Нина — мама “Гардемаринов”

Как выяснил “МК”, знаменитые киногерои родом из Подмосковья

16 апреля 2008 в 19:01, просмотров: 3220

Принцип “продолжение следует” становится все более популярным в отечественном кино. Вот, к примеру, отпраздновавший свое двадцатилетие кинохит 80-х “Гардемарины, вперед!” скоро получит продолжение. Им займется бывший “гардемарин”, а ныне продюсер Сергей Жигунов. Это дело будущего, а сейчас хочется еще раз бросить взгляд на титры популярного фильма. В них — целых три сценариста. Юрий Нагибин — известный писатель. Светлана Дружинина — режиссер фильма и признанная “мама гардемаринов”.

А кто такая Нина Соротокина, идущая в списке номером вторым? С этим вопросом “МК” и обратился к самой писательнице... Оказалось, что на вопрос о “материнстве” может быть совсем другой взгляд.

Гардемарины живут в Троицке

— Нина Матвеевна, как на свет появились “Гардемарины”?

— Они “родились” в подмосковном городе Троицке. Я гуляла с приятелем по шоссе. А навстречу шли морячки — у нас тут недалеко военная часть. Мой приятель удивился: “Надо же, в этом сухопутном месте — гардемарины!” И это слово, которое потом стало, как теперь говорят, брендом, мне тогда в душу запало. Так что родина “Гардемаринов” — наукоград Троицк. Я в то время окончила аспирантуру и преподавала в строительном техникуме — сантехнику. Работа меня устраивала удобным графиком, а сантехника имела отдаленное отношение к моей специальности инженера по строительству гидросооружений. Ребенок у меня был спокойный, график работы свободный, и я решила зря время не терять. У меня уже было написано несколько рассказов. Но слава Дюма покоя не давала. (Смеется.) Я решила написать роман про трех молодых людей, которые учатся в навигацкой школе в эпоху царицы Елизаветы. Эта эпоха тогда была в литературе не очень популярна — “междуцарствие”, у власти женщина, добрая, веселая, без садистских наклонностей. Это было время послаблений — нечто вроде оттепели 60-х. Роман я в итоге написала, и он провалялся семнадцать лет. Я в это время сочиняла рассказы — “грустную прозу”, как называл ее Юрий Нагибин, с которым я познакомилась на писательском семинаре. Рассказы мои публиковали, даже переводили на иностранные языки. А “Гардемарины”, которые назывались тогда “Два заговора”, лежали без движения, пока все не сладилось со Светланой Дружининой, которой я очень благодарна.

— А как сладилось?

— Я ей позвонила, затем отнесла роман — пухлую папку с машинописной рукописью, которая пролежала у нее год. Сначала прочитал роман муж Дружининой, замечательный оператор Мукасей, которому эта история понравилась. Словом, наконец дело пошло.

— А как все было юридически оформлено?

— Я притащила роман прямо на “Мосфильм” — вещь невозможная, обычно на киностудию приносят сценарии. Уже потом мы писали сценарий по этому роману со Светланой Дружининой. Подтверждение того, что роман был мной написан раньше, до сценария, — публикация глав из него с предисловием Нагибина в журнале “Студенческий меридиан”.

— С вами не заключали договора?

— На сценарий — да. И сначала у него было два автора — Дружинина и я. Мои авторские права на роман юридически оформлены не были. Это в голову никому не пришло. Первый вариант сценария я писала сама, абсолютно не умея это делать. Со Светланиной стороны была правка и переделка. А вот последующие серии — “Виват, гардемарины!” и “Гардемарины III” — писали вместе. Практически по моему роману “Два заговора” сделаны только первые 4 серии — “Гардемарины, вперед!”. В двухсерийном фильме “Виват, гардемарины!” сохранились герои, но сюжет развивался дальше. “Гардемарины III” появились потому, что на “Мосфильме” осталась декорация Венеции от съемок фильма по Гольдони. Роскошная декорация с фасадами домов, двумя каналами, с набережными, с настоящими гондолами. И нам предложили придумать сюжет про гардемаринов под эту декорацию. На мой взгляд, это неудачная серия, притянутая за уши, я ее не люблю.

“Увидев своих героев, я сползла по стенке”

— Кто придумал название “Гардемарины, вперед!”?

— Не я и не Светлана. Это точно. Нагибин предложил название “Трое из навигацкой школы”. Кто автор окончательного названия, теперь не вспомню.

— Как Юрий Нагибин стал соавтором сценария?

— Светлана не без оснований опасалась, что сценарий выкинут из планов студии. И она предложила мне поговорить с Юрием Марковичем, чтобы он нас прикрыл своим академическим крылом. Вначале его участие было формальным, а потом он очень активно правил сценарий, придумал некоторые сцены.

