МК АвтоВзгляд Охотники.ру WomanHit.ru

Краснодеревщик, инопланетяне и итальянцы

Столяр-любитель из Пушкина Юрий Журавков художественными талантами никогда особенно не отличался

Рисовать не умел никогда. Пробовал заниматься лепкой — не получилось. В юности освоил несколько музыкальных инструментов, но ни одного концерта так и не сыграл. На излете четвертого десятка ему в руки попался обыкновенный сапожный нож. С тех пор вот уже восемь лет, как львиную долю свободного времени он уделяет резьбе по дереву. Мастерит свои фигурки даже на работе, вместо перекуров. Люди смотрят, хвалят, просят вырезать на заказ. Вот только заработать своим хобби у Юрия не получается, да он и не стремится. Работает порой себе в убыток — оплачивает доставку бандеролей заказчику. И к известности не стремится. «НП» уговорил застенчивого мастера рассказать о себе.

В детстве Юрий увлекался космосом, фотографией и стихами. Мечтал стать водителем, когда вырастет. О резьбе же не помышлял никогда. Фото: канал “Подмосковье”.

Сапожный нож и немного мистики

— Представим, что в музее висят две картины, и у обеих толпы народу, но... на одну смотрят только потому, что под ней имя известного мастера, а под другой написано, что художник неизвестен, но она действительно красива, и ею хочется любоваться, — рассуждает Юрий Журавков. — Так вот, второй вариант меня больше устраивает. Пусть лучше не знают мое имя, но любуются моими работами.

В истории увлечения пушкинского жителя резьбой немало мистического. Все началось 23 февраля 2006 года, когда у Юрия вдруг… отказали руки.

— Поставил машину в гараж, зашел домой, там стол уже накрыт в честь Дня защитника Отечества, — вспоминает Журавков. — Мне вдруг стало нехорошо — пойду, говорю, полежу. Только успел отказаться от «терапевтической» рюмки — меня начало трясти. Руки-пальцы свело, они посинели и повисли плетьми. Меня начало колотить. Отец даже прижимал к кровати: трясло так, что невозможно было. «Скорую» вызывали четыре раза — так она и не приехала, говорили, что пьяный просто небось. Не знаю, хорошо это или плохо. Посоветовали выпить корвалола. Не помогло, но минут через двадцать меня само собой как-то отпустило. После этого я пару дней за свой счет взял — сам к врачам не хожу никогда, только на медкомиссии по работе. Вышел на службу, а у меня там нож сапожный есть — часто приходится на производстве использовать. Поточил его и думаю: дай-ка попробую, как он деревяшку режет. И брусочек красного дерева попался как раз на глаза. Начал по нему вырезать, смотрю — получается инопланетянин…

Сам Юрий уже давно не музицирует, говорит, что семья и игра на инструментах несовместимы. Однако мастерить деревянные фигурки он предпочитает под аккомпанемент. Причем самый разнообразный — от звуков космоса до тяжелого рока. Фото из семейного архива.

Насчет причин такого внезапного пробуждения таланта к резьбе Юрий имеет свою версию.

— У меня был двоюродный брат, он, к сожалению, умер в 36 лет, — вздыхает столяр-любитель. — И в 36 лет я начал вырезать. Когда он уже совсем плохо себя чувствовал, на фабрике, где я тружусь, практически не платили, я подрабатывал сторожем еще в двух местах. И вот он, даже будучи прикованным к постели, постоянно кому-то звонил, пытался устроить меня на работу. В эти дни мне постоянно снились сны, где мой брат хлопочет о моем трудоустройстве. Как только я начал вырезать, эти сны прекратились…

Часто результат работы Журавкова отличается от первоначальной задумки. Например, вместо этого индейца должна была получиться девушка, набирающая в кувшин воду. Фото из семейного архива.

Журавкову — водка, Швондеру — доллары

Из-за свободолюбивого характера доучиться до конца Юрию Журавкову так нигде и не удалось. Школу он покинул после восьмого класса; из-за увлечения музыкой на втором курсе расстался и с лесохозяйственным техникумом. Работать Юрий начал шлифовщиком на фабрике игрушек. После развала фабрики в период перестройки он перешел на работу в автомастерскую, которой вскоре тоже не стало. В 93-м году будущий краснодеревщик устроился помощником столяра на фабрику, в которой трудится до сих пор, нынче уже в качестве станочника. Больше всего заказов для своего хобби ему дают именно коллеги. «Только брусок в руки взял какой-нибудь, они говорят: «Во, это будет мне!» — смеется Журавков.

Гитара с Чужим. Фото из семейного архива.

Сын Юрия работает на той же фабрике оператором пружинно-навивочного станка. Сам Журавков-младший резьбой не интересуется вовсе, но отцу с удовольствием помогает. Ищет и доставляет древесину, при необходимости одалживает средства. Он же создал группу в соцсети — в надежде помочь отцу с заказчиками и превратить хобби в прибыльное ремесло. Однако сам Журавков-старший разбогатеть за счет своих поделок не спешит.

