Кому он нужен, этот ВГИК?

Владимир Малышев: «Ситуация с выпускниками катастрофическая»

22 ноября 2013 в 12:10, просмотров: 24998

В Москве в эти дни проходит 33-й Международный фестиваль ВГИКа — старейшего кинематографического вуза страны. В следующем году он отметит 95-летие, наверняка в новом 11-этажном здании с киноконцертным залом на 700 мест, учебным театром на 200 кресел, просторными аудиториями. Что происходит сейчас с институтом, в котором учились Андрей Тарковский, Василий Шукшин, оскароносцы Никита Михалков и режиссер анимационного кино Александр Петров, Алексей Герман-младший и Федор Бондарчук?

Кому он нужен, этот ВГИК?
фото: Антон Левдиков
Ректор ВГИКа Владимир Малышев

В фестивальные дни можно посмотреть работы студентов, оценить, на что годятся молодые кинематографисты, что и делают зрители, без скидок на то, что перед ними ученические опусы. Фестиваль, по словам его продюсера и режиссера Федора Попова, возглавляющего объединение «ВГИК-Дебют», — продолжение учебного процесса, он закаляет студентов, учит их держать удар — критике наверняка подвергнутся все представленные работы.

На вопрос, зачем, собственно, нужен этот фестиваль, ректор ВГИКа Владимир Малышев отвечает: «Необходимо предоставить студентам возможность показать себя, заинтересовать их работами продюсеров и лишний раз продемонстрировать, что образование, которое мы даем, не что-то застывшее, а живое дело. Надоело всякий раз выслушивать высказывания о том, что ВГИК — устаревшая структура. Это делается и для того, чтобы заманить народ в свои киношколы, появляющиеся как грибы. Их организаторы любят говорить о том, что только они могут научить снимать кино. Но пусть прежде докажут, на что способны. Когда у них будут такие выпускники, как во ВГИКе, тогда и поговорим. У нас на актерском факультете конкурс достигает 100 человек на место, на режиссуре — от 50 до 70. Хватит стесняться! Надо прямо заявить, что мы будем бороться с шарлатанами. Это же безобразие, когда в цехе электрозавода устраивают курсы, не имея ни одного педагога. Цель у таких людей одна — получить от государства деньги. Обижать ВГИК мы не дадим».

фото: Антон Левдиков
Член жюри Любовь Толкалина

Всякий раз возникают вопросы, куда деваются выпускники вуза, имеют ли они шанс заявить о себе и что для этого делает родной вуз? У нас до сих пор нет серьезных исследований на предмет того, сколько потребуется киноотрасли специалистов через 3, 5 или 10 лет. Необходимость в творческих кадрах есть, одно только производство сериалов и телепроектов увеличивается год от года. Необходимо порядка тысячи режиссеров в одно время. А может, и больше. Кто даст точный ответ на этот вопрос?

У нынешних выпускников нет возможности начать работать сразу по окончании вуза. Они предоставлены сами себе. Хорошо, если мастер попадется сердобольный и энергичный, поможет с трудоустройством. Некоторые актеры-педагоги обзванивают коллег, просят обратить внимание на своих студентов.

Раньше начинающий режиссер шел работать ассистентом режиссера или оператора, вторым режиссером, получал бесценный опыт. И лет через пять ему давали свою постановку. Сегодня продюсера мало волнует наличие диплома. Лишь бы умел работать на съемочной площадке, знал современную кинотехнику. Но для этого продюсеры должны хоть как-то вкладываться в образовательный процесс. А они постоянно твердят о том, что не с кем работать, что приходят молодые кинематографисты, которым камеру не доверишь. Цифровые технологии стремительно развиваются. За ними трудно угнаться. Не всегда у киношкол есть возможность быстрого переоснащения. Что мешает телеканалам, руководителям студий сделать заказ на молодых специалистов, доплачивать за их обучение, чтобы потом получить для себя по меньшей мере качественного работника?