— В выборе актеров вы принимали участие?

— Света со мной советовалась. Но, конечно, были бесспорные фигуры, такие как Михаил Боярский, Александр Абдулов, Иннокентий Смоктуновский, Евгений Евстигнеев, Станислав Стржельчик. То, что они в фильм пришли, целиком заслуга Дружининой.

— А когда вы в первый раз увидели самих гардемаринов, какое было впечатление?

— Я испугалась, едва по стенке не сползла, когда увидела их троих в костюмах, в париках. Дима Харатьян, Сергей Жигунов и какой-то третий мальчик — это еще пробы были. Шевельков пока еще не появился. Мне было ужасно интересно! Я очень благодарна Светлане, что она брала меня на съемки, во все экспедиции. Никогда не забуду, как мальчишки скакали верхом в ромашковых полях — это было фантастически красиво. И зимняя натура была очень красивой. И костюмы замечательные. Боярский сказал тогда, что он два раза был по-настоящему доволен костюмом: в “Собаке на сене” и в “Гардемаринах”. Вообще-то денег было мало. Только Дружинина могла за “три копейки” делать фильм так, чтобы на экране все выглядело солидно. Исторический, костюмный фильм — это безумно дорого. Как она это сделала, я вообще не представляю.

— Какие отношения были с актерами на съемках?

— В экспедициях все живут в гостинице, после съемки выпивают, как водится у русских людей. Словом, рабочие отношения, “полевые”. Поработали, разъехались, вот, собственно, и все. У нас было на площадке пять главных молодых героев, и все они были общими любимчиками. Три молодых парня и две очаровательные девицы — Ольга Машная и Татьяна Лютаева. Парней сдерживать было довольно трудно. Дима все время мотался на другие съемки. Шевельков к тому времени был достаточно известен. Конечно, они валяли дурака. Помню, как Шевельков гордо говорил, что ему на съемках носки должны подавать, а его поселили в плохой гостинице. А откуда было тогда взять другую? В последний съемочный день мальчишки выказали полное пренебрежение к нам. Действительно, какие-то две бабы мастырят чего-то про XVIII век. Это потом к фильму пришел успех, все трое ездили по стране. И, как Жигунов говорил, вся их машина была в следах от губной помады поклонниц.

— Они изменили свое отношение к “двум бабам” после успеха фильма?

— Они у нас попросту не снимались в последнем фильме. Света решила Шевелькова заменить. Я ее в этом поддерживала, потому что, с нашей точки зрения, он был смутьян. Может, мы ошибались. А Жигунов без Шевелькова не хотел сниматься. Правда, во второй части он снялся, а в последней уже нет. Шевельков до сих пор очень обижен на этот фильм: мол, он поломал ему карьеру. Я долгое время думала: какие неблагодарные ребята! А потом поняла, что этот фильм проехался колесом по всем. Вот от меня теперь требуют только исторической литературы, которая мне порядком надоела. А ребятам каково? Их стали воспринимать как исполнителей костюмных ролей, актеров приключенческого жанра. Хотя по-разному было. У Жигунова на волне успеха проявились менеджерские способности, которые позволили ему создать собственную студию. Шевельков на время ушел из профессии. Теперь, насколько вижу, вернулся, в сериалах снимается.

“Теперь за дело возьмутся мужчины, без всякого бабья”

— Сергей Жигунов собирается делать продолжение “Гардемаринов”. В соавторы случайно не приглашал?

— Первый раз он меня пригласил для переговоров в 1997 году. Помню, я долго шла по коридорам и лестницам совершенно разоренного “Мосфильма”. И вдруг открылась дверь: белоснежный офис, в котором сидит шикарный Жигунов. Еще тогда он хотел делать продолжение “Гардемаринов”. Была такая идея, что мы будем Севастополь брать с Потемкиным. Под этот проект Лужков вроде бы давал деньги.

— То есть Жигунов купил права на эту историю?

— Нет. Он купил права на героев. Заплатил, по-моему, очень хорошо. Это притом что на съемках у нас с Сережей не было каких-то особо сердечных отношений. Но фильм так и не возник, срок договора кончился. И герои были им куплены еще раз — два года назад. Это будет совершенно самостоятельный сюжет, только с моими героями. И, похоже, продолжением займутся серьезные парни, без всякого старого бабья. Настоящая мужская работа.

