ЧТО ЖЕ НАМ ДЕЛАТЬ С ЭТОЙ ЧЕЧНЕЙ?

26 февраля 2000 в 00:00, просмотров: 648

У государства пока нет программы восстановления Чечни. Сегодня ответить на вопрос, сколько России придется заплатить за разрушенное войной хозяйство, не сможет никто — даже самые маститые чиновники не знают истинного масштаба разрушений. Комиссии — государственная и парламентская — только недавно приступили к работе. В министерствах и ведомствах пока готовят оценочные расчеты, которые потом будут сведены воедино. Пока даже о порядке необходимых затрат не говорит никто. После первой военной кампании размеры ущерба оценивались от 5 до 35 миллиардов долларов. Госпрограмма восстановления республики предусматривала выделение 5-6 миллиардов долларов. Реально в Чечню ушло меньше, а дошли и вовсе считанные копейки. Деньги были разворованы... Нам удалось найти человека, знающего, сколько нужно вложить в восстановление нефтяного комплекса Чечни, который правительство планирует поднимать в первую очередь. Это президент клуба нефтяников "Афиша" (в 91—93-м годах первый замминистра ТЭК) Эдуард Грушевенко, который эксклюзивно для "МК" предоставил свои расчеты. Правительство планирует передать предприятия нефтяного комплекса Чечни на баланс государственной нефтяной компании "Роснефть". Идея в следующем: нефть будет уходить на экспорт и зарабатывать доллары для восстановления республики, а попутно добываемый газ обеспечит республику электроэнергией и теплом и позволит запустить другие производства. По расчетам специалистов, полностью восстановить нефтегазовый комплекс Чечни (без войны, терактов и воровства) можно за три года. В условиях военного времени, устанавливая временные трубопроводы, — даже за год. ...Грозненская нефть всегда считалась элитной. Это было настоящее "черное" золото — она легко добывалась и была необычайно чистой. Ее использовали в нефтехимии и выпуске пластмасс для авиационной промышленности. Даже Ватикан закупал парафин "кавказской национальности" для своих священных свечей. Во времена бывшего СССР предприятия "Грознефти" (Чечено-Ингушетия) производили 4,2 миллиона тонн сырья. Сегодня добывается 330—360 тысяч тонн в год. Для того чтобы запустить нефтедобычу и довести ее до советского уровня, потребуется как минимум 350 миллионов долларов или гораздо больше, если большинство скважин разрушено. С нефтепереработкой сложнее. После таких боев, которые шли в Грозном, нефтеперерабатывающий завод придется строить заново. Самый примитивный (который будет выпускать только бензин, дизельное топливо и мазут) обойдется в 400—500 миллионов долларов. Учитывая восстановление разрушенных подъездных путей и нефтепроводов (сидя в Москве и не зная истинного масштаба разрушений, можно только гадать, во сколько встанет их восстановление), суммы получаются нешуточные. Порядка миллиарда долларов. Впрочем, нефтезавод — это далекое будущее, и заглядывать в него не стоит. По расчетам специалистов, российские нефтеперерабатывающие заводы загружены лишь наполовину. Поэтому сегодня собственная переработка Чечне не нужна — по крайней мере это не первостепенная задача для республики. Для собственных нужд можно построить мини-завод. Если восстановлением займется "Роснефть" за счет собственных средств, она не будет платить налоги — у государства будет меньше доходов. Поэтому логичнее сегодня было бы всю нефть, которая добывается в Чечне, освободить от уплаты налогов в пользу Федерации и тратить деньги на восстановление Чечни (для бюджета это будет почти безболезненно: ни в балансе добычи, ни в налогах и пошлинах чеченская нефть не учтена). Но здесь сразу возникает несколько вопросов. Первый. Пока собственная переработка не восстановлена, добытую нефть девать некуда. Если везти на экспорт, то как? Железной дорогой нельзя — на путях стоят составы с боеприпасами, а соединять два взрывоопасных вещества слишком рискованно. Второй. Собирается ли Россия объявлять Чечню оффшорной зоной, освобождая от налогов все зарегистрированные на территории республики предприятия, работающие на ее благо? Есть опасения, что эта затея может закончиться весьма печально — из государства будут выкачивать деньги не только "черная", но и еще и налоговая дыра (причем деньги пойдут на оружие тем же боевикам). Западные инвесторы в такую оффшорную зону не сунутся: одно дело грудью вставать за защиту чеченских беженцев, и совсем другое — делиться своими капиталами с мятежной республикой. Война — очень дорогое удовольствие, которое нашему бюджету не по карману. Расчеты показывают, что только нефтяных денег на восстановление республики не хватит (даже если государство освободит их от налогов и таможенных пошлин, выручка в 2000 году составит 67 миллионов долларов, а нужно как минимум вдвое больше). Впрочем, у государства есть еще один резерв — печатный станок. Но затыкать бюджетные дыры не подкрепленными ростом производства деньгами — все равно что подсаживать экономику на наркотик. А такое мы уже проходили: после денежной накачки 1996 года Россия отходила от "ломок" до 1998 года. Наталья ШИПИЦЫНА. Кампания новая. Компания старая? Для вице-премьера, полномочного