Вчерашний студент попадает в потогонное производство, где все делается в недельный срок. Как в такой ситуации проявить себя? Не забыть все лучшее, чему научили. По мнению Владимира Малышева, телевидение способно загубить своей безвкусицей не только зрителя, но и начинающего кинематографиста.

фото: Антон Левдиков
Будущие актеры и их мастер Игорь Ясулович

Кинорежиссер Джаник Файзиев («Август восьмого», «Турецкий гамбит»), сам выпускник ВГИКа, недавно набрал первую мастерскую режиссуры кино и телевидения, теперь учит второкурсников. «Иногда я думаю: черт меня понес на эти галеры, — говорит Файзиев. — Но это интересный процесс. Я все время думаю о том, как мои ученики будут зарабатывать на жизнь, чем будут заниматься после окончания института. Занимаюсь, по сути, воспитанием молодого бойца, объясняю, что и где может взорваться. Устраиваю мини-съемочную площадку, чтобы они почувствовали вкус кино, пытаюсь устраивать их на работу. Научить ремеслу можно, а вот таланту нет. Но роль мастеров не нужно преуменьшать. Одно то, что в работах студентов стало меньше мата, — заслуга педагогов. Сегодня во ВГИК поступают в основном 18–19-летние люди. А когда я пришел сюда, нам говорили: ты прежде наберись жизненного опыта, помыкайся как следует, тогда и приходи. Но в мировых киношколах сегодня учатся в основном совсем молодые ребята. У них нет никакого жизненного опыта. Я дал своим студентам задание — снять портрет человека на дне. И они открыли совершенно новый для себя мир. Творческий процесс полон неожиданностей. Троечник может рвануть вперед на последнем курсе или после института. Помню слова Ролана Быкова, который сказал мне, что человек может проявить себя только через 8 лет. Мы живем в более бурное время, хотя не исключаю, что, возможно, и теперь требуется не менее 8 лет, чтобы заявить о себе. Студент может проявить себя и через 10 лет после окончания киношколы. Но есть и другие примеры. Актриса Светлана Иванова, ученица Игоря Ясуловича, снималась у меня в картине в «Августе восьмого», будучи студенткой последних курсов ВГИКа».

Спрашиваю у заведующего кафедрой актерского мастерства Игоря Ясуловича — разрешают ли теперь студентам сниматься? Когда-то это строго-настрого запрещалась, считалось, что работа в кино мешает обучению. Кого-то исключали из института за самовольную работу в кино. «Владимир Ивашов был взят Григорием Чухраем в «Балладу о солдате» с первого курса, — говорит Игорь Ясулович. — И Жанна Прохоренко пришла на съемочную площадку, будучи студенткой Школы-студии МХАТ. Все зависит от того, куда и кто зовет, на какой материал. Иногда ведь благодаря ранней роли может состояться судьба. Но учебный процесс лучше не нарушать. Хотя я прекрасно понимаю — когда студенты снимаются, они набираются опыта. Это тоже учебный процесс. Среда, в которую попадают молодые актеры, очень важна. Я вижу, какими наши студенты возвращаются из сериалов, что с ними происходит. Молодые люди, пришедшие в актерскую профессию, должны понимать, что они занимаются самым прекрасным делом на свете — человековедением. Задача актера — нащупать болевые точки, понять мотивы поступков своих героев, заниматься не текстом, а людьми. Разве им не обидно слышать само словосочетание «сериальные артисты»? Увы, нам все чаще приходится произносить текст, который не запоминается, а важно, чтобы он ложился на язык. Трудно работать, когда тебя все время куда-то гонят, требуют выдавать определенное количество минут. Иногда кажется, что ты произносишь один и тот же текст. Режиссер говорит: «Домохозяйка вышла из комнаты, а теперь вернулась, и надо для нее еще раз повторить». Неужели нельзя все это изложить другими словами?»

