Садисты, кокаин и красный лак
Передо мной шифротелеграмма от 28 апреля 1945 года из Лондона от советского резидента Бориса Крешина (псевдоним «Боб»). В ней информация, полученная от выдающегося разведчика-антифашиста, члена «Кембриджской пятерки» Кима Филби.
СПРАВКА: Борис Крешин — советский разведчик. В 1941 году, как только началась война, Крешина отправили в Лондон для работы в «легальной резидентуре». В Британии он прошел путь от оперативного офицера до резидента (когда в начале 1945 года он возглавил лондонскую резидентуру, ему было всего 30 лет).
В период войны разведывательные данные «Кембриджской пятерки» проходили через Крешина. Сотрудники советской разведки в ту пору в Великобритании работали круглосуточно. Каждый офицер лондонской резидентуры поддерживал связь с десятком агентов.
В рассекреченном документе рассказывается о встрече Генриха Гиммлера с представителем Запада. В роли последнего шведский дипломат, граф Бернадотте (племянник короля Густава V, крестный отец ныне правящего короля Швеции Карла XVI). В ту пору он был вице-президентом Международного комитета Красного Креста.
— Гиммлер в начале 1945 года пытался использовать графа Бернадотте как посредника при организации сепаратных переговоров, — говорит представитель спецслужб Андрей Борисов. — Между Гиммлером и Бернадотте состоялось несколько встреч. На них, в частности, обсуждалось освобождение заключенных и возможная передача концентрационных лагерей под опеку Красного Креста. Надо сказать, что часть переговоров прошла успешно: графу удалось добиться сохранения жизни тысячам заключенных разной национальности.
Но вот что произошло на самой главной, последней встрече, которая длилась целых четыре часа. Из нее вырисовывается полная картина происходящего в нацистской Германии накануне окончания войны. Обратите внимание, что автор шифрограммы для удобства пронумеровал свой отчет.
Совсекретно. Из Лондона.
1. Граф Бернадотте строго конфиденциально сообщил некоторую информацию о его интервью с Гиммлером в Берлине на прошлой неделе, которое продолжалось четыре часа.
2. В противоположность тому, когда Бернадотте виделся с Гиммлером 3 недели тому назад, Гиммлер сейчас признал, что всё кончено.
Бернадотте заявил, что правильной политикой было бы немедленно капитулировать и что это спасло бы бесчисленное количество жизней.
Гиммлер ответил, что он поддержал бы такую линию, но Гитлер не хочет и слышать об этом, а он считает себя связанным клятвой верности Гитлеру. Бернадотте на это заявил, что верность Гиммлера германскому народу является более важным фактором, однако Гиммлер ответил, что он всем обязан фюреру и не может покинуть его в последние минуты.
Гиммлер совершенно не казался взволнованным, и создалось впечатление, что он является совершенно нормальным и сохранил энергию и организационную способность. У него даже хватает времени для чтения книг, рунических подписей, что, очевидно, всегда являлось его любимым занятием.
Гиммлер заметил, что ему известно, что он стоит первым в наших списках военных преступников. Бернадотте сказал ему: то, что он рассматривается как военный преступник, является вполне естественным, так как он является главой гестапо, ужасные жестокости которого доказаны.
Я спросил у Бернадотте, не осталось ли у него впечатления о Гиммлере как о садисте. Бернадотте ответил мне, что, к его удивлению, Гиммлер не произвел на него такого впечатления. Гиммлер сам сказал ему, что ему известно о том, что за пределами Германии его считают жестоким, но на самом деле он не любит жестокостей и что за границей о нем создалось совершенно неправильное мнение. Бернадотте повторил, что о нем следует судить по действиям его подчиненных.
Гиммлер заявил, что действия его подчиненных очень преувеличены. Тогда Бернадотте указал ему на особенные и подтвержденные факты убийств, совершенных гестапо, включая умерщвление 200 евреев в одном из госпиталей. Гиммлер ответил, что этот факт не имел место, однако Бернадотте настаивал на своем; и на следующий день, когда Гиммлер увиделся с ним снова, тот имел честность заявить, что, наведя справки, он, к сожалению, должен признать, что данный случай действительно имел место.
Гиммлер заявил, что он хотел эвакуировать евреев из Германии, в действительности депортация 1200 евреев в Швейцарию была подготовлена через него, но, к несчастью, сообщения об этом в швейцарской прессе стали известны Гитлеру. В результате Гитлер дал строгое приказание о том, чтобы вновь подобных случаев не повторялось.
3. Шелленберг — один из основных помощников Гитлера, по словам Бернадотте, является его разведывательным офицером и характеризуется Бернадотте как порядочный и гуманный человек, который оказал огромную помощь по подготовке эвакуации норвежских и датских интернированных в лагерь в Ноенгамме.
