МК АвтоВзгляд Охотники.ру WomanHit.ru

Экспертиза «Матильды»: мнение вместо фактов

Эксперты не выражают уверенности в мудрости зрителей, позволяющей отличить правду ото лжи

Фото: Алексей Меринов

Никогда и ни в одном официальном документе я не встречала столько уничижительных, пренебрежительных слов о Николае II и православных верующих, сколько в экспертизе фильма Алексея Учителя «Матильда».

Сам фильм еще не вышел на экраны, и возможно, что это будет очередная дурная пародийная фантазия на тему российской истории. Увы, далеко не первая.

Но его экспертиза — это что-то особенное и потенциально еще более опасное. Повторюсь, я прежде не встречала в документе, написанном не праздными сетевыми сидельцами, а профессионалами, чьи подписи и печати стоят на каждой странице, столько обидных, скверных, несправедливых слов о последнем российском императоре и верующих людях, которые считают его святым. Тут и низкий интеллект, и аморальность, и непристойные выходки. Тут и неадекватность православных, и выбор ими «негодного объекта почитания».

Разумеется, с точки зрения авторов экспертизы, все эти обидные слова говорят не они. С их точки зрения, все это различными образными средствами говорится в фильме «Матильда». Как в сказке про «Маугли»: «Они называли тебя земляным червяком»! Удав Каа не узнал бы этого, не скажи ему Маугли.

По мнению авторов экспертизы, нанесение этой обиды возможно по одной главной причине: зрители должны отождествлять персонажей фильма с историческими персонами, и такое отождествление представляется экспертам чем-то очевидным. Формулируется это, например, так: «Указанные обстоятельства также оказывают (не могут не оказывать) прямое и существенное негативное влияние на восприятие частью зрителей исполнения Ларсом Айдингером образа Российского Императора Николая II».

Но если на часть зрителей негативное влияние «не может не быть оказано», это все-таки значит, что другая часть зрителей от такого влияния вполне может уберечься. Однако на них — людях, вероятно, достойных, раз они могут оградить себя от тлетворного воздействия — эксперты не задерживаются. Они не выражают уверенности в мудрости зрителей, позволяющей отличить правду ото лжи, достоинство от бесстыдства, искусство от поделки. Тем самым (если рассуждать в логике экспертов) они распространяют на всю аудиторию такие уничижительные оценки, как низкий интеллект, слабость духа и несамостоятельность мышления. А это, как ни крути, обидно.

Итак, почему же зрители должны отождествлять императора-страстотерпца Николая II с тем «пейоративно-денигративным» (так сказано в тексте экспертизы. По-русски это значит «уничижительно-очерняющий». — Авт.) образом, который создан в фильме Алексея Учителя? Ответа на этот вопрос в экспертизе нет. Может быть, потому, что «персонаж Николай II» тоже зовется Николаем II? Если бы это было достаточным основанием, эксперт Троицкий должен был отождествляться с более известным широкой публике музыковедом Троицким.

Может быть, потому, что Ларс Айдингер внешне очень похож на известные изображения Николая II? Но эксперты как раз настаивают, что Айдингер на Николая II нисколько не похож. И тем более, утверждают они, не похож он на него хулительным своим поведением.

Так почему российский зритель, к тому же знакомый с маловпечатляющим уровнем достоверности современного российского исторического кино, должен смотреть на непохожего актера, совершающего сомнительные действия, и предполагать, что таков доподлинно был император и святой? Далее: почему российский зритель, глядя на непохожего и неадекватно ведущего себя актера, должен вспомнить малоизвестный германский эротический фильм, где снялся Айдингер, и отождествить его развратные (как, не приводя примеров, говорят эксперты) действия в том фильме даже не с самим актером Айдингером, а с Николаем II?

Досталось и императрице Александре Федоровне. «Психически неуравновешенная и неадекватная женщина… Такое восприятие созданного в фильме образа Александры Федоровны возникнет практически у любого образованного человека, знакомого с основами православного вероучения и ценностями православного христианства». Значит, все-таки под угрозой не сама императрица, а лишь ее «созданный в фильме образ». Значит, зритель все-таки способен не отождествить, а разделить историческое лицо и образ. И, по мысли экспертов, должен посчитать себя оскорбленным тем, что образ не совпал с тем, который принят в авторитетном для зрителя сообществе.