Антон Мегердичев, режиссер фильма «Метро», около 12 лет работавший режиссером и режиссером монтажа на документальных проектах Леонида Парфенова, как говорится, ВГИКов не кончал. Он выпускник факультета автоматики и телемеханики МИИТа. Теперь приглашен в жюри студенческого фестиваля оценивать работы молодых. Антон рассказывает, что всю жизнь занимается самообразованием и считает, что выпускники ВГИКа на голову выше всех остальных по своему отношению к кино как к творческому труду, они не относятся к нему как способу зарабатывания денег.

Такой опытный педагог, как режиссер Владимир Фенченко, считает, что каждому начинающему режиссеру необходимо еще доказать свое право снимать кино. Но для тех, кто имеет на это моральное право, все еще нет реальных возможностей для реализации дебютного фильма. Он рассказывает, что его ученики заранее настроены на поражение, поскольку непонятны критерии оценки проектов при распределении государственных средств. Почему одному дают деньги, а другому нет? Кто вообще определяет эти критерии?

Ректор ВГИКа Владимир Малышев считает, что лед тронулся и выпускникам возглавляемого им вуза станет чуть легче. Теперь продюсерские компании обязаны брать на практику студентов. А Минкульт должен выделять вгиковцам средства на производство трех игровых картин, часа документального кино и часа анимации. Это шанс для самых талантливых студентов получить фильм на выходе из ВГИКа.

— Владимир Сергеевич, скажите, а за профнепригодность еще отчисляют? Что это, в общем, такое — патологическая неспособность к творчеству?

— Да, мы отчисляем. Обычно одного-двух человек из группы. Бывает, кто-то на фоне других поначалу не проявляет себя, но педагоги не спешат его отчислять. Для нас это неприятное событие, ведь таким образом ломаешь человека. Может, этот студент через два-три года войдет в новую стадию жизни и проявит себя?.. Но есть люди, которые не просто не проявляют таланта, но наплевательски относятся к учебе. Зачем тратить на такого студента силы и время? Мы всегда напоминаем ребятам о том, скольких талантливых людей они оставили за бортом. 2,5 тысячи абитуриентов претендуют на 20 мест на актерском факультете. Когда на последнем экзамене остается 70 человек, из которых надо отобрать 20, я перестаю ходить на экзамены, потому что всех жалко. Случается, сразу ярко проявивший себя студент к третьему курсу сдувается. А какой-нибудь середнячок с каждым годом набирает и к концу обучения становится самым заметным на курсе. Существует статистика наборов и выпусков, которая ведется с 1927 года. В целом мало что меняется. И в прежние годы набирали в мастерские по 20–25 человек. Дай бог, если один из них становился знаменитым, по-настоящему реализовывался в профессии. Нельзя набрать пять студентов на актерский или режиссерский курс и ждать, что все они окажутся гениальными. Но это не значит, что остальные пропадают, сразу идут в грузчики. Основная часть все равно остается в искусстве, находит себя.

— То есть ситуация с выпускниками не катастрофическая?

— Катастрофическая. Раньше ведь как было? После института мы доучивались, получали доводку на студиях, куда распределяли молодых режиссеров. Нельзя после того, как человек снял дипломную 20-минутную картину с пятью актерами, требовать, даже если он очень талантливый, чтобы он сразу брался за полнометражный фильм, работал со съемочной группой в 40–50 человек на 35 объектах. Единицы могут вписаться в такую ситуацию. Тех, кто заканчивает хирургический факультет, не сразу же отправляют на операцию по пересадке сердца. Выпускник высшего военного училища не может тут же командовать полком. А у нас и практика-то зачастую показушная. Я добивался жесткого постановления правительства, чтобы те, кто получает от государства деньги, обязаны были брать на настоящую практику студентов. Иногда звонишь знакомому продюсеру, просишь взять студента, а он отвечает, что у него и без того полно хлопот, мало съемочных дней, а тут еще студент будет болтаться под ногами. А потом эти же продюсеры заявляют, что у нас плохое образование. Не может обучение строиться на одной теории. Будущий кинематографист обязательно должен пройти настоящую практику в съемочной группе. Поваришься там полгода и тогда только начинаешь что-то понимать.



Партнеры