по дуге перешептываясь. Возвращаемся на свалку. Крысы подуспокоились. И Геннадий сразу же отстреливает парочку.  Косой дождь летит в свете редких фонарей, самая охотничья погода. Минимум случайных прохожих, город затих.  Уже первый час ночи. Не ходят электрички, и почти пропал общественный транспорт. И только Ховринский крысобой продолжает свой рейд. Отрава  против крыс почти бесполезна, но вот пара местных сов и пяток мелких бездомных дворняг запросто могут отдать богу душу, отведав потравленной крысятинки... Кино, да и только. Блокбастер.



Партнеры