Что мешало футболу в СССР?

«МК» публикует отрывок из книги Владимира Алёшина

25 июля 2013 в 19:56, просмотров: 1878

Долгие-долгие годы руководивший главным стадионом страны — «Лужниками» — Владимир Алёшин написал книгу. Очень интересную. Называется «Больше чем футбол». Есть и подзаголовок — многое, кстати, объясняющий: «Правдивая история: взгляд изнутри на спорт №1». Человек, который действительно был участником важнейших футбольных процессов, решил честно (ну, конечно, насколько возможно) об этих процессах рассказать. Для публикации в «МК» мы выбрали кусок текста о нравах футбола в СССР. Вот вы знаете, почему советские команды по большому счету ничего серьезного добиться в Европе не могли? Читайте!

Что мешало футболу в СССР?
фото: Геннадий Черкасов

...Помните, как на Политбюро рассматривался вопрос о возвращении футболистов сталинградского «Трактора» Пономарева и Проворнова из столичных «Динамо» и ЦДКА в родную команду? А как и за что Сталин наказал Старостина? А как Хрущев отстранил от руководства сборной, завоевавшей европейское «серебро», Бескова?

Это я к тому, чтобы еще раз сказать: бразды правления футболом были на самом верху, в руках партийной и государственной элиты страны. И с точки зрения политики правила она, эта элита, вроде бы верно, популяризируя игру, делая акцент на то, чтобы в высшей лиге присутствовали представители как можно большего числа республик.

фото: Геннадий Черкасов

Но на пользу самому футболу это не пошло. Нарушался спортивный принцип, да и вообще моральный: играли не самые сильные, а те, кому дозволено.

Более того, в ходе реорганизации чемпионата страны в 1960 году было выработано такое правило: как бы ни выступали представители союзных республик, они все равно сохраняли за собой места в высшей лиге, а покидать лигу должна худшая команда Российской Федерации. Вот потому в 1960 году из участвовавших в высшей лиге двадцати двух команд вынуждены были «перелететь» вниз куйбышевские «Крылья Советов», занявшие 16-е место, в 1961 году эта же участь постигла воронежский «Труд» со своим честно заработанным 15-м местом. У него, кстати, был положительный баланс в графе забитых и пропущенных мячей и набрано 30 очков. Оставшиеся на двух последних местах таблицы, но сохранившие прописку в высшей лиге «Даугава» и «Калев» вместе столько не набрали (соответственно 17 и 10 очков).

Это было просто вопиющее попрание здравого смысла.

В 1963 году футбольное хозяйство опять реформируют, в высшей лиге остается 20 команд, турнир становится одноступенчатым и двухкруговым, по итогам сезона выбывают из него слабейшие…

Но теперь уже перед республиками поставлены негласные задачи: добиваться присутствия своих команд в высшей лиге. Насколько честно все это осуществлялось, разговор будет ниже, сейчас же еще раз хочется сказать: состав клубов, разыгрывавших титул чемпиона страны, формировался скорее по политическим, конъюнктурным правилам, а не по профессиональным. То есть зеленый свет теоретически открывал дорогу в высшую лигу лучшим командам первой лиги, но вот для команд периферийных, представлявших окраины страны, он был как бы «зеленее»; этому способствовали партийные и спортивные чиновники, «правильно понимающие идеологические установки».

Особенно это стало проявляться в самом конце шестидесятых — начале семидесятых. В футбольную элиту страны вошли и в этой элите заняли даже главенствующее положение те, кто ранее, как говорится, в списках не значился, а если и значился, то звезд с неба не хватал.

Этому по большому счету надо бы радоваться: «пришли иные времена, взошли иные имена», это же здорово! Только вот вопрос: как они взошли? Не благодаря ли искусственному орошению, особому климату?

Ответ должно было дать участие этих новых лидеров отечественного футбола в играх на международной арене, где их не ждали преференции и свет зеленее зеленого.

Но сначала — две небольшие цитаты, относящиеся как раз к этому времени и, на мой взгляд, кое-что разъясняющие. По итогам неудачного выступления сборной СССР в чемпионате мира-70 обозреватель «Франс футбол» Жак Ферран написал:

«Создается впечатление, что в решающий момент советской сборной не хватает физических ресурсов. Сборная СССР еще раз принесла нам разочарование…»

А два года спустя, в 1972 году, по поводу крупного поражения московских спартаковцев в Кубке УЕФА от малоизвестной команды «Витория» из такого же малоизвестного португальского города Сетубал (4:0) местная газета писала:

«Было странно видеть, что русские играют с потухшими глазами…»

Вот так. Теперь остается напомнить, что успехи сборной в шестидесятых годах связывали как раз с отличной физической подготовкой наших ребят и их завидными морально-волевыми качествами. Что же произошло, куда все делось в семидесятых?

Понимаете, если игроки знают, что не все зависит от их игры, что есть установки, заказ, даже пожелание людей влиятельных «вот этих вытащить, а этих попридержать», то откуда ж они возьмутся, мораль и воля? Пропадает настрой игры что за свой клуб, что за сборную.

Ничего плохого не хочу сказать о чемпионах и призерах «новой волны». Думаю даже, что у них глаза горели, но вот мастерства явно не хватало. «Заря» уступила чешской «Трнаве», «Арарат» — тоже далеко не гранду европейского футбола тех лет — «Кайзерслаутерну».

Кстати, о «Заре».

Я лично не был близко знаком с Германом Семеновичем Зониным, замечательным советским тренером, возглавлявшим в свое время «Зенит» (Ленинград), СКА (Ростов-на-Дону), «Зарю» (Ворошиловград) — эту команду как раз он вывел в чемпионы страны… Но слышал о нем как о человеке, никогда не кривившем душой, слову которого можно верить. Потому и обращаюсь к его книге — «Вся жизнь — футбол».

«Еще раз отмечу: шулерами были немногие. Если знали, что при Алескерове в «Черноморце» готовы «расписать» очки, то знали и другое: с Качалиным, Бесковым, московским «Динамо» и «Спартаком» такой номер не пройдет. Впрочем, не хочу никого ни оправдывать, ни винить. Что я сам мог в свое время сказать Якушину — честнейшему человеку, когда судьи вытащили из бездны его «Пахтакор» в матче с моей командой?

Ташкент вылетал из высшей лиги. Мы вели — 1:0. Атака узбеков, они толкают нашего вратаря Ткаченко в спину — он проскакивает мимо мяча, гол — 1:1. Следующий эпизод: ташкентец в пятиметровом офсайде. Арбитр делает знак: можно играть. Счет — 1:2, поражение. Я решил было писать протест, ведь скандал на весь Союз. Тут подходит Якушин: «Герман, да не кипятись ты. Все равно результат утвердят. Вам ведь без разницы, а мы вылетаем». А с ним узбек — представитель республиканского спорткомитета: «Не поднимай шума, друг. Как брата прошу».



Партнеры