Про Ливию все врут?

Позвонил в Триполи ливийцу, который неплохо говорит по-русски (при этом, как говорит, не был ни в России, ни на Украине, ни в Белоруссии - выучил в университете). Зовут его Мабрук.

"У нас все нормально. Я не работаю на государство, я простой человек, и отвечаю за свои слова. То, что показывают в теленовостях – это как кино. Это не то, что происходит на самом деле, а то, что они придумывают сами. Причем делают это не только западные, но и арабские каналы - «Арабия», «Аль-Джазира». В столице у нас все спокойно, люди ходят, практически все магазины открыты, все работают, дети учатся, никаких манифестаций. Да, в Бенгази, в Тобруке происходят определенные вещи. Но участвуют там ливийцы, которые были в Афганистане, которые были в Гуантанамо. Там много египтян, тунисцев, алжирцев. Они хотят учить нас исламу. Но у нас есть свои народные законы, даже если государственные законы не срабатывают, мы решаем проблемы по-своему. Мы, ливийцы, знаем хорошо друг друга. У нас не как в Москве, где никто друг друга не знает. У нас, наверное, как у вас на Кавказе - я, правда, там не был, но мне рассказывали, что на Кавказе все друг друга знают...

Наши родственники из Бенгази, кто живет там 30, 40, 50 лет, они говорят: очень много новых лиц, людей, которых они раньше никогда не видели. И говорят они по-арабски, но не с ливийским акцентом. И потом, среди лидеров оппозиции много бывших министров – и если что-то происходило у нас в стране плохого, то в этом есть и их вина... Но, повторяю, когда я вижу то, что показывают по телевизору, то это не Ливия, а какая-то другая страна. Такое ощущение, будто снимают новую серию фильма про Рэмбо. Но мы ведь не Ирак и не Афганистан. Мы - Ливия..."

просмотров: 1488



Комментарии пользователей

правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход   Регистрация

Я возглавляю международный отдел «Московского Комсомольца», а попутно пытаюсь заниматься научной деятельностью в сфере политологии. Поэтому тематика моего блога будет вращаться вокруг мировой политики. Впрочем, и другим аспектам заграничной (а, может быть, и не только заграничной) жизни я буду уделять внимание.