Все сейчас только и говорят про Украину

 

Все сейчас только и говорят про Украину. Я отмалчивался, сколько мог, обходил эту тему полем, лесом, садом.

Писал в фейсбук на всякие интересные мне темы. Про Баянову к ее столетию вот написал. Андрей Николаев, например, ответил, что никого сегодня Баянова и проч. не интересуют, увы. У всех в голове только Украина.

Я же стоял на своем, но - сдаюсь.

Итак. У меня есть соседка, исключительно интеллигентная женщина в возрасте, серьезный педагог. Мы с ней иногда пьем чай. Так было и два дня назад.

Сели за стол, я разлил по чашкам кипяток, потянулся за сахаром и задел пульт от телевизора. Телевизор я уже несколько месяцев не включаю. Но, тут он включился сам, а там: Коломойский, Днепропетровск...

- Какая же с**ная в Днепропетровске набережная, - говорит моя соседка. – А ведь я там чуть замуж не вышла!

1966-й год. Москва. Универмаг «Москва» на Ленинском проспекте. Людмила Петровна, тогда просто Людочка (ее имя я от греха подальше изменил) пришла покупать перчатки. Выбирала, выбирала, выбрала. Но, дорого. И вдруг голос сзади:

- Нравится? Подарить?

Люда оборачивается и видит мужчину.

Седая с проплешинами голова, полумесяцем бровь. На вид старше ее матери, присмотрелась – значительно старше. Тело большое, если не сказать - грузное, в огромном, небрежно накинутом шикарном пальто.

Люда смутилась:

- Спасибо, ну что вы, не надо, мне очень неудобно, это так дорого. – И не давая мужчине опомниться - Но с другой стороны… Почему нет? Дарите.

Мужчина вынимает из кармана толстенный кошелек и передает Люде, которую видит первый раз в жизни:

- Плати сама!

- Вы фарцовщик?

- Нет, я с Украины, директор Днепропетровской обувной фабрики. А поехали, юное создание, в «Метрополь».

- Ой, что вы, спасибо, неудобно, не стоит, это очень дорого, там все очень дорого! - И не давая мужчине опомнится. – Но, с другой стороны… Если перчатки не обмыть, они носиться не будут. Я - Людмила!

- А я - Григорий!

Он пил водку, она – красное… И, ни полунамека на постель!

Принесли счет. Григорий заговорчески подвинул ей кошелек:

- Плати сама, - сказал он шепотом.

«Снова проверяет, чиста ли я на руку», - подумала Люда

На следующее утро к дому Люды подъехало такси, и они помчались покупать золотые цепочки, колечки с бриллиантами, одежду и парфюмерию.

- Гриша, ну, мне неудобно, ну хватит, ну не надо больше! – И, не давая Грише опомниться. – Но, с другой стороны… Ладно уж! Разрешаю, покупайте. Что не сделаешь для приличного человека.

В ответ – кошелек в руку и заклинание:

- Плати сама.

В тот же вечер Гриша улетел на Украину. На следующий день звонок:

- Прилетай! Город покажу, билеты оплачу, в Крым свожу.

Они гуляли по с**ной набережной, он рассказывал про своего взрослого сына, про жену, которая погибла, по-глупому выпав из окна. И про старенькую маму. Гриша называл маму святой, говорил, что любит больше всей своей жизни! И каждое утро молит бога о ее здоровье.

Люда безудержно влюблялась в этого пожилого, грузного, но такого доброго человека. И такого элегантного: даже в помещении он не снимал свой роскошный пиджак.

И они полетели в Крым. Он исполнял все ее желания, которые уже ничем не отличались от прихотей. Но, на все: кошелек в руки и ставший уже таким родным тембр его голоса, когда он говорил:

– Плати сама!

Рестораны, такси, Новый свет, Судак, Симеиз…

Она уже стала мечтать о двухэтажной даче в Коктебеле и многокомнатной квартире в Ялте. Такой щедрый, такой обеспеченный мужчина! Его возраст уже казался ей не минусом, а плюсом.

- А полезли на гору Ай-Петри, - предложила Люда

- Тяжело мне.

- Ну, Гриша-а-а-а-а!!!

- Ладно, полезли.

И Люда с Григорием полезли на гору. Он - в плаще до пят с подплечниками. Она – в короткой юбке и на высоченных каблуках.

В вдруг каблук подвернулся. Люда поняла: еще секунда и она полетит с этой самой Ай-Петри к чертовой бабушке. Теряя равновесие, Люда схватила Григория за руку. И …… рука оторвалась!!!

Она кубарем летела вниз, прижимая к груди протез, пальцы которого больно впивались ей ниже живота. От страха и обиды она, что есть мочи кричала: «** твою м…ь!».

Мысли неслись быстрее тела: «Так вот откуда «Плати сама». Так вот зачем пиджаки в жару. Меня приручали! Меня покупали! А-а-а!!!!»

Люда вернулась из Украины на костылях и с синяками под обеими глазами.

Возможно, она слишком персонифицировано кричала - Григорий ей больше не позвонил.

А Люда ему все быстро простила и еще очень долго ждала звонка!

С тех пор прошло почти пятьдесят лет, но когда Людмила Петровна слышит слово "Украина", боль вновь пронзает ее сердце.

Поэтому телевизор теперь она тоже не включает. 

ИСТОЧНИК

просмотров: 10589



Комментарии пользователей

  • Глаз -
    10

    слово мужского рода - "под ОБОИМИ глазами" синяки. История интересная и без моральных уроков. Выводы каждый может сделать свои.

    24 июня 2014 в 12:56 Ответить
  • чушь какя-то графоманская
    11

    Кошелёк из кармана, значит, он достать мог, а открыть и отсчитать одной рукой - нет. Да и что мешало деньги тупо в "котлете" в кармане держать, раз уж такая оказия...

    24 июня 2014 в 13:40 Ответить
  • кетчуча
    8

    Потряс! Вот уж действительно - "жизнь потрясающе интересная штука". Ассоциации, ассоциации и как изощрено реагирует на них человеческий мозг.
    А еще, это готовое литературное произведение, сценарий и куча чего еще.

    24 июня 2014 в 14:17 Ответить
  • Светлана
    -2

    И что хотел всем этим сказать?..
    По-моему, совместили божий дар с яичницей...

    24 июня 2014 в 14:39 Ответить
правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход