Шнитке пушкинской простоты

Дирижер Илья Гайсин: «Альфред знает такие коды души, которые мы и сами в себе не знаем»

10 января 2012 в 18:33, просмотров: 2577

Шнитке — рыцарь музыки на белом коне, профессиональная честность и чистота которого трогает все больше. Множество шнитковских концертов предстоит, но смешать его с Моцартом — идея новая и необычная. Чем близки они? «МК» просвещает идеолог концерта дирижер Илья Гайсин (прежде известный по капелле Полянского, теперь же выступает с камерным оркестром Центра Слободкина).

Шнитке пушкинской простоты
фото: nnm.ru
Альфред Шнитке.

— Весь XX век связан с идеями неоклассицизма, стилизации, полистилистики, коллажа. Все это напрямую относится и к Шнитке: его Сюита — яркий образчик неоклассицизма, вещь легкая по языку и восприятию. А то у людей на Шнитке реакция одна — будет что-то сложное....

— Здесь же — ясно и прозрачно.

— Да, но это не просто стилизация: в этих 15 минутах все его мироощущение, весь XX век! Вспоминаю, как исполнял его «Ревизскую сказку»: сочинения Альфреда оставляют след навсегда. И у слушателя, и у исполнителя. Он каким-то образом знает коды нашей души.

— То есть сейчас нельзя создать ничего оригинального?

— Очень даже можно. Тот же композитор Алексей Курбатов — абсолютно оригинальный стиль и по мышлению, и по языку.

— Но критики скажут, что это было...

— Да критики так говорили и про Моцарта, и про Брамса! А Бах вообще взял двойной скрипичный концерт Вивальди и переложил его для органа, ничуть не скрывая истинного авторства. Никто же не орал — «плагиат, плагиат!», тогда к этому проще относились...

— Кстати, Моцартом вы обрамляете Шнитке с двух сторон...

— По моему музыкально-гастрономическому ощущению — это очень хорошо.

— Гастрономическому?

— У музыки с кулинарией много общего: надо сделать так, чтобы публика получила максимальное удовольствие от ингредиентов, нельзя подавать десерт раньше времени, нельзя допускать переедания. Так и родилась эта «трехчастная» форма: сначала «солнечный Моцарт» со своей поздно написанной Маленькой ночной серенадой. Потом «простой» Шнитке. Но все это такая, знаете, пушкинская простота, когда всяк, и ребенок, и лингвист, обнаруживает свой уровень восприятия. Ну и завершаем Сороковой симфонией; минорные сочинения были непопулярны в эпоху классицизма, но моцартовский минор всегда стоял особняком...

— Шнитке говорил не раз, что он не пишет музыку, а как будто подслушивает.

— Да, многие творцы так или иначе понимали, что им кто-то подсказывает: когда видишь абсолютно чистые, без единой помарки моцартовские партитуры, знаешь, сколь мало было времени на запись, — понимаешь, что Моцарт и вправду скорее записывал, чем «сидел и напряженно сочинял».

— Физик Стивен Хокинг не считает, что человек является венцом творения. Научный прогресс может его вывести на большую ступень. А как вы считаете?

— Если человек создал собор Св. Петра в Риме, «Тайную вечерю», Девятую симфонию (Бетховена), Интернет, мобильную связь, все то, что глобально изменило мир, — думаю, он достоин назваться венцом эволюции. Что до музыки... скажем, у Брамса процент гениальной музыки самый высокий. Почти все его произведения — шедевры, нет проходных.

Любопытно, что у солирующего в концерте известного альтиста Сергея Полтавского 11января день рождения; сам он выдает нам собственную трактовку шнитковской Сюиты:

— Если произведение Шнитке для двух скрипок Moz-Art более авангардно по своей сути, то как раз Сюита выписана целиком как стилизация под предмоцартовскую музыку эпохи барокко. Мы ее исполним в обработке Юрия Тканова для альта и оркестра. Что интересно: в начале и в конце произведения возникают диссонансы — единственная подпись Шнитке из XX века, без них — так все мило, пастушки-пастушки, пастораль, менуэт, галантный век. Но это суть лишь барочная маска, костюмы, условности. Диссонансы намекают на волков в овечьей шкуре...

Показательно, что сам Шнитке не считал эту музыку своей и даже не выходил на поклон при ее исполнениях.



Партнеры