представителя правительства в Чечне Николая Кошмана двух мнений не существует — он считает, что только благодаря полноценной государственной программе восстановления Чечни удастся вернуть республику в лоно федерального центра. Видимо, Кошман знает, что говорит, — он варится в чеченском котле уже давно и, как говорится, владеет обстановкой. — Чеченская Республика — такой же субъект Федерации, как и все остальные регионы, и соответственно должен обладать равными правами и полномочиями, в первую очередь экономическими. Наиболее актуальная проблема в Чечне сегодня — это восстановление государственных институтов и социально-экономической сферы. Опыт у нас уже есть, он отработан на северных районах, которые были освобождены от боевиков еще осенью. Сейчас там есть и главы администраций, и милиция. Восстанавливаются школы, работают магазины, появились электричество и газ. Жизнь налаживается, и люди это хорошо видят и, следственно, поддерживают новую власть. По большому счету жизнь в разрушенную Чечню вдохнуть можно. Под прикрытием армейских штыков можно восстановить предприятия топливно-энергетического комплекса, отстроить заново инфраструктуру, дать людям работу. Вспомним в качестве примера послевоенную Германию, которая за несколько лет поднялась из руин. Немцам тогда дали денег американцы, практичные бюргеры сумели ими грамотно распорядиться. На Чечню Штаты денег, правда, не дадут, придется доставать из собственного российского худого кармана. О том, как у нас растворяются в "черной дыре" любые финансовые средства, тоже хорошо известно. Уже сейчас выстраивается очередь из желающих хотя бы постоять рядом с финансовыми реками, текущими в Чечню. Возле костра войны мечтают погреть руки многие, в том числе и сами военные. Нигде не афишируемая статья дополнительных расходов на боевые действия на Северном Кавказе улучшила материальное положение не только прапорщиков, но и многих высокопоставленных генералов. Проверить расходование этих средств крайне сложно, тем не менее военная прокуратура выявила не один случай, мягко говоря, злоупотребления служебными полномочиями. Вероятно, громкие дела в отношении чиновников в погонах еще потрясут общество своей циничной подоплекой — "кому война, а кому и мать родна". "МК" уже не раз писал, что на передовую так и не попадают ни новая техника, ни обмундирование, ни продовольствие. Сто раз прав Николай Кошман, говорящий, что для восстановления Чечни необходима не только экономическая помощь (сеялки и семена, которые планируют направлять в Чечню, разворуют с неменьшим успехом), а государственная программа, включающая в себя в том числе и решение политических вопросов. Вбрасывать что-либо сейчас в Чечню, где продолжается война, бессмысленно. Та же адресная помощь, предназначенная каждому конкретному человеку, не будет иметь своего эффекта по той причине, что точных адресов у большинства людей просто нет. И пока в чеченских городах и селениях не появится официальная власть, способная не только раздавать, но и отчитываться за материальные средства, все это будет похоже на выливаемую в песок воду — концов никто не найдет. Похоже, что центр так до сих пор и не определился, на кого же делать ставку в Чечне. Не на Басаева и других полевых командиров — это точно. Пробовали в роли политического лидера Чечни поставить Беслана Гантамирова, но что-то не сложилось. Сейчас появляются осторожные заявления для прощупывания почвы в отношении членов правительства Аслана Масхадова. Об этом заявил военный комендант Грозного генерал-майор Василий Приземлин. Генерал, явно с подачи "сверху", выражает мнение, что работники масхадовской администрации, не потерявшие контроля над своей отраслью и не замазавшиеся в преступлениях, могут заниматься "полезной для Чечни и России деятельностью". Некоторых таких "чистых" чеченцев уже нашли и назначили на должности в администрации города и районов Грозного. Совершенно понятно, что если несколько месяцев назад Владимир Путин набирал очки словами о "мочиловке в сортирах", то теперь эти самые сортиры в Чечне нужно восстановить. Не случайно последнее заседание Совета безопасности РФ было посвящено именно вопросам восстановления госвласти и экономики Чечни. Кошман предложил свою программу, и и.о. президента ее в целом одобрил. Удовлетворено и международное мнение по нормализации социально-экономической ситуации в Чечне в лице посла США в России Джеймса Коллинза, с которым пообщался Николай Кошман. Стороны договорились, что такие встречи "по Чечне" будут проводиться регулярно. Может, американцы что-то и подкинут в итоге на "стабилизацию", а заодно, естественно, и проконтролируют. Наш родной налогоплательщик, из кармана которого в конечном итоге и будут брать деньги на восстановление Чечни, считает, что республику все же придется поднимать из пепла. Вместе с тем более половины опрошенных Всероссийским центром изучения общественного мнения респондентов (53%) поддерживают предложение сделать Чечню особой федеральной территорией и напрямую управлять из Москвы. У чеченцев на этот счет, видимо, есть другое мнение. Виктор СОКИРКО.



Партнеры