ПЕРЕПАЛКА В “ТИХИХ ОМУТАХ”

20 ноября 2000 в 00:00, просмотров: 329

  Премьера фильма Рязанова “Тихие омуты” раздвоилась. Одна премьера прошла в Доме кино, где присутствовал режиссер, но не было актеров. Другая — в кинотеатре “Ролан”, где были все актеры, но не наблюдалось Эльдара Рязанова. Поначалу все решили, что в съемочной группе произошел раскол, но Геннадий Хазанов, Александр Абдулов, Ольга Волкова, Андрей Макаревич, Оксана Коростышевская, Ян Цапник в один голос уверяли, что просто в тот раз не смогли они, а в этот раз не получилось у Эльдара Александровича. Кто ж их знает, что там на самом деле в тихих омутах...

     На актерской премьере драку не заказывали, но после просмотра обмен впечатлениями вышел несколько скандальным. Актеры картину видели в первый раз.

     — Вообще, это очень странное чувство, — сказал Геннадий Хазанов, — когда ты сидишь в зале и не знаешь, что из тебя сделали и что от тебя осталось. Поэтому у меня впечатление очень сильное. Поскольку Рязанова нет, я могу говорить все, что думаю.

     И — в мягкой форме — Хазанов выразил радость, что Эльдар Александрович снял это кино, поскольку последнее время мучительные творческие поиски режиссера и страстное желание “въехать в сегодняшнее время” были чересчур уж натужными. Но если бы даже он снял только этот фильм, подытожил Хазанов, и больше ничего, все равно люди могли бы по нему понять, для чего этот режиссер жил на земле, чем дышал, о чем думал.

     Тут один из журналистов высказал наболевшее:

     — Ну почему же вы считаете людей такими плебеями? Дешевый сценарий, монологи затянуты. Не верится, что это сделал мастер, снявший “Иронию судьбы”, в которой нет ничего лишнего и продуман каждый кадр. А это какая-то дешевая поделка. Зачем же вы говорите, что фильм выдающийся? Понятно, что Макаревич и вы были приглашены лишь для привлечения публики. Такое впечатление, что Макаревич снялся, чтобы стих Ахматовой прочесть, не более, а вы даже и стиха не прочли.

     — Очень приятно, — отвечал Хазанов, — слышать такое количество говна от иезуитски изощренного эстета. Это очень знаково для сегодняшнего поколения, своего рода стиль.

     В зале стали возмущаться способом защиты Хазанова — со словом “говно”.

     — Я не собираюсь защищаться, — парировал артист, — а “говно” — это хорошее слово! Я так считаю. Во-первых, я не говорил, что фильм выдающийся, а во-вторых, Ширвиндт как-то сказал мне: “Мне наплевать на четырех проктологов, которые выдают себя за интеллигенцию”. Так вот, если этот фильм будет нравиться бабушкам, это уже замечательно.

     Александр Абдулов опоздал и, когда вбежал в зал, очень удивился, увидев актеров, понуро стоящих на сцене в ряд.

     — Ребята, что случилось? Стоят такие несчастные люди. Смотрю на вас и хочется сказать: “Пли!!!”. Что, не понравилось? — обратился он к залу.

     Мнения зала разделились. И надо отдать должное Александру Гавриловичу, который разрядил обстановку. Он прибежал со смены с “Мосфильма”, где заканчивает свою картину “Бременские музыканты”. “Тихие омуты” он так и не посмотрел и о герое своем практически ничего не знает: “Не знаю, что от него осталось. Но с Эльдаром Александровичем поработать давно мечтал. Как с ним работалось? По-разному — было и смешно, и весело, и трудно. Но Рязанов есть Рязанов...”

     Ольга Волкова сделала Абдулову комплимент. Долго рассказывала, какой он замечательный партнер, как нежно относится к актерам, что был душой съемочной группы.

     — У меня сегодня не день рождения, — прервал ее Абдулов.

     — Да нет, я просто хотела рассказать, как есть, просто все говорят, что ты такая сволочь.

     Андрей Макаревич, похоже, к Рязанову относится тоже коленопреклоненно. После нескольких не слишком, на его взгляд, удачных опытов в кино Макаревич решил вообще не сниматься: “Ну если только Рязанов или Данелия позовут...” Вот и позвал... Ольга Волкова, много раз снимавшаяся у Эльдара Рязанова, призналась, что он все время ругает ее за то, что она “переигрывает”.

    




Партнеры