Тут эксперты внезапно оказываются на твердой почве — просто потому, что канонизация Николая II состоялась, а значит, сообщество в данном случае получило официальную поддержку. По мысли экспертов, зритель должен смотреть на непохожего Айдингера, который неадекватно представляет молодого Николая II, и думать что-то вроде «вот идет святой, канонизированный Русской православной церковью, ах, как скверно».

Но есть закавыка. Дело в том, что Николай II был канонизирован как страстотерпец, что неоднократно указано и в экспертизе. «Страстотерпцы» — вариант канонизации, который РПЦ избрала для тех, кто принял мучения и смерть от рук политических противников. В русской традиции это, например, Борис и Глеб — люди, известные в первую очередь своей смертью. Гибель Николая II и его семьи, воистину ужасная, позволяет причислить их к страстотерпцам. И фильм «Романовы. Венценосная семья», который помещен на нескольких православных сайтах, — это фильм о страданиях и смерти. Однако, право, трудно ждать от зрителя, что он, глядя на молодого, полного надежд и сил Николая, будет думать: «Вот идет святой страстотерпец».

В определенном смысле канонизация загнала ее сторонников в ловушку: теперь в последнем императоре трудновато будет найти и показать нечто более примечательное и достойное сочувствия, чем его смерть. Ведь жизнь, тем более жизнь политического деятеля, — это неизбежные неоднозначности. А значит, всегда можно будет сказать, что они кого-то оскорбляют.

Я ступила сейчас на поле предположений, но это простительно, ведь почти вся данная экспертиза — предположение, притом выраженное в безапелляционной форме. «Подмена факта мнением» — уверенный упрек, адресованный экспертами режиссеру, они могли бы сперва примерить на себя.

Вот мелочь: сообщается, что сцена обморока Николая на коронации (не имевшая места в действительности) должна усилить впечатление о нем как о человеке, «обладающем крайне низкими умственными способностями». Почему? Как обморок связан с крайне низкими умственными способностями?

Вот подмена покрупнее: образ Николая негативный, потому что в реальности он просто не мог (ну не мог!) влюбиться в Матильду Кшесинскую, на фотографиях которой эксперты разглядели кривые зубы и «вытянутую вперед форму лица, делающую ее внешне схожей с мышью или крысой». Дальше эксперты приходят к феерическому умозаключению: они признают внешние данные актрисы (не Матильды!) «удовлетворительными», однако считают, что зритель в этот момент должен вспомнить фотографии настоящей Матильды, отринуть благообразную подделку и подумать, как же это негативно, что цесаревич Николай мог влюбиться в такую дамочку. Что зритель может хотя бы в этот драматический момент догадаться, что подделка — сам фильм Учителя, такой вариант не рассматривается.

Российский зритель, существующий в воображении господ экспертов, — прелюбопытный тип. Он одновременно сведущ и очень глуп. Он пристально рассматривает и носит в памяти фотографии балерин позапрошлого века и разбирается в немецком кино для эстетствующих эротоманов. Он знает православные обряды и оскорбляется, когда их нарушают (то, что их нарушает женщина, еще не принявшая или едва принявшая православие, не должно браться в расчет). При этом зритель не способен отрешиться от происходящего на экране и понять, что это условность, а возможно, и вранье. Глядя на непотребства «персонажа Николая II», зритель, по мысли экспертов, должен думать что-то вроде: «фи, и таков был император! А эти православные — ну, тупые!»

Кажется, эксперты искренне не допускают, что их экспертиза тоже может оказывать влияние на восприятие (а у кого-то «не может не оказывать») — и, возможно, не то, на которое они рассчитывали.

Есть в этой экспертизе что-то до слез трогательное: совершенно детское преклонение взрослых людей перед Силой Искусства. Но другая ее особенность — не такая трогательная: перед нами — подмена фактов мнением. В том, что у Учителя подмена называется «художественным фильмом», а у господ экспертов «экспертизой», — фундаментальное различие.

Читайте материал "Не пора ли Поклонскую лишить гражданства"

Получайте вечернюю рассылку лучшего в «МК» - подпишитесь на наш Telegram

Самое интересное

Фотогалерея

Что еще почитать

Видео

В регионах