— Пытался продавать, конечно, да не берут особо, больше тысячи рублей так и не удалось ни разу выручить, — признается пушкинец. — Друг у меня на рынке одно время работал. Давай, говорит, попробую твои работы продать. Вот, мол, инопланетянин в клетке у тебя, ручная резка, три месяца работал, выставлю за 15 тысяч — нормально. Потом я узнал, что он до трех тысяч сбросил цену — все равно так никто и не взял…

Фото из семейного архива.

Выяснилось, что покупатели, узнав, что работа ручная, стали искать на изделии клеймо мастера. А Юрий, как оказалось, не любитель афишировать свое имя.

— Ну напишу я «Юрий Журавков», что мне за это, бутылку дадут? — усмехается мастер. — Вот если написать что-нибудь вроде «Швондер Семен Абрамович», это уже может потянуть на пару тысяч долларов. Я потом в Интернете так и зарегистрировался, но знакомые сказали: смени имя, тебе не подходит. А на кого сменить? Свое имя я видеть не хочу…

Однако с тех пор Юрий все же ставит на свои поделки фирменное тавро. В качестве подписи он использует цифру 137. Она означает день и месяц рождения мастера. Эта цифра, по убеждению Журавкова, несет в себе некий таинственный смысл, о котором он, впрочем, умалчивает.

Фото из семейного архива.

Чужой на гитаре

Кроме уже упомянутых инопланетян «меню» Юрия включает не так много моделей. Музыкальные инструменты, инфернально-мистические существа и миниатюрные башмачки — вот в основном и все. С последними связана еще одна мистическая история.

— Частенько башмачки мне заказывают одинокие женщины, — говорит Журавков. — Сделал, отправил одной знакомой, сказал: вот башмачки — обязательно найдешь себе пару. И это сработало! И потом, сколько я ни вручал башмачки одиноким, только двое не нашли себе впоследствии пару…

Инопланетян Юрий вырезает самых невероятных. Один раз две его специализации сошлись. Страсть к гравированию гитар совпала с неожиданным заказом. Мастера попросили вырезать на корпусе электрогитары Чужого — инопланетянина из одноименного фильма.

Фото из семейного архива.

— У одной девушки из Питера я купил гитару, до этого один из моих клиентов попросил вырезать Чужого, но ему не понравилось, и заказ не прошел, — говорит Журавков. — Так вот, вырезал я немного другого Чужого уже на ее гитаре. Она увидела фотографии и попросила продать ей эту гитару назад. Сама играть не научилась, а вот ее молодому человеку, мол, очень даже понравится. Купил у нее инструмент я за шесть тысяч, продать обратно с учетом проделанной работы предложил за десять. Но она студентка, денег нет, сказала: накоплю — расплачусь. Ну а я махнул рукой, отдал ей за пять тысяч, правда, уже без чехла и примочек. Я так частенько делаю — отдаю и говорю: как будут деньги, отдадите. Отдают, правда, нечасто.

Гордость итальянца

Как таковой мастерской у Юрия нет. Вырезает прямо дома, сидя на корточках. Вместо рабочего стола — газета, разложенная в комнате между дверью и диваном. Сырье для резки мастер берет где придется. Гитары и лак покупает за свои деньги через Интернет, бревна подбирает на улице или около работы. Специальной литературы Журавков не читает, общения с экспертами не ищет. Полагается лишь на верную руку и свою фантазию. Взять кого-то в ученики тоже не стремится. «Какой из меня мастер — я не педагог. Могу вырезать то, что я хочу, а там — как пойдет, куда выведет», — говорит Журавков.

Вырезать Юрий предпочитает прежде всего то, что пришло ему в голову самому.

— Если мне человек подкидывает идею — это одно, и совсем другое, если просят изобразить что-то конкретное, — поясняет Журавков. — На заказ, как правило, я не делаю. Если люди просят что-то изготовить, я исхожу из того, нравится мне это или нет. Если не нравится, то смысла браться — никакого: все равно не получится. А если нравится, то уж куда кривая выведет. Я сразу предупреждаю о том, что может не то, что задумано, получиться…

Делать из дома музей своих работ Юрий не собирается. Хранит только то, что по каким-то причинам не забрали заказчики. Домашние относятся к бесприбыльному хобби главы семьи с пониманием.

— Жена у меня — ей памятник поставить можно, она молодец в этом отношении, — говорит мастер. — Другая бы давно сказала: иди на фиг со своими опилками отсюда…

Двоюродная сестра Юрия вышла замуж за итальянского художника и сейчас живет за границей. Когда к ним приходят гости, глава интернациональной семьи с удовольствием демонстрирует посетителям изделия русского резчика. Посмотрите, мол, какие у меня есть талантливые родственники в далекой стране. Демонстрировал итальянец поделки Юрия и своим коллегам-художникам. Те уважительно кивают, но помочь с продажей пушкинских сувениров за границей не спешат.

— Сам я к своим работам отношусь без иллюзий, вряд ли они могут кого-нибудь по-настоящему впечатлить, — признается резчик. — А с другой стороны, иногда беру в руки свои работы и поражаюсь: неужели все это сделал я?..

Получайте вечернюю рассылку лучшего в «МК» - подпишитесь на наш Telegram

Самое интересное

Фотогалерея

Что еще почитать

Видео

В регионах