ОБРЕЧЕННЫЕ

2 декабря 1998 в 00:00, просмотров: 232

62-летний Юрий Бабурин — отставной майор авиации — не может сдержать рыданий. В соседней комнате его ждет умирающая жена. Он сжимает губы и старается говорить четко и по существу, как привык, но ресницы все равно смаргивают слезу. ...Собственно, с военной службы все и началось. Возможно, будь у Бабурина другая, гражданская профессия — меньше пришлось бы мотаться по стране, и судьба семьи сложилась бы иначе. Жена Валя, офицерская жена, за мужем по всем тмутараканям и дырам — от Забайкалья до Азербайджана и Туркмении. Их старшая дочь родилась в Небитдаге, младшая — в Красноводске. Знаете, что несли в руках пассажиры, улетающие красноводским рейсом в конце 60-х? Голубоватые трехлитровые банки — с чистой питьевой водой. Каракумы дышат раскаленной топкой, ветер гонит тучи песка и так нахлестывает лицо, что оно горит, словно ошпаренное, а капли редкого дождя высыхают прямо в небе. Там и случилось несчастье с Юрием. Не уберегся где-то. Кто же знал тогда, что Средняя Азия, ко всем ее обманчивым прелестям, — природный очаг многих редких инфекционных болезней. Такой, например, как эхинококкоз. Это когда в человеке поселяется личинка: пузырь, наполненный жидкостью, размером с игольное ушко. Она принимается расти и вырастает до 50 см в диаметре, а то и больше, вызывая отравление и абсцессы печени, легких, других органов. Если такой пузырь разорвется, появится много новых пузырей. Вылечиться от эхинококкоза нельзя, пузыри можно только вырезать. Постепенно, по мере появления все новых и новых. Юрию Алексеевичу пришлось сделать 5 операций. Первую в 1970 году, последнюю по счету — в 1994-м. Дважды вырезали эхинококковые пузыри из печени, дважды — из брюшной полости и легких. Пострадала от паразитирующей личинки диафрагма — в нее вставили кусок синтетики. Удалили щитовидку, потом диск позвоночникаѕ Валя, с детьми на руках, билась над мужем, выцарапывала его с того света. Не отходила, когда после тяжелейшей операции на печени Юрий не вставал полгода. Помогала учиться ходить на костылях после операции на позвоночнике. Оказалась верной женой во всем. И однажды... сломалась. У совсем еще молодой женщины врачи обнаружили рак груди. Под нож хирурга легла уже сама Валентина, а муж не находил себе места от страха за ее жизнь. Тогда казалось, все прошло благополучно. Но спустя годы вернулись боли в позвоночнике, потом в голове: метастазыѕ Так Бабурина стала постоянной пациенткой Онкоцентра, что на Каширском шоссе... Нет, рук они не опускали. Воспитывали дочек, вили семейное гнездо в Подольске, куда перевели Юрия. Своими руками, всем на загляденье, выстроили просторный деревянный дом на садовом участке. Валя находила утешение в цветах. Астры, розы и гладиолусы, высаженные женой сперва на дорожке перед домом, постепенно заняли половину участка... В последний год она не могла уже самостоятельно выходить на улицу. Вынуждена была передвигаться в корсете по горло — позвоночник, источенный раковыми метастазами, стал хрупким. Все чаще требовались курсы химиотерапии. Сбережения разлетались со свистом. Препарат для проведения "химии" стоит больше 19 тысяч рублей новыми, а 3 упаковки лекарства, которое нужно вводить после курса, для увеличения количества лейкоцитов — 18 тысяч, не считая всякой "мелочевки", которая тоже тянет на пару-тройку тысячѕ Этой весной, посовещавшись, Бабурины приняли нелегкое решение — расстаться с утопающим в цветах дачным участком. 15 тысяч долларов супруги положили на валютный счет в Подольский филиал банка "Менатеп" — на самый-рассамый черный день. Черный день пришел осенью. У Бабуриной наступило очередное резкое ухудшение. 30 сентября ее снова положили в Онкоцентр. Два месяца Юрий Алексеевич, не отходя, провел возле ее постели. Спал на раскладушке в палате жены — спасибо, врачи разрешили. Конечно, он за всеми своими страшными хлопотами вспоминал о немаленьких, куда как нужных им деньгах, зависших на замороженном "менатеповском" счету. Написал заявление, что, мол, нельзя ли получить деньги со счета "в порядке исключенияѕ ввидуѕ", приложил гору медицинских справок — своих и жениных — и отнес в подольский филиал. К начальнику, правда, не смог пробиться, побывал только у неких хладнокровных клерков Геннадия Николаевича и Владислава Борисовича, утешивших Бабурина: "У всех такое положение". У всех, да не у всехѕ Сейчас майор Бабурин, влезший за два осенних месяца в непомерные долги, хочет, чтобы его вклад из "Менатепа" был передан в Сбербанк РФ. Но нужное заявление о своем согласии Юрий Алексеевич не успел написать вовремя. Жену готовили к курсу "химии", а провести так и не успели: Валентину Васильевну парализовало, она потеряла речь. Мы — от имени Бабуриных — просим банк "Менатеп" внести их в реестр вкладчиков, переводящих свои вклады в Сбербанк. А Сбербанк — выплатить им в буквальном смысле "кровные" БЕЗ ПРОМЕДЛЕНИЯ. Хотя бы ввиду исключительности обстоятельств, в которых оказалась эта офицерская семья.





Партнеры