В свой смертный час

Ушел из жизни ветеран «МК» Александр Ригин

27.09.2013 в 20:55, просмотров: 2686

Есть люди, которым многое дано, да не все получено. Так сложилась и судьба Александра Ригина, который совсем юным в конце шестидесятых пришел в «Московский комсомолец», даже не подозревая, что это останется единственным в его биографии местом работы. Жизнь разделилась пополам: до тяжелой болезни, которая лишила его возможности нормально передвигаться, и после. В первой половине Ригин был великолепным журналистом, специальным корреспондентом «МК», веселым и остроумным собеседником, любителем (и любимцем) женщин, непременным участником дружеских застолий. С конца восьмидесятых это была уже не столько жизнь, сколько непрерывная борьба за существование. Единственное, что он умел делать блестяще, это писать. И он писал: для газет, журналов, издательств. Его тексты отвозили туда друзья, они же частенько привозили обратно не слишком обильные гонорары.

В свой смертный час
фото: Геннадий Черкасов

Говорят, люди живы до тех пор, пока кто-то о них помнит. Многие забыли о Саше еще при его жизни — не всем было дело до поселившегося на окраине Москвы инвалида. Многие, но не все. Ригин (наравне с другим ветераном «МК» Александром Ароновым) был моим учителем. И не только моим. Целые поколения молодых журналистов могли бы сказать о себе то же самое. При этом он никого не учил — учебой оказывалась возможность работать рядом с ним. Наблюдать за тем, как складывает он слова в предложения, как из этих предложений рождаются статьи, очерки, интервью, которые завтра окажутся на так называемой «доске лучших». Тому, кто видел, не забыть этого зрелища: Саша Ригин приступает к написанию очередного «проходного» репортажа о каком-нибудь комсомольском мероприятии. Раскачиваясь на стуле, он сжимает челюсти, нервно кривит губы и стучит кулаком по столу в поисках начальной фразы. Потом вдруг наклоняется к чистому листу бумаги и своим четким округлым почерком выводит: «Первый снег погорячился». Все, дальше пойдет как по маслу, вплоть до не менее броской последней фразы, которая так же важна, как начало.

Однажды при мне некий начинающий журналист поинтересовался у Ригина, зачем он так щедро рассыпает красивые метафоры по ничтожному, в сущности, поводу. Дескать, все мы мечтаем стать писателями, и если сейчас исчерпать их запас, то «на потом» ничего не останется. Саша в ответ только плечами пожал: стоит ли тратить время на человека, не понимающего, что с постоянными упражнениями растут не только бицепсы и трицепсы?

В последние свои годы Александр Ригин стал писателем. Его остросюжетный детективный роман «Смертный час» был опубликован и даже удостоен первой премии на одном из литературных конкурсов. Следующий детектив одобрен крупнейшим московским издательством, сейчас готовится к печати. Ригин уже приступил к третьему. Когда приехала опоздавшая на этот раз «скорая», экран компьютера светился: он работал над новой книгой до последнего дня. И вот что я подумал: дай бог всем нам, склонным складывать слова в предложения, такой конец: уйти в разгар новой работы, не дописав последней фразы. Ведь если Там и вправду что-то есть, хорошо бы явиться Туда не с пустыми руками.