— Анастасию Заворотнюк вы в какой-нибудь роли в этом продолжении видите? Просто говорили, что она сыграет одну из главных ролей в новых “Гардемаринах”…

— А почему нет? У меня к этому нет никакой ревности. Пусть делают что угодно — ради бога! Мне важно, чтобы в этом проекте мое имя присутствовало. Я понимаю Светлану Дружинину: ей тяжело, мне, да и кому бы то ни было, отдать “Гардемаринов”. Но формально они мне принадлежат. И она мне простить не может, что я их куда-то продаю на сторону. А мне хочется, чтобы Сергей сделал фильм. Лет мне уже много, и я хотела бы успеть увидеть, что у него получится. Он где-то назвал дату — 2009 год.

“Светлана Дружинина меня по дороге потеряла”

— А когда появилось первое издание вашего романа?

— В издательстве “Современный писатель”, в 1988 году. Правда, до этого было издание в 1987 году в Ростове-на-Дону — с фотографией Жигунова. И там было написано, что он эту книгу посвящает своему родному городу. Я тогда, конечно, разозлилась. Но, надо сказать, роман издавали в самых разных периферийных издательствах без всяких договоров и гонораров. Это были лихие 90-е годы.

— Еще три романа про гардемаринов были написаны вами после фильма.

— И к сюжетам экранных “Гардемаринов” сюжеты этих книжек отношения не имеют. Так вот когда у нас появились отношения с Жигуновым, тут же испортились отношения с Дружининой, которые сейчас подошли к своему логическому концу. Как-то так возникла легенда, что “Гардемарины” — это ее полная собственность и фильм она делала с Нагибиным. Меня вывели за скобки. Вроде как я к этому никакого отношения не имею. Недавно в какой-то телепередаче Светлану спросили, как появились “Гардемарины”. И она представила меня как какую-то странную бабу, которая все время вяжет, преподает сантехнику. И вот эта баба, жутко заикаясь, передала ей в какой-то чудовищной папке роман. Роман попал в руки двум замечательным мастерам — Дружининой и Нагибину. И они сделали из него то, что стало нужным русскому народу. А тетка как жила где-то там, так и живет и упоминания не стоит. Фамилии моей она не назвала. Я все понимаю: если бы не было фильма, может быть, никто и не заметил бы моего романа. Мало ли у кого есть в столах романы, да? А может быть, я бы умерла, как Лажечников, автор “Ледяного дома”, и меня полюбили бы после смерти. Конечно, и фильм, и рекламу — все это сделала Дружинина. Но по судьбе-то, если бы не было романа, то не было бы и фильма? Верно? Как это можно не помнить? Конечно, она много сделала. Но ты выдумай персонажей, маски! Ты же этого не можешь! К тому же это я ее за руку привела в XVIII век. И она там освоилась и поселилась на многие годы. Понимаете, она всегда была “мамой гардемаринов”. Фотографировалась с исполнителями главных ролей и все прочее. Я это понимаю. К сценаристам такое отношение во всем мире, неспроста же они недавно в Голливуде бастовали. Но Светлана-то знает, какое отношение я имею к “Гардемаринам”. Хотя бы не выставляла меня городской сумасшедшей!

— А Нагибин что говорил про ваше участие в создании “Гардемаринов”?

— После премьеры первых “Гардемаринов” в Доме кино жена Нагибина, Алла, говорила, что Юрий Маркович был страшно рад за меня, ведь я его ученица. Двадцать лет счастья мне выпало: быть его ученицей, другом и даже соавтором — мы вместе написали несколько сценариев. Недавно о Юрии Нагибине вышел фильм на телевидении, что меня очень порадовало. Но в нем опять выступила Светлана Дружинина, утверждая, что они с Юрием Марковичем делали “Гардемаринов”. А меня вроде бы и не было. Я знаю, к сценаристам такое отношение в порядке вещей, про них редко вспоминают. Но вот недавно праздновали двадцатилетие “Гардемаринов”. На ТВ была передача, приехали актеры из Петербурга, все там были. Меня даже и не позвали, как будто я к этому не имею отношения. Откуда-то взялась легенда, что я такой рак-отшельник, живу одна, никого не принимаю. Ничего подобного! Я открыта для общения. Веду передачу на троицком телевидении, куда ко мне приходят самые разные люди — от знаменитых на всю страну до известных только в пределах Троицка. Меня благополучно публикуют. Но из истории с “Гардемаринами” меня вычеркнули. Славы особой у меня нет, и “Гардемарины” — самая известная моя вещь. Для меня это очень важно. Мне перед своими детьми и внуками неловко. С одной стороны, книги на полке стоят, мое имя в титрах фильмов есть. Но из шеренги всех причастных к их созданию я вытолкнута. Случайно или специально, я не знаю…



Партнеры